Кто мишень?
- Не могу разжать руки. – всхлипывает, говоря дрожащим голосом. – Не получается…
- Ты кто такой? – слышу голос, который был в телефоне. – Не видишь у нас здесь семейные разногласия. Иди куда шёл.
Алиса сильнее вжимается в мою грудь своей спиной. Она словно комочек нервов, пытается спрятаться. Её страх осязаем.
Смотрю на этого противного человека. Запоминаю его лицо. Если попытается сейчас сбежать, найду ведь, из-под земли достану любого, кто попробует навредить моей девочке. А это чмо уже всё сделало, подписав себе приговор.
- Я сюда и шёл. – рычу, всматриваясь в его глаза.
- Ты же не хочешь, чтобы у тебя были из-за неё проблемы? – спрашивает с полной уверенностью в своём превосходстве.
- Проблемы будут, – скалюсь. – Только у тебя.
Он не понимает моего поведения и хочет сделать шаг в нашу сторону, но Мишина рука ложиться ему на плечо. Тот пугается, оборачиваясь.
- Лучше не дёргайся. – чеканит.
Я возвращаю всё своё внимание к Алисе.
- Лисёнок, расслабься. – медленно шепчу ей на ушко, постепенно разминая её пальцы, стараюсь вытащить оружие из её рук. – Я рядом, всё будет хорошо.
Она постепенно перестаёт дрожать. Когда у меня получается разжать её руки и забрать пистолет, моя девочка резко поворачивается ко мне и обнимает, утыкаясь лицом в грудь. Начинает всхлипывать. Убираю оружие и крепко прижимаю её к себе. Глубоко вдыхаю запах её волос. Сам испугался, что с ней может что-то случится. Ощущение что она может в воздухе растворится если я её сейчас отпущу.
- Что случилось? – интересуюсь, когда она сильнее впивается ногтями в мою спину.
- Бо…больно. – с трудом выдавливает из себя это слово на выдохе.
- Где? – обеспокоенно спрашиваю и бегло осматриваю. - Он что-то сделал?
Когда я немного от неё отстраняюсь она еле стоит на ногах и чуть не падает. Подхватываю её на руки.
- Ай… Спина. – тихо говорит.
Идиот. Как я сразу об этом не подумал. Ножевое. Черт!
- Потерпи немного, Лисёнок. – несу её к машине, пока Мишаня инструктирует подъехавших ребят, он не хуже меня ориентируется в подобных случаях. Придержит для меня этих двух уродов. – Сейчас поедем в больницу.
- Не хочу в больницу. – всхлипывает, несильно мотнув головой. – Пожалуйста… Поехали домой.
- Хорошо. Но дома всё равно вызовем врача. – сажу её на переднее сидение, сегодня сам за рулём побуду. – Он должен тебя осмотреть.
Тянусь за ремнём, чтобы её пристегнуть, а она чмокает меня в щёку.
- Спасибо что ты рядом. – прошептала, откидываясь на спинку, закрывая глаза.
В машине она уснула. Я аккуратно вытащил её. Когда поднимался по лестнице, ко мне подбежала Светлана.
- Что случилось? – с беспокойством осмотрела Алису, которая спала у меня на руках.
- Вызовите Константина Викторовича, я хочу, чтобы он её осмотрел.
- Да-да, конечно. – суетится, доставая телефон из кармана.
Ложу её на кровать, хочу выйти и позвонить Мишане, узнать, как там дела, но её просьба меняет мои планы…
- Полежи со мной. – просит, смотря на меня сонным и уставшим взглядом.
А я отказать ей не могу… Даже если захочу, плохо ей сделать не смогу…
Ложусь рядом, обнимаю. Она прижимается ко мне, глубоко вдыхает запах моей шеи. Чувствую её дыхание на своей коже, через пять минут добавляется еле слышное сопение. Уснула…
Глава 38. АлисаАлиса
Просыпаюсь чувствуя жуткую боль в спину, но она притупляется, когда я ощущаю любимый мужской запах, его руки прижимают меня к себе, от его тела становится невыносимо жарко. Я закрываю глаза и вспоминаю случившееся. Мне так становится обидно… Я сильнее прижимаюсь к своему мужчине. Когда он рядом, я почему-то уверенна что всё будет хорошо.
- Лисёнок, – шепчет хриплым голосом, водя рукой по моему телу. – Ты как? Как спина?
- Немножечко болит.
- Сейчас позову врача. – говорит, вставая с кровати. Мне сразу становится холодно, и я укутываюсь в одеяло.
Через пару минут в комнату заходит Константина Викторовича, я помню этого доброго доктора Айболита. Мимолётно смотрю в окно… Ночь. Зачем было дёргать человека в такое время? Я бы до утра могла подождать.
Мы немного общаемся, он осматривает мою спину. Делает укол. Я замечаю, как он удивлённо поглядывает на Абашева. Мой Терминатор следит за каждым его действием и внимательно слушает все рекомендации.
- Я бы всё-таки хотел, чтобы вы в ближайшие дни посетили больницу и сдали все необходимые анализы.
Не успеваю ничего сказать, как Дамир соглашается. Улыбаюсь. Не помню, чтобы за меня кто-то так переживал. Я тянусь к его руке, и он не отстраняется, сжимает её крепко. Наклоняется ко мне.
- Я провожу доктора и вернусь. – шепчет, целуя в макушку.
Абашев возвращается минут через десять.
- Лисёнок, расскажи мне всё. – просит, подходя к кровати.
- Ты не собирал на меня досье? – удивлённо хлопаю ресницами.
- Собирал. – соглашается, садясь рядом, облокачивается спиной на изголовье кровати. – Но там просто факты. А я хочу знать всё.
Подтягивает меня аккуратно к себе. Сажусь облокачиваясь на его стальную грудь. Киваю.
- Хорошо. – делаю глубокий вдох. – Папа умер, когда мне было два года… Авария. – трудно всё это говорить. Я часто останавливаюсь, впадая в воспоминания. – Мама уже была беременна Ромкой в тот момент, вот только не от папы. Но он простил её и готов был воспитывать ребёнка как родного, записать на своё имя… Когда папы не стало, через месяц в нашем доме появился Виктор Андреевич… Он родной отец Ромы. Они с мамой расписались. Когда мне было семь лет… я почувствовала себя невидимкой. Я вроде есть, но внимания на меня никто не обращает. С отчимом у меня отношения были, мягко говоря, не очень. К тринадцати годам у меня было явное ощущение что я лишняя в этой семье. – замолкаю, пытаясь собраться с мыслями, слёзы подступают к глазам. Мне правда обидно… – Я помню те моменты, когда Рома что-то сделает, а ругают меня, потому что ему верят, а меня даже выслушать не хотят…
Дамир меня крепче прижимает к себе. Целует в волосы. Даёт время прийти в себя.
- Виктор Андреевич стал проявлять ко мне интерес… далеко не родительский. – грудь Абашева начинает медленно вздыматься, он вдыхает запах моих волос. – Я была ещё ребенком и не могла понять, что он делает. Поначалу мне и вправду казалось, что обо мне начали заботится… Но потом... – я всхлипываю, не могу держать всё в себе. – Он мог позволить себе потрогать меня за грудь или облапать всю… Мне было противно… Я постоянно упиралась и старалась с ним не пересекаться. Я не знала у кого можно попросить помощи… Поэтому один раз я решила всё рассказать маме… Она мне не поверила… накричала. Они стали наказывать меня, отчим говорил матери что займется моим воспитанием, и она ему позволяла… Он работает в милиции и занимает там не самое последнее место… Я могла просидеть в обезьяннике с проститутками и алкашами больше суток. Мне хотели показать куда я могу попасть и кем стать, если Виктор Андреевич сделает всего один звонок…