Замужем по ошибке (СИ)
Глядя на себя в зеркало, блондинка улыбалась. Она выглядела такой загадочной, прекрасной и притягательной злодейкой. Татьяна даже макияж сделала потемнее и выразительнее, чтобы полностью соответствовать образу стервозной ведьмы.
Но, увы, мужчины не оценили. Они смотрели на неё как на новогоднюю ёлку, на которую нужно непременно навесить все украшения, совершенно не задумываясь о стиле.
Серги, кольца, заколки в волосах, всё это были магические атрибуты, и блондинке пришлось помалкивать, чтобы не злить отца Аарона, который выдвинул себя на роль специалиста по артефактам. Он отчитывался перед сыном, перечисляя, от чего защищена Татьяна, а девушка лишь вздыхала. Когда Аарон показывал свои страшные фокусы, она верила в магию, а вот когда кто-то другой, например, седовласый ректор магической академии, это вызывало лишь здоровый скепсис. Сальвадор, поймав очередной ехидный взгляд невестки, не выдержал и с горечью сказал:
— Татьяна, если бы у тебя была хоть капля волшебной силы, то ты могла бы видеть магическим зрением. Поверь, ты поняла бы, о чём я говорю.
— Я не спорю, — решила не нагнетать обстановку Таня.
Ей было приятно такое пристальное внимание сразу двух мужчин и то, что они всё чаще между собой повторяли слово дом. Да, Камилло вернёт её домой, как и обещал. Татьяне нужно лишь разыграть на публике Дарину и всё, она свободна.
— А ты точно не умрёшь? — уже сотый раз спросила девушка Аарона, а тот обнял её со спины так, что их отражение уместилось в зеркале, и ласково, но чувственно прикоснулся губами за ушком.
— Танюша, не беспокойся. Я обещаю, что всё будет понарошку. Ты, главное, сама не пей из бокала.
— Почему? — насторожилась блондинка, а виконт крепче прижал девушку к себе.
— Не хочу тебя потерять, — ревниво шепнул брюнет, а его отец закатил глаза, заметив, как испугалась невестка.
— Зелье будет очень сильной концентрации. Ты, Татьяна, влюбишься в другого, в первого, на кого взглянешь, и скорее всего это будет не Аарон, — объяснил ректор, вновь садясь на своего конька.
Преподавать и обучать Сальвадор любил. И глядя на влюблённых, желал для них счастья, а для себя внуков, которым он обязательно передал бы все свои знания и умения. Они будут самыми великими магами светлого королевства. Лишь бы поскорее разобраться с ошибкой молодости сына.
— Подождите, — тут же напряглась девушка, оглядывая мужчин. — Что значит сильной концентрации? Это что же, Аарон может тоже влюбиться в другую?
Сердце брюнета очередной раз сбилось с ритма в груди. Опять эта невероятная чистая девушка покорила его, а он ещё сильнее полюбил. Она становилась его воздухом, его жизнью. Аарон погладил золотистые локоны. Она боялась потерять его. Вновь призналась в любви. Невероятно чуткая, ревнивая и собственница. Целителю понравилось, как зло заблестели серые глаза Татьяны, стоило ей подумать, что она могла потерять Камилло. Да и камень немного нагрелся в кольце, предупреждая, что сбежать у мага не получится. Магия рода привязала их друг к другу крепкой нитью.
— Нет, Татьяна, сын заранее примет противоядие. Поэтому и сработает реакция, которая приведёт к временной остановке сердца.
— Что?! — испуганно вскрикнула Таня, развернулась лицом к Аарону, твёрдо заверяя: — Я в этом не участвую!
Виконт расплылся в улыбке.
— Прости, но ты обещала, — тихо шепнул он и поцеловал возмутившуюся девушку.
Лёгкое заклинание сорвалось с пальцев мага, светлячком затерялось в волосах у виска, а Сальвадор недовольно покачал головой, но промолчал. Аарон отстранился, удерживая любимую в своих объятиях, заглянул ей в глаза и шепнул:
— Ты подашь мне бокал, как и договаривались, а как только я сделаю первый глоток, побежишь в мою спальню и откроешь дверь, а затем войдёшь внутрь. Я обещаю, что со мной ничего страшного не произойдёт. Я выживу. Ради тебя, любимая. Ради нас. Я найду тебя, не бойся. Тебя будут охранять, за тобой присмотрят, пока меня не будет рядом. Верь мне, Татьяна. И сделай, как я сказал. Подай мне бокал из золота с красными рубинами, а затем беги в мою спальню. Поняла?
— Да, — слабо шепнула девушка, которая сейчас готова была согласиться с мужчиной своей мечты в чём угодно. Хочет, чтобы побежала, она побежит. Медленно, нехотя, чтобы он успел догнать. Хочет, чтобы напоила из бокала с красными рубинами, напоит, а потом побежит и сразу в спальню. А там… о да. Там она покажет ему, на что способна Танюшина фантазия, особенно в этом откровенном наряде ведьмочки. Ох, как она накажет светлого мага, как изнасилует его, как прикуёт к изголовью его руки наручниками, как она будет расстёгивать маленькие пуговки на рубашке Аарона…
— Не сейчас, Танюш, — мягко остановил её маг, накрывая ладонью шаловливые ручки жёнушки, которая, томно поглядывая на него, расстёгивала на его груди рубашку, прижимаясь к мужчине бёдрами.
— Кхе-кхе, сын, ты уверен, что стоило? — подсмеиваясь над Аароном, уточнил Сальвадор.
Да, у магии внушения были порой побочные эффекты. Например, сексуальное влечение после таких слов, как спальня, любовь. Порой секс. Да много слов, которые могли стать ассоциативным катализатором.
Аарон поцеловал девушку, затем покосился на отца.
— Она слишком порывиста. Я должен быть уверен, что она не помчится меня спасать. Она любит меня, отец, — на итальянском заговорил Аарон, сняв заранее заклинание знаний языков. Любая, даже слабая ведьма могла увидеть это плетение. — Я не хочу, чтобы её казнили за попытку убийства лучшего целителя королевства.
Сальвадор протянул сыну очередной артефакт, кольцо с агатом. Аарон взял его и надел на безымянный палец левой руки Татьяны, чтобы она понимала все языки мира, даже язык магов. Девушка же пребывала в странном состоянии эйфории. Всё казалось таким прекрасным, умиротворяющим и красивым.
— Знаешь, Аарон, ты так похож на своего отца, — выдала девушка, прижимаясь к груди мага, поглядывая на ректора. — Жаль, что он не мой отец. Если бы мой папка был магом, то они бы спаслись. Да? — подняв лицо, девушка доверчиво взглянула на Аарона. — Он бы спас себя и маму в той аварии?
— Не факт, — не стал дарить ложных надежд Аарон. — Маги тоже смертны, любимая. Прости, — погладил он Татьяну, которая грустно вздохнула, вновь глядя на Сальвадора. Тот подошёл ближе и обнял девушку, вырывая её из объятий сына, недовольно качая головой, осадил молчаливо взглядом.
— Я стану для тебя самым лучшим отцом, Танюша. Обещаю.
Татьяна крепко обняла мужчину за талию, прикрыла глаза, улыбаясь.
— Я буду любить вас, крепко-крепко. Я так рада, что теперь у меня есть отец. Я так устала быть одной. А тут и муж, и отец. Правда, оба маги. Я, конечно, пытаюсь поверить в вашу магию, но это так сложно. Хотя у меня всегда всё не как у людей. Так что не удивительно, что теперь моя семья такая странная. Это ничего. Вы, главное, на каждом углу не кричите, что вы маги, может, всё и нормально будет, и вас не упекут в психушку.
А Сальвадор, используя свою силу, снял успокаивающее заклинание сына. Слишком тот полагался на свои заклинания, не замечая, что перебарщивал. Но Аарона можно было понять. Он боялся потерять Татьяну, боялся, что она уйдёт. Ведь сможет догадаться, что замужем они лишь по древнему ритуалу, а не официально. И чтобы она стала полноценной женой для общества, нужна свадьба.
Татьяна умолкла, часто-часто заморгала, приходя в себя, и даже медленно отстранилась от ректора, не понимая своего порыва обниматься с ним. Танюша скупо улыбнулась и ретировалась к Аарону, поправляя волосы и оглядывая себя в зеркале. Стыдно было до жути. Обычно она вела себе сдержаннее, а тут даже поплакать при посторонних хотелось, но выдержка не подвела.
Когда с нарядом было закончено и обговорены последние нюансы, Татьяна уже не веселилась, а нервничала. И поддержка Аарона была как раз кстати. Он нарядился в светлый костюм, как и его отец, и не отходил от жены ни на шаг, пока Сальвадор принимал гостей. Решено было представить Татьяну с помощью эффектного выхода, когда все родственники ведьмы Дарины прибудут в особняк.