Техническое Решение (СИ)
В крупных городах - деловых центрах, ритм жизни волей-неволей заставлял городские власти пытаться непрерывно улучшать бытовые условия, и особенно это чувствовалось по ставшему уже родным казаку Петрограду. С другой стороны - а как быть? Если автомобилей год от года только прибавляется, конторы и учреждения всё растут числом, да и гостиницы с постоялыми дворами отнюдь не резиновые? Тут не только фонари и светофоры на более яркие заменишь - задумаешься о массовой пересадке службы Скорой Помощи на вертолёты вместо машин-карет! Да и про полицию не стоит забывать.
Темп города-резиденции Правительства Великой Империи Долгина более чем устраивал. По его мнению, постоянные пинки под зад шли Северной Жемчужине и её жителям только на пользу - не давали зарасти мхом. По крайней мере ему, Василю, не давали. Подход “зачем отказываться от хороших и проверенных решений ради лишь новизны”, характерный для Великой Империи на всех уровнях, от отдельных граждан и до масштабов всей страны, казак, конечно, тоже понимал и уважал. Привычка бережно и уважительно относится к вещам, особенно инструментам и орудиям труда, истинно ханьское нежелание перемен, смешанное с тяжёлым наследием Великой Войны, когда дети и внуки победителей переняли родительское желание просто жить тихо и спокойно, с твёрдой уверенностью в будущем, и сохранение традиций, в конце концов - всё это было важно и нужно. Но… не было в его прошлом того “хорошего”, что следователь всем сердцем желал бы сохранить и передать. Не сложилось*.
[*Подробно о прошлом Василя Долгина можно прочесть в книге “Техническое задание”.]
Собственно, уже не ранящие - столько времени прошло, да и смирился всё-таки - мысли о прошлом у Долгина вызвал даже не патриархальный облик Читы, а зелёная армейская полевая форма. Обычно спецследователь во время командировок старательно строил из себя гражданское лицо: местами занудного, местами глуповатого клерка. Так было проще найти подход к людям при проведении расследования, да и в случае проблем возможных противников ждал бо-ольшой сюрприз! Низкорослый и худощавый, совсем не похожий на опасного противника, Василь не забыл ни обучения в родной станице, ни занятий в военной академии, ни опыта спецотряда полиции, да и после не пренебрегал учиться у всех, у кого только можно. А люди в специальном отделе Центрального Полицейского Управления Петрограда все подобрались очень и очень непростые. Однако сейчас, в “камке” без знаков различия, пришлось изображать, а точнее - вернуть, и когда-то привычный чёткий шаг, и резкие, уверенные жесты, и жёсткий взгляд получившего приказ человека. Следить за Долгиным в ночной Чите было некому, но следователь привык всё делать как надо, а не спустя рукава.
Потому, например, дежурная с почты, приняв оплату, проводила военного заинтересованным, но не слишком любопытным взглядом. Ясно же, воспользовался оказией, пока его поезд стоит ночью на путях. А что без погон - так скорее всего господин офицер решил “погулять” в самоволку. Она бы может и не прочь поболтать с мужчиной, но тот явно вырвался не просто так, а устроить видеоконференцию с любимой. Недаром переплатил не просто за место, а за кабинку, какие обычно арендуют купцы при удалённых переговорах, да и улыбался так! Знала бы она, кому на самом деле стал звонить незнакомец в камуфляже…
Для того, чтобы установить соединение через Глобальную Сеть с выделенным вычислительным узлом Центрального Полицейского Управления, желающему нужно было (помимо знания адреса узла) ввести не только головоломный личный код из восемнадцати символов, но и потом неподвижно смотреть в камеру над экраном, пока с той стороны не придёт разрешение или отказ. Раньше Василь всегда думал, что экивоки на медленную работу программы сличения лиц ничто иное как выгораживание дежурного лентяя-оператора в отделе технической поддержки, но после недавнего “знакомства” с продукцией частной лаборатории монгольского бека его уверенность поколебалась. Наконец, вычислительный узел ответил разрешением и приглашающе распахнул окно цифрового “личного кабинета” - ещё одной придумки противоестественного союза инженеров-программистов и безопасников управления, таким образом защищавших документы и служебную переписку сотрудников, по долгу службы связанных с разъездами и работой “в поле”. А ещё из “личного кабинета” можно было установить прямую защищённую связь с любым реальным кабинетом внутри здания управления.
- Долгин.
Макаров, генерал полиции, замначальника ЦПУ и глава Специального Отдела ответил почти сразу же. Ждал? Вполне вероятно, после дневного-то сеанса связи. Недаром Василь напрягся сам и напряг Соломина, но получил-таки ненадолго доступ к терминалу железнодорожников во время дневной стоянки. К тому моменту предварительная обработка, гм, “попутчиков” им уже была завершена, факты и догадки упорядочены в общую картину и вся информация “наверх” была подана уже в готовом виде, можно сказать, на блюдечке с голубой каёмочкой. Вот этим блюдом и должен был попотчевать кого надо Сергей Юрьевич - от своего имени, разумеется. И, видимо, успел - только тон голоса непосредственного руководителя казаку очень, очень не понравился.
- Господин генерал.
- Я один, - развеял сомнения подчинённого шеф, - можно говорить свободно… Если бы было о чём.
- Проблемы? - Долгин напрягся ещё сильнее.
- …, …, …! - так же коротко и абсолютно непечатно отозвался Макаров, тремя простыми словами охарактеризовав неких… нехороших людей одновременно лицами нетрадиционной ориентации, трусами, сынами женщин лёгкого поведения и отвратительными насекомыми. - Они отказались.
- А…
- Нет, ты не понял, Василь, - не дав сказать подчиненному и слова, второй человек в ЦПУ с нажимом повторил: - Они. Отказались. Получили информационный пакет, обсудили, как это водится… И решили ничего не делать.
- Что?
- Слышал, что я сказал? “Они”, - опять перебил Долгина Макаров. Теперь голос генерала звучал уже без внутреннего напряжения, просто устало. - Я предполагал, что кое-кому насиженная задница давно заменила мозги, потому поднял все свои связи. Одновременно. Ты знаешь, я могу. И министра МВД, Голицина нашего накрутил. Так что, считай, я довёл твою инициативу именно до правительства… По крайней мере, до той его части, которая может принимать решения.
Слова, сказанные командиром, не сразу дошли до Долгина - настолько невозможно, нелепо они звучали. Мозг отказывался принимать услышанное, безнадёжно цепляясь за здравый смысл. Ослышался? Заснул на мгновение и успел увидеть кошмарный сон? Нет, не таков был Василь, следователь особого отдела, всегда работавший в одиночку и имеющий самую высокую результативность среди коллег, чтобы прятаться за спасительными иллюзиями. А вот держать удары ему было как раз не привыкать.
- Понял, - сквозь сжатые зубы всё-таки выдавил он из себя, - “партия мира”?
- Это даже смешно, но нет, - печальную усмехнулся собеседник, и Долгин с некоторым суеверным ужасом понял: даже Старику, “Несгибаемому Полковнику” как прозвали его свои в “Альфе” до последнего повышения в звании, не по себе. - Они вышли на контакт с премьером вчера около полуночи, и относительно вежливо уведомили, что не будут лезть в дела правительства. Немного поиграли мускулами при этом, конечно - но и только. Ничего не предложили.
- И в правительстве… проглотили?
- Что, в голове не укладывается? - собеседник на том конце цифровой линии вздохнул и, помолчав, признался: - Знаешь, у меня тоже. Столько лет мечтать стать из наёмных работников государства настоящей политической силой - и как только выпал реальный шанс это сделать - слиться. Суд, выслушать свидетелей, рассмотреть показания, а на следующий день объявить внеочередной созыв Палаты Народных Представителей. Предъявить доказательства подготовки вооруженного противостояния и план реорганизации государственного устройства - с партиями, выборными постоянными представителями, Конституцией. И всё - “мирных” заговорщиков и чересчур ярых холуев Юрия, кто посмел бы рыпнуться поперёк, сам народ бы в землю втоптал! Взбаламутили бы страну знатно, но - мирно, и встряска пошла бы только на пользу. Великая Федеративная Республика - ведь звучит ничуть не хуже, чем Великая Империя…