Неукротимая Страсть (ЛП)
— Я тебя защищу.
— Ты не сможешь! — Она развернулась и выбежала из комнаты, все еще удерживая в руках его обед.
— Скай!
***Он ждал, молился, что ведьма вернется, но она так и не пришла. Он выругал себя за глупость. Она была единственной надеждой Пэна сбежать, его единственной собеседницей помимо животных в клетках, которые взволновано, чирикали и свистели. Он слишком сильно на нее давил и в итоге отпугнул. Спустя некоторое время он все еще изводил себя за ошибку, когда услышал тяжелые шаги в коридоре за дверью. В следующий миг в комнату вошел бледноволосый Бирик, шею которого обвивала зеленая змея. И Пэнтер понял, что его час настал.
Вот только он не знал чего именно ему ожидать.
Маг рассматривал Пэна с жутким любопытством.
— Сегодня твоя великая ночь, дикий. Ночь, которую ты никогда не забудешь. — Маг подошел к нему.
Пэнтер изо всех сил боролся с цепью, пытаясь освободиться, но у него ничего не получилось. Не смог он увернуться и от прикосновения холодной ладони мерзавца к груди. Предотвратить погружение своего разума в сети заклинания он также не смог.
***— Просыпайся, Пантера
Пэнтер услышал голос Вайпера, звучавший будто издалека. От сильного удара по ребрам он почувствовал боль, которая отозвалась во всем теле, и помогла разуму очиститься от остатков плотного мерзкого заклинания. На сознание обрушилось сразу множество разных ощущений. По гулу других голосов и крикам ворон, он понял, что они с Вайпером не одни. Он учуял резкие запахи старой крови, свежих костров и фиалок. Здесь была Скай. Как и прежде, он лежал на спине, хотя скала под ним показалась ему другой. Под левой голенью и правым плечом собрались лужи с водой. Пэн попробовал было передвинуться, но оказалось, что цепи, лязгнувшие о скалу под его головой, были такими же крепкими, как и предыдущие.
Наконец, его зрение прояснилось. Он осмотрелся и понял, что все вокруг изменилось. В этот раз он лежал на полу другой, более просторной, комнаты внутри пещеры. Здесь было темнее, так как освещение исходило лишь от небольшого луча лунного света, который пробивался через отверстие сверху, и сосудов с раскаленными углями дополнительных костров, расположенных вокруг помещения. Тут полы были голыми, а стены побелены и расписаны графическими символами, которые он определил как часть древнего языка Магов. Среди этих символов он узнал только один. Жертвоприношение.
Ярость, которая все не затихала в нем, взорвалась с новой силой. Он не скот, чтобы его привязывали и забивали. Пэн пытался освободиться от наручников. С яростным ревом он призывал силу зверя, снова и снова пытался перекинуться. Но, как и прежде ничего не выходило.
— Борись сколько угодно, — протяжно произнес рядом с ним Вайпер. — Ты все равно не сможешь убежать, Пантера.
С гневным взглядом он еще раз осмотрел комнату. На одной стороне стояло около дюжины Магов-чародеев в ритуальных мантиях. Ритуальные мантии. Богиня, он почуял здесь запах множества слоев засохшей старой крови. Неужели его кровь тоже покроет эти камни? Он искал Скай и, наконец, нашел ее в углу помещения, поглаживающую взволнованную олениху.
Вайпер присел на корточки возле Пэна и, положив локти на колени, взглянул на Скай.
— Не правда ли она симпатичный лакомый кусочек с этими большими оленьими глазами? Я сказал ей, что ты питаешь слабость к девицам, попавшим в переделки. Разве не таким способом Анкрита пленила тебя годы тому назад?
Пэнтер прищурился и посмотрел на того, кто когда-то был ему другом. Злобная улыбка застыла на губах Вайпера.
— Я объяснил ведьме, что нужно всего лишь сыграть жертву и тогда ты станешь, есть из ее рук, дашь ей все необходимое. — Сыграть жертву? Холод плохого предчувствия прополз по спине Пэна. Вайпер пожал плечами. — Бирик должно быть перестарался, избивая ее, если потом он хренову кучу раз извинился, чтобы помириться с ней. Но, как я слышал, их уловка сработала идеально. Ты не только позволил ведьме трахнуть себя, но и помог ей этим насладиться. — Змей-перевертыш ухмыльнулся и сделал вид будто «дал пять» ему. — Так держать, Пантера.
Пэнтер уставился на него. И он должен поверить, что то избиение было наигранным? Ложь, чтобы добиться его сотрудничества? Ни хрена подобного. Он видел лицо ублюдка. Он видел боль и беззащитность Скай. Никакая женщина не смогла бы сыграть так правдоподобно. Холод, который полз по спине, заставил застыть его кровь.
Никакая, кроме ведьмы.
Она ведь могла, используя немного магии, заставить Пэна увидеть и поверить в то, что ей было нужно? Черт возьми. Рев неверия прозвучал у него в голове. Неужели его снова обвели вокруг пальца? Или может это Вайпер все наврал? Как, мать твою, ему понять где, правда? Единственное, что он знал наверняка — он никому из них не может доверять. Правда это уже не будет так важно, если эта ночь закончится тем, чего он опасается. Ничего не будет иметь значения, если он умрет. Запах дыма от сгоревших костров донесся до носа. Пэн пристально всматривался в глаза своего старого друга. Рычание пантеры зародилось глубоко в горле, когда он не обнаружил ни единого проблеска Вайпера, которого когда-то знал.
— Может мне сделать ставку на кровопролитие?
Жестокая усмешка промелькнула на лице Вайпера.
— Если бы ты знал, чего ожидать не было бы так весело.
— Ты стал мерзавцем, Вайпер.
— О, я стал намного хуже, пантера. — Вайпер поднялся. - Похоже, пришло время начинать.
Когда Маги образовали круг на всю комнату, Скай поднялась. Быстрыми, ловкими движениями рук она сняла платье и отбросила его с такой легкостью, будто ей привычно раздеваться перед столькими людьми. Пэн уставился на нее, осознавая, что перед ним незнакомка.
Бирик подошёл к ней сзади и прижал спиной к своей груди, прикрывая одной рукой груди, а другую опустил ей между ног. От шока у Пэна свело внутренности. Он начал тяжело дышать, наблюдая, как ублюдок ласкал Скай, прикасался к телу, в котором сам Пэн дважды себя потерял. Она задрожала и начала покачиваться под ласками. Она наслаждалась. В голове завертелись мысли. Вчера она готова была трахнуться с ним, неподготовленной и невозбужденной. Потому что она не хотела его… Хотела не его. И он знал, что произойдёт. Бирик хотел, чтобы Скай трахнула Пэна, но должен был сам её подготовить, раз уж на то пошло и она не могла сама о себе позаботиться. Не с перевертышем. Не с Пэнтером. Проклятье. Но Пэн нужен был Скай, нужен был его зверь. Поэтому она изобразила грустные глазки и уязвимость, чтобы он помог ей сексом.
Гнев пронесся по телу Пэна, столь сильный, сколь и древний. Ярость на себя и на ведьму. Как он мог дважды повестись на притворное несчастье ведьмы? Наконец, Бирик отпустил Скай. Не смотря Пэну в глаза, она подошла к нему, перекинула через него ногу и встала над пахом, раскрыв цветок своей страсти. Запах возбуждения ведьмы коснулся ноздрей Пэна, побуждая всю кровь в теле сосредоточиться в пульсирующем члене. Скай с закрытыми глазами стояла, дрожа, а ее сердце бешено колотилось. Но на Пэна больше не действовала её изящная красота. Всё было ложью. Она лгала. В груди больно заныло, то тепло, что Скай распалила в нём, бурлило под доказательством обмана. Пэнтер рвался из цепей, намереваясь сопротивляться без устали, хотя с, рожденным глубоко в душе, отчаянием знал, что тело его предаст. Неважно, насколько разумом ему всё это противно, тело всегда будет искать наслаждения в теле женщины. Он никогда не мог не кончать, когда на нём скакала Анкрита. А сейчас, когда Скай стояла над ним, доводя до исступления одним лишь ароматом своего тела, а не возбуждения, шансов у него ещё меньше.
Ведьма начала напевать, ее мелодичный голос нарастал, пока не стал отдаваться эхом от горы. Затем Скай начала медленно раскачиваться, двигаясь по спирали в такт напеву. Её небольшие груди подпрыгивали от этих движений, распаляя кровь Пэна.