Замужем по ошибке (СИ)
Тане даже стало приятно, и она, забывшись, обняла Аарона, невольно желая укрыться от взбешённого отца красавчика.
— Аарон, ну сколько раз я тебя предостерегал? Ты же целитель! У меня целый факультет таких влюблённых в полутрупы, а потом целителей самих лечат их же коллеги. Поэтому и повторяю тебе, видишь, что смертельно больной — отступись. Пусть Смерть заберёт страдальца, чем потом превращаться в глупого влюблённого, который никого и ничего не видит и не слышит.
— Отец у меня ректор академии магии, — шёпотом объяснил Танюше Аарон, а затем уже громче обратился к графу: — Я адекватный, отец. И поверь, Татьяна достойна того, чтобы жить. На ней проклятие «Тридцати три несчастья», но она не озлобилась и не сломалась. Она продолжает быть светлой. Взгляни на неё, отец, она же светлая.
Граф тяжко и как-то устало вздохнул, а затем приблизился. Девушка настороженно следила за седым мужчиной, таким же высоким, как и сын, не утратившим своей мужественной красоты. Аарон унаследовал от отца синие глаза и чёрные волосы, а вот нос, видимо, был мамин, так как у графа он был широкий, как картошка. Хотя и не портил лица, а придавал особенную мужественность вкупе с квадратным подбородком.
— Вижу, светлая, — холодно кинул Сальвадор. — Морок на ней качественный, но не ты его наложил. Дарина? — метнул взгляд на сына граф, а Татьяна перевела дыхание. Ей показалось, что мужчина её сканером просветил, до того пронзительным взором окинул её отца Аарона.
— Не знаю, но думаю да.
— Хорошая девочка, только немаг, — проворчал Сальвадор, прикидывая в уме, как вытащить из сложившейся ситуации сына. — Аура Дарины чувствуется, но этого мало, сын.
— Мы с Татьяной договорились, что она не будет от меня отходить, — успокоил отца Аарон, а Сальвадор скептически хмыкнул. — Я думаю, что никто не догадается, что это не Дарина. Нам нужно продержаться всего лишь один ужин, и я надеялся на твою поддержку.
— Поводок — это конечно хорошо, да только настоящее обручальное кольцо, а не морок, было бы лучше.
После этих слов Татьяна испуганно замерла, не влезая в разговор явно двух сумасшедших преступников. Они говорили о магии так, словно верили в её существование. И как оказалось, вечером сюда съедутся такие же шизанутые, как эти двое. Куда она попала? И как отсюда сбежать? Мысли были такими актуальными, что девушка пропустила момент, когда граф достал цепочку из расстёгнутой на груди рубашки и снял перстень, протягивая его сыну.
— Это твоей матери, надень на неё, — кивком головы граф указал на притихшую блондинку, мысли которой читались на лице. Она явно боялась мужчин, но тем не менее не истерила. Хотя, конечно, Аарон мог и наложить на неё чары, чтобы не нервничала.
Сыну повторять дважды не пришлось, он поблагодарил отца, принял от него кольцо, а затем взял Татьяну за руку и, сминая её сопротивление, надел на безымянный палец левой руки.
— Танюш, это настоящее, — попытался он успокоить девушку, — а не морок.
— Но оно же твоей матери! — возмутилась та в ответ. — Я не могу принять от тебя такой подарок, даже на время! А вдруг я его потеряю! — шипя сердилась Татьяна, не желая, чтобы такое ценное для мужчин кольцо оказалось на ней. Как она теперь сбежит? Её же теперь могут обвинить в краже!
— Знаешь, сын, а она мне нравится, — наблюдая за потугами сына успокоить блондинку, граф лукаво улыбнулся. Может, наконец судьба улыбнулась его сыну, раз ему встретилась очень интересная, забавная, а главное, светлая девушка. Проклятие можно и снять, а вот душу магией не выбелишь. — Я благословляю ваш союз. И думаю, мать будет не против.
— Что? — не поняла Татьяна, а потом вскрикнула, так как кольцо на пальце стало жечься.
— Ой! Аарон, оно нагрелось! Сними его! — жалобно пропыхтела Татьяна, не в силах сама этого сделать, хотя со всей силы пыталась стянуть кольцо с пальца.
— Таня, это сейчас пройдёт. Слышишь, не беспокойся. Милая, ну же. Оно уже не жжётся.
Попыхтев ещё несколько секунд, Таня замерла, в неверии глядя на кольцо.
— Аарон, сними его. Оно, кажется, припаялось к моей коже. Окислилось или что там сделало, не знаю, но Аарон, надо срочно ехать к спасателям. Я не хочу терять палец, — уже всхлипывая пожаловалась Таня, демонстрируя мужчинам, что кольцо плотно сидит и даже не вращается. — Аарон, ну чего ты улыбаешься! — вскрикнула она, глядя на растекающуюся во все тридцать два зуба улыбку виконта. — Это же серьёзно. Я же могу так и умереть от заражения или ещё чего-нибудь!
— Татьяна, — вместо сына отозвался граф. — Поверьте, умереть рядом с моим сыном у вас не получится. Он целитель, причём самый сильный в нашем королевстве, да и в Евросоюзе в принципе.
— Где? — не поверила своим ушам Таня. Неужели мужчина сказал что-то разумное?
— В Евросоюзе, — повторил граф. — Наше королевство находится на территории Италии. Немаги не знают о волшебниках, а мы стараемся не общаться с немагами, но бывают исключения, например, вы. К тому же вы обещали помочь моему сыну выкрутиться из сложной ситуации, в которую он попал, увы, из-за вас.
— Из-за меня? — обиженно выкрикнула Таня и возмущённо воззрилась на Аарона, но продолжил говорить с ней его отец.
— Да, Татьяна, из-за вас, а точнее, вашего проклятия. Если бы не оно, я думаю, Дарине бы и в голову не пришло подкидывать вас вместо себя моему сыну. Они уже несколько лет не виделись, а тут вы как снег на голову, да ещё и в предсмертных судорогах. Я прав, сын?
Аарон погладил Таню по волосам, обхватил её лицо ладонями и шепнул:
— Я счастлив, что именно ты появилась в моей жизни. Я обещал, что спасу тебя, я спасу, но чуть попозже, прежде ты поможешь мне. Нам нужно, чтобы родственники жены увидели тебя живой и невредимой, так как Дарина надеялась, что ты умрёшь, и для всех я стану убийцей жены. Понимаешь?
— Понимаю, — шепнула Татьяна, хотя ничего не понимала. Складно говорят, всё просто идеально придумано, если бы не одно но…
— Ректор, говоришь… — пробормотала девушка, высвобождая своё лицо из лап сумасшедшего красавчика. — Тогда по логике я в него влюбиться должна, а он воспылать ко мне неземной любовью.
— Что?! — возмущённо вскрикнул граф и отшатнулся от блондинки, которая рассматривала кольцо на пальце, потом оценивающе окинула взглядом седовласого мужчину и только потом взглянула на онемевшего Аарона. — А что? Всё согласно жанру. Я так понимаю, в вашей игре я типа попаданки. Он ректор, а значит, мой потенциальный муж, а вот ты, Аарон, прости, но ты получаешься второстепенным героем. Хотя ты мне нравишься больше. Ну а теперь поехали к спасателям, надо кольцо распилить, оно реально сдавило мне палец, скоро он посинеет и отсохнет.
— По-моему, она у тебя книжек перечитала, — проворчал граф сыну, отойдя от шока. А затем сел за стол и позвонил в колокольчик. — Девушка, я уже не так молод, чтобы со мной такие шутки шутить. И пусть я трижды ректор, но вы уж точно не попаданка. И вообще, с некоторых пор вы жена моего сына.
— Но он уже женат на Дарине. Хоть вы-то должны понимать, что так нельзя взять и поменять жену.
— Можно, — отозвался граф, пока Аарон ласково поглаживал руку Татьяне, снимая боль и разминая безымянный палец, успокаивая родовую магию кольца, что бы та не вцеплялась так неистово в девушку. — Ни я, ни моя покойная жена не одобрили брак сына, потому Дарина не была полноценной женой. Хранители рода не приняли бы никогда чёрную ведьму, а вот светлую человечку с большим удовольствием. Поэтому можно.
Аарон радостно улыбнулся Татьяне, погладил её по щеке, привлекая к себе внимание, а затем поцеловал.
— Я знал, что ты понравишься отцу. Теперь у нас всё получится. Магия рода окутывает тебя, и никто не догадается, что ты немаг.
Татьяна в сомнении окинула взглядом Аарона, тяжко вздыхая. Сложно разговаривать со слабоумными, а с верящими в выдуманный мир и всякую чушь про магию ещё сложнее. Хотя когда все вокруг сумасшедшие, а ты одна молодец, тоже настораживало.
Аарон усадил Татьяну и занял своё место рядом с ней по правую руку от отца, сидящего во главе стола. В столовую вошли служанки, неся подносы с едой. Смуглые брюнетки в форменных платьях прислуги не улыбались и выглядели крайне настороженными, причём это чувство было направлено на девушку, и она это видела. Блондинка не могла игнорировать то, как дёргалась служанка, которая наливала воду ей в стакан. А когда Татьяна поблагодарила её, та чуть побледнела, выпучила глаза и проблеяла, что она рада стараться.