Ева
– Верно. Но так у тебя будут чётко обозначенные обязанности и распорядок дня. И я буду тебе платить. Немного, но буду.
Родители поддержали эту идею. Подозреваю, они переживали, что я слишком витаю в облаках и надеялись, что реальные обязанности немного научат меня ответственности. Наверняка они считали, что я не продержусь и пары дней.
Но мне понравилось. При всей своей разболтанности я всегда внутренне тяготела к порядку и неспешный рабочий ритм меня затянул.
Я радовалась каждому дню. Просыпалась уже счастливая, как будто в воздухе витало что-то хорошее, что вот-вот должно было случиться. Завтракала, ехала на велосипеде в лавку, и до обеда наводила порядок на книжных полках. Мне нравилось, как тут пахло: лимонной полиролю, нагретым деревом, книжной пылью и тайной. В магазинчике всегда кто-то был: к мистеру Голду приходили самые разные люди, о чём-то разговаривали в его кабинете за закрытыми дверями, потом покупали книгу и уходили как будто слегка оглушённые. Когда я расспрашивала хозяина, зачем они все приходят, он всегда отвечал что-то вроде:
– За истиной. За помощью. За путеводной звездой.
То есть, по сути, никак не комментировал ситуацию, держа меня в неведении. Мучаясь от любопытства и строя всевозможные догадки, я забавлялась тем, что пыталась угадать по лицам людей, какую именно книгу им предложит Голд.
Однажды к нам зашёл Оливер Хайд – местный адвокат, самоуверенный мужчина, красивое лицо которого очень портило высокомерное выражение лица. Он всегда пах дорогим удушливым парфюмом – я люблю разбирать запах человека на составляющие – но от Оливера несло так, как будто он по утрам выливал на себя флакон эксклюзивного отпугивателя людей. Сейчас он заходил в лавку явно нехотя, как будто уговаривая самого себя, что это вот сейчас не он пришёл на поклон к ненормальному старику.
Он посмотрел сквозь меня и попытался сразу пройти за стойку, но я – из простой вредности – преградила ему путь.
– Вам назначено?
Он опустил на меня взгляд. Он был высоченным как баскетболист, наверняка у него были трудности в подборе одежды, но по его внешнему виду вы бы никогда этого не заподозрили.
– Девочка, не лезь не в своё дело. Мне нужен Роберт Голд.
Я пожала плечами. Мои родители явно разбаловали меня, потому что никакого пиетета к возрастам и рангам я не испытывала.
– Ну а мне нужно сообщать мистеру Голду обо всех, кто хочет его увидеть и только он решает, кого к нему пропустить, а кого нет.
Он покраснел от злости.
– Да ты хоть знаешь, зачем я сюда пришёл!
– Знаю. Вы хотите купить книгу. Все, кто приходят, хотят купить книгу. Не знаю уж, какую истину вы потеряли, но вам явно не помешало бы почитать «Добываек», мистер Хайд. Отлично подойдёт вам, между прочим.
Я чувствовала, что явно перегибаю палку, но у меня есть дурацкое качество: когда включается внутренний голос и говорит, Ева, хватит, я всегда возмущаюсь – а с какой стати я буду тебя слушать, ты же всего лишь внутренний голос?
Так и сейчас. Оливер уже набрал воздуха, чтобы обрушить на меня гневную тираду, а может, и не только тираду, но за моей спиной раздался спокойный голос.
– Здравствуйте, мистер Хайд. Я ждал вас. Ева, тебе пора на обед.
Мне не было пора на обед, но вторым моим прекрасным свойством является то, что иногда я всё-таки знаю, когда сто́ит сдать назад без единого слова. Я кивнула мистеру Голду и отправилась «к Ронни» на ланч.
Возвращалась я с повинной головой.
– Простите, мистер Голд. Я не должна была дерзить вашему гостю.
– Оливер давно напрашивался, чтобы его щёлкнули по носу, и я нахожу очень ироничным, что провидение явилось ему в облике сопливой девчонки.
– Я не…
– Почему ты посоветовала ему Мэри Нортон? – хозяин рассматривал меня как рассматривал редкие книги: пристально и с лёгким недоверием.
– Ну, просто он был такой надутый, как будто даже пукает своим одеколоном, и наверняка рассчитывал, что вы ему присоветуете Кафку, ничуть не меньше, так что я не удержалась от того, чтобы немного не пошалить. Я думаю, для мистера Хайда унизительна даже мысль, что кто-то мог хотя бы представить его, читающим детскую сказку. Тем более я знаю: «дети могут говорить что им вздумается и получать от этого удовольствие, всегда зная, что они не правы и с ними не случится ничего плохого» 1.
Мистер Голд едва заметно усмехнулся.
– И давно ты так…шалишь?
Я смутилась.
– Давно, мистер Голд. Почти с первого дня работы. Но клянусь, я больше никому не докучала!
– А что бы ты посоветовала мне?
– Вам?
– Мне.
– Вы шутите?
– Напротив, я серьёзен, как никогда. Ну, давай, я пришёл к тебе. Какую книгу ты мне предложишь?
Я всматривалась в него так долго и пристально, что в глазах защипало.
– Никакую. Нет. Не знаю.
– Так не знаешь или никакую?
– Не знаю. Книга точно есть, но я её не знаю. Простите, мистер Голд. Это было испытание, да? Я его провалила?
– Это было испытание. Ты его не провалила. – Не успела я пристать к нему с расспросами, что за тест это был, как он добавил.
– С завтрашнего дня начнёшь записывать всех моих посетителей и книги, которые, на твой взгляд, им подходят. В конце дня будешь зачитывать этот список мне. А сейчас иди домой.
– Но ещё только два часа дня…
– Уходи, Ева. -Голд вдруг как-то резко сгорбился, осунулся и стал похож на древнего, уродливого старика. – Я хочу побыть один.
Уже в дверях я окликнула его.
– А какую книгу вы всё-таки дали Оливеру?
Мистер Голд услышал меня, но не ответил
Глава 3. У «Ронни»Я недолго размышляла над тем, чтобы могли значить эти события. Сегодня была пятница, а значит, я шла петь в караоке.
У нас небольшой город. В нём одна школа, одна почта, один банк и один бар. На самом деле, конечно же, не один. Но именно «У Ронни» бьётся сердце нашего города. Его хозяйка, та самая Ронни, лучшая и единственная подруга моей мамы и их явно связывает какая-то тайная история, начавшаяся задолго до моего рождения. Ронни пахнет крепким виски, солью, перцем, чёрным хлебом и морозными яблоками. У неё есть взрослый сын, Лукас, который живёт в Портленде. Несколько раз в год Ронни закрывает свой бар и уезжает на недельку навестить его и тогда мы всё томимся и бродим как неприкаянные, не зная, где собраться.
По пятницам в баре собираются все. Отдыхают от напряжённой рабочей недели, опрокидывают пиво кружку за кружкой, перебрасываются новостями, общаются. А ещё поют караоке. Каждый может спеть песню, но только одну. Я всегда готовилась к пятнице заранее. Я хорошо пела, всегда выступала на школьных и городских концертах, но всё равно всегда волновалась перед вечером «у Ронни».