Второй шанс (ЛП)
— Ну, хорошо. Если это то, чего ты хочешь. Но если передумаешь, просто напиши мне по электронной почте.
— Спасибо, Даяна, — сказала я.
Я повесила трубку и села за свой стол. Затем открыла веб-браузер и набрала в строке поиска «похоронные дома Сакраменто». Поисковик выдал мне длинный список предложений. Я нажала на верхнюю ссылку. Внезапно, я почувствовала себя подавленной. Вариантов было слишком много, и я понятия не имела, какой из них будет правильным. За десять лет брака мы с Райаном никогда не говорили о «последних приготовлениях». Я не знала, хотел ли он быть похороненным в роскошном гробу, обитом атласом, или же он предпочел бы кремацию. Должна ли я заказать панихиду? Никто из нас не ходил в церковь, поэтому я даже понятия не имела, как организовать нечто подобное.
Я отвернулась от компьютера. Я не могла принять такое важное решение. Может, кто-то из родственников Райана знает, как лучше поступить. Не то, чтобы было много людей, у которых можно было о таком спросить. Мать Райана умерла от рака груди, когда он был подростком. Единственными членами его семьи, с которыми я когда-либо встречалась, были его отец и младший брат. Но поскольку он не ладил с ними обоими, связь мы не поддерживали. Я встречалась с ними всего несколько раз. Райан называл их халявщиками и нахлебниками и жаловался, что они звонят, только тогда, когда им что-то от него было нужно.
Я вздохнула от осознания того, что окончательное решение все же придется принимать мне самой. Но не сейчас. Я не могла приступить к планированию похорон, пока не поговорю с детьми. Джейкобу было всего девять, а Лидии всего шесть. Они были еще такими маленькими. Я боялась того, как на них может повлиять потеря отца. Это все, о чем я могла думать, поэтому прежде чем что-то предпринимать дальше, мне нужно было сообщить им, что их папа больше не вернется домой.
Глава 3
Забрав Джейкоба и Лидию из школы, я слушала, как они, болтая наперебой, рассказывали о том, как прошел их день. В прочем так же, как и всегда. Во всех отношениях этот день ничем не отличался от других. За исключением того, что это было не так. Меня поразило, насколько невинными были мои дети. Что они совершенно не подозревают, какие шокирующие новости я собиралась им сообщить. Я бы хотела отложить тот момент, когда расскажу им. Навсегда. Но, конечно, это был не вариант. Вместо этого, как только мы вернулись домой, я попросила их сесть за стол.
— Сегодня мы пропустим тренировку по футболу, — сказала я.
— Что? Почему? — спросил Джейкоб с обидой в голосе, хотя он обычно ворчал по поводу того, что не хотел на нее идти.
— Потому что у мамы есть что-то важное, о чем она должна поговорить с вами двумя, — начала я, взяв их маленькие ладошки в свои, пытаясь одновременно успокоить их и себя.
Джейкоб и Лидия посмотрели на меня, их глаза были полны любопытства.
— Что случилось, мамочка? — спросил Джейкоб, в его голосе сквозило беспокойство. Он был таким милым, отзывчивым мальчиком.
Я сделала глубокий вдох.
— Ваш папа сегодня утром по дороге с работы домой попал в аварию.
— Так вот почему его не было дома, когда мы уезжали в школу? — спросил сын.
— В какую аварию? — спросила Лидия, ее детский голос звучал так же невинно, какой она на самом деле и была.
— В автомобильную аварию.
Джейкоб склонил голову на бок.
— Он в порядке?
Я покачала головой и прикусила нижнюю губу, пытаясь не заплакать. Мне нужно было быть сильной.
— Ваш отец был очень тяжело ранен. Ему не удалось справиться.
Почему я не могла заставить себя просто сказать слово «мертвый»? Они были детьми. «Ему не удалось справиться» — это не то выражение, которое дети смогут понять. Или все же поймут. Я понятия не имела. Все это было ново для меня. Я не знала, как правильно сообщить детям, что их отец умер. Были ли вообще какие-то правила на этот счет?
Лидия нахмурилась. Ее длинные волосы были такими же растрепанными, как и всегда после проведенного дня в школе. Она была очень похожа на меня: темно-каштановые волосы, карие глаза. Ее брат, напротив, был темным блондином с карими глазами, как у его отца.
— Справиться с чем?
— Она имеет в виду, что папа умер, — сказал ей Джейкоб, повернув ко мне голову. — Правильно, мам?
Это был мой Джейки. Он был умным ребенком и очень гордился этим. И в этом не было ничего плохого.
— Подожди, папочка мертв? — спросила Лидия, при этом ее голос звучал более озадаченно, чем когда-либо.
Я кивнула. Мое горло сжалось до такой степени, что я не могла заставить себя ответить словами.
— Ты уверена? — спросил Джейкоб.
Я снова кивнула.
Джейкоб и Лидия взглянули друг на друга. Почти в унисон они начали плакать. Я притянула их в свои объятия, позволив им рыдать в моих руках. Мое сердце истекло кровью от переживаний за них. Они были для меня всем. Всем моим миром. С тех пор, как Джейкоб сделал свой первый вдох и издал свой первый крик, я безумно полюбила его. Три года спустя, когда родилась его сестра, с ней все было так же. Никогда даже в своих самых смелых мечтах я и представить не могла, что смогу полюбить кого-то также сильно, как я любила Райана, но как только родились мои дети, все изменилось. Я не думала, что существует такая глубокая и всепоглощающая любовь, как любовь к моим детям. Я хотела защитить их от боли и страданий, и меня убивало то, что я потерпела неудачу.
— Значит, мы больше никогда его не увидим? — спросил Джейкоб, когда он заканчивал фразу его голос надломился.
— Мне очень жаль, дорогой. Но нет, — я сжала его немного сильнее в объятиях. — Теперь он с ангелами.
Я даже понятия не имела, почему это сказала. Мы не были религиозной семьей, но я надеялась, что эти слова утешат моих детей и им станет легче.
— Мне страшно, мамочка, — сказала Лидия. — Что, если с тобой тоже что-то случится?
— О, милая, — я вытерла ее слезы кончиками пальцев. — Со мной ничего не случится. Обещаю. Я знаю, насколько ты и твой брат нуждаетесь во мне, и я никогда не оставлю вас.
— Ты не знаешь этого наверняка, — осуждающе сказал Джейкоб.
— Знаю, — ответила я, хотя, конечно, он был прав. Я не могу ничего гарантировать, но сделаю все, что в моих силах, чтобы быть рядом с ними. — Вы должны верить мне. Все будет в порядке. Клянусь.
Джейкоб вытер мокрое от слез лицо тыльной стороной ладони.
— Ничего, если я пойду в свою комнату?
Ему было девять лет, и он постепенно начинал отстаивать свою независимость. Я не ожидала, что это произойдет так рано, но изо всех сил старалась предоставить ему свободное пространство, к которому он стремился. Тем не менее, меня беспокоило, что в такой момент он хотел побыть в одиночестве.
— Если ты уверен, что это действительно то, чего ты хочешь.
— Уверен.
Он встал и направился по коридору в свою спальню. У меня было искушение последовать за ним и заставить его выговориться, но когда Джейкоб замыкался в себе, он не открывался эмоционально, пока не был к этому готов.
Я на руках отнесла Лидию к дивану. В шесть лет она была еще достаточно маленькой, так что время от времени я носила ее на руках. Скоро она станет слишком большой. Она положила свою маленькую головку мне на колени и снова заплакала. Я погладил ее волосы и прошептал ей: «все будет хорошо».
Через некоторое время, она закрыла глаза. Все эти слезы утомили ее.
* * *
Позже, тем же вечером, когда дети умывались перед сном, мне удалось тайком позвонить моей лучшей подруге Марле. Она была единственным человеком, которому я чертовски доверяла практически все, потому что разговор с ней почти всегда заставлял меня почувствовать себя лучше. Я не хотел, чтобы Джейкоб или Лидия услышали, как я обсуждаю по телефону то, что случилось с их отцом, но мне нужно было с кем-то поговорить, и я поняла, что проточная вода из раковины, пока дети чистят зубы, заглушит звук моего голоса.