Лилис
Моя интуиция быстро связала два факта воедино. Во-первых, в результате удара Демиурга сознания лишились исключительные личности, вроде магистра, во-вторых, было важно само существование у человека ауры. Все стало ясно как божий день: аура – это своего рода защита организма от электромагнитных колебаний определенного толка, и, скорее всего, пси-удар Демиурга, который пока ощутила лишь треть экипажа, входит в разряд таких воздействий. А значит, если усилить естественную защиту организма…
Розовый туман сначала затопил мое сознание, а потом вырвался наружу. Но вырвалась не только она, проклятая розовая марь, – из тела вытекло само мое сознание… Стало страшно: вроде бы объезженная мною сущность показала зубы, вышла из управления и похитила мой разум. Я, как в страшном сне, был везде и всюду: видел себя со стороны, точнее, со всех сторон разом, от затылка до подошв ботинок. Я плыл, полз, парил, вибрировал, проникал в вентиляционные отверстия, в проводку силовых кабелей, обследовал каждый квадратный метр корабля… Касался каждого человека, встреченного на пути, и неважно, был он в сознании или лежал на носилках, я оставлял с ним часть себя. И вот когда почти окончательно уверился в необратимости нахлынувшего безумия, вдруг оказался в своем теле, а розовая сущность сидела смирно, забившись в самые глубины моего нутра.
Капитан смотрел на меня все так же вопросительно:
– Ну так что?
– Конечно, это не решение проблемы, – ответил ему. – На какое-то время я защитил людей на борту, но не сам корабль – думаю, сдохну, если попытаюсь прилепить ауру к такому большому куску металла.
– Не очень верится, но, если это так, еще минут десять проживем, – резюмировал капитан, – это хорошо.
Он вновь посмотрел на экран, поправил фуражку, приказал кому-то:
– Активировать гипервременные двигатели. Начать расчет прыжка. Цель четыре тысячи парсеков прямо по курсу.
– На глаз, сэр? – спросил второй помощник.
– Да, дьявол тебя задери! СНИЖ?
– Расчет координат прыжка закончен, капитан, – произнесла машина.
– Отлично, начать отсчет.
– Внимание. Говорит СНИЖ. Корабль входит во временной туннель. Всему экипажу и персоналу надлежит немедленно пристегнуться. Начинаю короткий обратный отсчет… Три…
Пользуясь наличием времени, я дернул какого-то офицера:
– А где Демиург? Ты можешь вывести его на монитор?
Офицер посмотрел на меня недоверчиво:
– Сияющий, Демиурга не увидеть глазами, чтобы его идентифицировать, требуется громоздкое оборудование, которое устанавливают на корабли, созданные специально для этой цели. Мы можем следить лишь за возмущениями…
– Сэр!..
Мигнул свет, потом вспыхнул красный. Через секунду освещение восстановилось. Все крутили головами, спрашивали друг друга, что это было, и, похоже, я один заметил, как заходила ходуном схема корабля, данные о которой транслировал один из мониторов.
– Пси-волна, сэр.
– И что, все живы? – спросил капитан, недоверчиво оглядывая зал.
– Похоже на то, сэр. Нас уберег Сияющий.
Лицо капитана скривилось, но сказать он ничего не успел.
– Внимание. Говорит СНИЖ. Отказ гипервременных двигателей, вход в туннель отменен.
– Что? Что произошло?
– Отказ системы подачи питания, сэр, – ответил первый помощник капитана. – Отказ… о нет, отказ сотни подсистем. Пси-удар повредил часть электронного оборудования. Активация гипервременных двигателей невозможна.
– А маршевые?
– Не уверен, но может быть, работают, сэр. Включить?
Он помотал головой:
– Нет. Из сектора мы будем выбираться часа полтора, за это время Демиург превратит нас в пыль.
– Какие будут приказы, капитан?
Мужчина в белом костюме с орденами на груди повернулся ко мне. Глаза под плотно надвинутой на лоб фуражкой показались очень злыми. У меня возникло чувство, что их обладатель испытывает ко мне неприязнь, и я понял, что не ошибся, когда он мерным, лишенным эмоций голосом, от которого на месте СНИЖа я бы повесился от зависти, произнес:
– Пусть теперь ваши шкуры спасает ваш Сияющий, я умываю руки и складываю с себя полномочия.
– Но как же… – начал второй помощник, но капитан, то есть бывший капитан, печатным шагом проследовал через весь зал.
А когда за его спиной затворились створки шлюза, все офицеры перевели взгляд на меня. Похоже, что многие из них стыдились поведения своего командира, но они не знали всей подоплеки. Ведь в прошлый раз их спас не я, а капитан, умудрившийся выключить двигатели прямо в тоннеле времени. Бьюсь об заклад, что это считается невозможным.
Разумеется, он не мог не расстроиться, когда этого никто не оценил, а слава досталась мне. Теперь же, когда командующий кораблем понял, что от него, по сути, ничего не зависит и мы обречены, он отомстил, целиком спихнув проблему и ответственность на мои плечи.
– Первый помощник, – произнес я, разбив тишину, словно чайное блюдце.
– Да, Сияющий, сэр!
– Вольно. Наш фрегат может сесть на планету?
– Да, сэр, если все системы в порядке, сэр!
– Тогда бери посадку на себя.
– Есть, сэр! Включить форсажные двигатели. Начать разворот! Включить маршевые двигатели!
В следующие мгновения экипаж вновь засуетился. И хотя я не видел в их действиях никакого смысла, вид у всех был таким, будто целиком от них зависело, развалится корабль или нет.
– Началось возгорание в шестом отсеке… Системы пожаротушения вышли из строя… Третье отделение заблокировано: вынужденная мера, сэр.
– Что происходит? – спросил я.
– Сияющий, включение маршевых двигателей вызвало пожар, но сейчас он локализован. Корабль взял курс на неизвестную планету.
О курсе он мог бы не говорить: центральный монитор, транслирующий все, происходящее по ходу движения корабля, вывел в центр экрана крохотную планетку, которая пока походила на маленькую дешевую жемчужину, но с каждым новым мгновением увеличивалась в размерах.
– Простите, Сияющий.
Я повернулся к подошедшему ко мне человеку и удивился, увидев перед собой капитана. Теперь он был без фуражки и смотрел на меня с плохо скрываемой мольбой в глазах.
Я на мгновение растерялся, выдавил жалкое: «Что?»
– Простите, Сияющий, я подвел вас. Позволил тщеславию взять верх над собой и бросил корабль в самый ответственный момент. Но позвольте сказать, что принятое вами решение посадить корабль не совсем удачно. Магнитное поле планеты, конечно, защитит нас от Демиурга, но что мы будем делать дальше? Окажемся в ловушке без права на взлет и в конце концов сгнием на этой планете.
– А что ты предлагаешь? – спросил у него, в очередной раз поразившись своему уму. Понятия не имел о том, что планета нас защитит, – я намеревался только покинуть чертов корабль и разделить экипаж: вряд ли Демиург будет гоняться за всеми по отдельности.
– Предлагаю сматываться из этой планетной системы. Демиурги разумны, и, возможно, поняв, что мы хотим покинуть его владения, этот не станет нас преследовать.
– А если станет? Каковы шансы, что не станет?
– Низкие, сэр.
Я покачал головой:
– Нет. Садимся на планету, а потом что-нибудь придумаем. В конце концов, можно попробовать вступить в контакт и договориться.
– Сияющий! При всем моем уважении, вы пробовали вступать в контакт со стихией? Пробовали договориться с огнем или ветром?
– Я – нет. Но знал пару людей, которым это удавалось. В общем, капитан, я не отменю свой приказ, и неважно, согласны вы с ним или нет.
– Понял, Сияющий. Так, значит, я все еще капитан?
– Как хотите.
– Хочу, сэр.
– Тогда вы капитан.
Он нацепил фуражку и отдал честь:
– Я больше вас не подведу!
Капитан развернулся, но принять командование у помощника не успел. Вновь выключился свет, погасли мониторы, аварийные лампы даже не пытались озарять тьму кровавым светом. Секунды на три или четыре в кромешной темноте повисло безмолвие, но затем без предупреждения вспыхнул свет и ожили экраны.