Выбор за тобой (СИ)
* * *Я сидела в теплом зале таверны, озаботившись едой и ночлегом для лошадей и для себя. В то время как вокруг меня творилась самая настоящая свадьба, зал был огромным, половина его была отдана шумной толпе, которая веселилась, пела и плясала, поздравляя молодых, сидевших в центре стола с замученными, но счастливыми лицами.
Мелодии, которые играла компания из трех музыкантов, были такими ритмичными, что я сама, поневоле, притопывала ногой в такт, а самое главное, понимала, о чем песня почти без оговорок. Я уже и подпевать готова была, когда дверь таверны отворилась и в вошел… Красс. Ох ты! Он оглядел зал и, заметив меня, так приветливо улыбнулся, что я на всякий случай оглянулась, чтобы удостовериться, что сзади меня стена, и улыбка предназначалась мне.
— Темных Вам, госпожа Вера.
— Меня ваши «здравствуйте» пугают.
— Привыкните, — он опять широко улыбнулся. — Иллар занят, я за вами буду пока присматривать.
— В комнате за мной смотреть не надо, а я уже спать собиралась.
— Обижаетесь на тот случай? — понимающе так загрустил маг.
— Вспоминаю… его иногда, — если бы иногда!
— Давайте забудем, я чуть погорячился. Устал тогда. Предлагаю по кружке сидра, как вы?
— Ну, давай…те.
Официантка пошла к нему еще до того, как он начал оборачиваться. Еще бы! Сейчас еще попу подставит Ну вот, я же говорила! Неоднократно подобное наблюдала с Илларом. Это забавляло. Но ни шлепка, ни щепка попа не удостоилась. И обладательница неиспользованной филейной части уплыла исполнять заказ. И вы не поверите, вечер начал мне нравиться, Красс, умел улыбаться в отличие от вампира и говорить, и он оказался весьма обаятельным. Я так растаяла, что даже простила ему тот случай. Почти…
Кружка сидра превратилась в две, а потом в три. Он рассказывал что-нибудь, а потом просил пересказать, а это был тот еще повод для смеха, благодаря моему косноязычаю. Да и сама атмосфера таверны располагала к легкой веселой беседе. Музыканты заиграли веселую ритмичную мелодию, и улыбчивый блондин вдруг предложил руку и потянул в круг. Танец был до смешного простым: партнеры расходились и сходились по кругу, соединяя руки и меняя направление вращения. Только ногами надо было притопывать. Куда уж тут изыскам наших клубов. А когда музыка утихла, мы бегом кинулись к столу пить.
— О, вот это нормальная!
— Она медленная, неее!
— А ты (мы как-то резко перешли на «ты») меня слушайся, и все получится.
— Господи, что это?! — узрев движения танца, закатила я глаза.
— Простой народ иногда пытается перенять танцы у знати, вот и получается такое… — мужчина усмехнулся, — но играют совсем неплохо.
Он подхватил меня и легко так повел, ноги и руки «развязались» от сидра, и голове легко было, как не было давно.
И все было бы хорошо, если бы утром я ни проснулась от того, что с грохотом открылась дверь в мою комнату, и на пороге стоял Иллар, взгляд которого с неприветливого а-ля «нам пора» превратился в ядовитый. Он скривил губы и вышел.
И что вообще за мода такая — врываться без стука?!
Но самая настоящая наглость спала рядом со мной, перетащив на себя все одеяло и сладко посапывая. И это был не Красс, это был Магистр Эллохар.
Глава о переменах
Голова очень болела, а от грохота, учиненного Свертом, так, вообще, звон стоял подобно набату. Видимо, поэтому, мужчина в моей постели меня совершенно не смущал. Смущала скорее его личность. Очень смутные воспоминания, точно дымка стали пробегать перед глазами. Вот мы танцуем, и черты лица белобрысого мага расплываются и сливаются уже в снежноголового Эллохара. Я рассмеялась и, подумав, выдала, что этот цвет ему больше идет, очень его удивив, он даже не почувствовал, как личина сползла. Тогда это было весело, а сейчас хотелось закрыть лицо руками и все благополучно забыть. Уж не знаю, что там вообразил себе занудный вампир, но мы после пятой кружки сидра (а принц так после десятка не меньше) еле доползли до кровати и, не поделив одеяло, битву за которое я проиграла, заснули.
Слегка помяв королевскую особу, пока перелезала, я кое — как встала и пошла вниз умываться. Возле здания постоялого двора в ряд стояли несколько бочек с чистой водой, которая с утра чуть подернулась ледком, он хрустнул, как печенье, под ковшиком. Набрав в ладонь холодной воды и хлебнув еще из ковша, так, что свело зубы, а головная боль еще сильнее стала рваться наружу, я плеснула жидкий мороз в лицо.
— Я, конечно, не всегда понимаю мотивы поступков некоторых, а уж особенно Магистра. Но сейчас, по-моему, он перебарщивает, — от стены отделился Иллар.
Я вскинула голову и наткнулась неприязненный взгляд.
— Мы…
Он вдруг шагнул ко мне, и, выхватив ковшик из рук, швырнул его далеко за спину. Я испугано отступила, впечатавшись спиной в стену.
— Пропадают и погибают дети, лишенные магии сходят с ума, по миру ходит тварь способная, уничтожать и подавлять силу даже в Темных лордах. У нее на посылках сильные ведьмы и те, кто хочет власти. И вместо того чтобы использовать, Эллохар позволяет тебе прогуливаться и наслаждаться жизнью!
— Я не понимаю…
— Тебя надо было… — он приблизился к моему лицу, и уже его лицо начало меняться, будто из воды проступали новые черты.
Он схватил меня за запястья, источая злобу. Я моргнула и вдруг осознала, что у него тоже была личина, а под ней мужчина с черными глазами и бордовыми, как запекшаяся кровь зрачками, нос его, явно, когда-то прямой и тонкий, аристократический, чуть свернут в сторону на переносице, ломали его и не раз, а по левой щеке от виска к подбородку шли две белые полосы давно заживших шрамов. Он был матерее, старше, злее.
— Ты… — его нос почти коснулся моего лба.
— Так хорошо делал, что даже я не замечал, — голос Эллохара заставил нас обоих замереть. Иллар повернулся, исподлобья взглянув на Магистра, и, отступив от меня, снова стал красивым до зубной боли.
— Свободен, Иллар, миссия закончена.
— Но…
— Я все сказал. Возвращайся в домен, я дам указания позже.
Вампир развернулся и исчез в черном проходе конюшен. Я обхватила себя за плечи. Шутки кончились.
— Пойдем, я собрал твою поклажу.
Магистр шагнул ко мне.
— Спасибо, — тихо прошептала я.
— За что?
— За… время. Но теперь мне бы хотелось… понимать все, что происходит вокруг меня.
Эллохар прикрыл глаза на мгновение.
— Иллар сказал правду. Тебя бы давно заперли, исследовали, возможно, уже убили бы, но хочешь, называй предвидением, но я чувствую, что твоя жизнь даст больше, чем смерть, не подведи меня, Вера.
Сказал он это больше для себя, оправдывая себя, потом что большинство слов оставались для меня загадкой.
От взмаха его руки пространство загорелось, и там, где оно пожирало саму ткань бытия, вырисовывался совсем другой пейзаж.
И вот мы стоим на мощенной камнем дорожке перед пятиэтажным серым зданием, окруженным аккуратными деревьями и подстриженными кустами, вдалеке стояли еще несколько похожих строений. По дорожкам ходили, бегали люди… в большинстве своем, и нелюди, это явно было какое-то учебное заведение. Магистр со мной появился прямо перед входом, и все, кто находился в поле его зрения, просто магическим образом исчезали, похоже, его тут тоже побаивались. Но любопытство пересиливало все: носы и головки показывались и из окон и из-за деревьев.
— Тьер так и не снял ограничение, вот упертый. Пойдем, — кивнул магистр и галантно предложил свой локоть.
— Магистр Эллохар, вы рано! — голос шел, будто из пустоты, и заставил мурашки толпами летать по моей спине. Магистр развернулся, и мне пришлось тоже. Лучше бы не делала этого! Лучше бы спала в кровати в теплой таверне даже без одеяла!
Призрак, Дух, как хотите, называйте, женщина, неживая…
— Дара! — поприветствовал Магистр Эллохар.
— Мама, — это уже я, пятясь назад.
— Нет, Веруся, это не мама, это хранительница спокойствия сего Бездне угодного заведения! Дара, это- госпожа Вера. Ее не обижать, охранять, и не трогать. Дара, в прямом смысле не трогать, судя по тому, что я видел, госпожа Вера может сделать с легкостью своим прикосновением то, что не могли сделать все твои враги, вместе взятые.