Улей. Книга 3 (СИ)
Диана шокировано молчит, нервным жестом потирая висок. Я пристально наблюдаю за ее реакцией на свои слова, и она, разумеется, это замечает.
— Когда меня поместили в мамину камеру, она выглядела, как обезумевшая узница. На все мои вопросы несла какой-то невнятный бред. Сегодня я ее даже не сразу узнала. У меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло. Почему ты не предупредил? — с упрёком бросает Ди.
— Я не успел.
— Врешь! Ты меня проверял.
— И это тоже, — не спорю я.
— Она мне лгала, — с горечью выдыхает Диана. — Притворялась. Видела мою боль, мое отчаянье, мой страх… и играла свою чертову роль, — высказавшись, она устало откидывается на подушки и устремляет взгляд в потолок.
— Мари по-другому не умеет, — придвинувшись ближе, мягко говорю я. — Брак с Гейденом тоже был искусно разыгранной постановкой. Кронос спрятал ее от Совета, но они постоянно поддерживали связь.
— Кто эта женщина, которую я всю свою жизнь считала своей матерью? — с губ Дианы срывается мучительный стон.
Повернув голову, она смотрит на меня с такой тоской, что мне хочется собственноручно придушить ее мать. Она втянула Диану в этот ад. Они оба. С Кроносом все понятно, ждать от него проявления отцовских чувств как минимум глупо. Его единственная слабость — это Мария, а единственная дочь — удобный инструмент для достижения безумных целей. Но Мари… Как она может утверждать, что не желает Диане своей судьбы, и при этом отстраненно наблюдать за ее страданиями?
— Поверь, я тоже ищу ответ на этот вопрос, — обняв жену за талию, я привлекаю ее к себе и позволяю укрыться от боли предательства на моем плече. Она шумно с надрывом дышит и мелко дрожит, и я понятия не имею, как сказать о том, что ее жизнь стала предметом шантажа со стороны собственной матери.
— Какими были условия сделки? — уткнувшись носом в мою шею, тихо спрашивает Диана. Доверчиво жмется ко мне в поисках тепла, и просунув руку под мой халат, невесомо водит ноготками по коже. Ее неосознанный порыв и потребность в ласке и утешении пробуждают во мне отнюдь не невинные реакции. Концентрироваться на диалоге становится невероятно сложно, и я призываю на помощь весь свой железобетонный самоконтроль. Точнее то, что от него осталось.
— Координаты Полигона взамен на устранение Верховного Совета. — отвечаю максимально кратко. Диана отводит голову назад, и я вижу, как шокировано распахиваются серебристые глаза.
— Мама знала, где меня искать?
— Да, знала, — киваю я. — До определённого момента Мария и Кронос преследовали одни цели, а главы Совета были уверены, что это они ведут в финальной игре. Тебя спрятали здесь, как сдерживающий фактор, козырь, которым они бы ткнули мне под нос, посмей я пойти против их воли. Как видишь, последние здорово просчитались. Слишком рано списали со счетов основных игроков. Мария виртуозно обвела всех вокруг пальца. Всех, включая Кроноса. С Фантома он планировал прилететь сюда, как победитель, но оказался в тюремном карцере Полигона.
— Она может его освободить? Это же абсурдно, учитывая, что он с ней сделал, — с запозданием на несколько часов Диана начинает высказывать здравые опасения.
— Я не знаю, какие договоренности ее связывают с генералом, но не исключаю подобную вероятность, — предельно прямо отвечаю я. — И меня сильно напрягает то, что твоя мать решила остаться здесь. Она не полетит с нами.
— Я хочу с ней поговорить. Ты обещал, — во взгляде Дианы появляется упрямая непреклонность.
— Хорошо. Утром тебя к ней проводят, — соглашаюсь я. — Но будь осторожна, Ди. Не стоит слепо верить ее словам. Она обещала мне голову Кроноса, а по итогу снова все переиграла.
— С моей помощью, — Диана шумно втягивает воздух и упирается лбом в мое плечо.
— Без боя генерал бы его не отдал, — поддавшись соблазну, я запускаю ладонь в ее волосы и мягко сжимаю на затылке. — Шансы на победу у нас есть, но и риски высоки. Мы воспользуемся перемирием, чтобы усилить свои позиции и восполнить ряды бойцов Гейба.
— Ты собираешься вернуться за Кроносом? — Диана резко вскидывает голову. — Уверен, что в этом есть необходимость?
— Мое личное участие не обязательно. Гейб отлично справится без меня, — успокаиваю обеспокоенную жену. — Кроноса доставят в любую точку планеты, которую я укажу.
— А кто у нас Гейб? — любопытствует Ди, и мне определенно нравится, как звучит «нас» из ее уст.
— Бывший батлер шестого уровня. Я перевел его на тринадцатый.
— На место Эйнара? — нарочито равнодушным тоном уточняет Диана.
Лучше бы промолчала… Неконтролируемая реакция не заставляет себя долго ждать. Зверею мгновенно, и чтобы не наворотить дел, откатываюсь на край кровати.
— Что я такого сказала? — поняв, что немного облажалась, Диана включает «блондинку».
— Еще спроси меня, как он. Вдруг отвечу и навестить отпущу.
— Давай притворимся, что его не существует, — вспыхивает она. Резко садится и сверлит меня негодующим взглядом. — Я не моя мать, Дэрил. Я так не умею.
— Не переживай, ему не долго осталось существовать, — бесстрастно сообщаю я.
— Ты же это несерьезно?
— Более чем, — небрежно хмыкнув, бросаю на жену выразительный взгляд. — Ты лично убедишься в том, насколько я серьезен в этом вопросе. Но сначала его хорошенько подлечат, иначе слишком быстро отмучается.
— Дэрил… — выстанывает она с мольбой, все еще рассчитывая выплакать у меня жизнь своего живучего как таракан Ромео.
— Тема закрыта, — с леденящим спокойствием отрезаю я, снова призвав всю свою выдержку.
— Он ко мне не прикасался!
— Зачем ты врешь? — повернув голову, ровным тоном спрашиваю я.
— Мы не трахались. Так тебе понятнее?
— Мне плевать.
— Идиот, — взбешенно выплевывает Ди. — Мне не плевать. И тебе тоже. — она порывисто вскакивает с кровати и начинает метаться по комнате, заламывая руки и громко возмущаясь. — Нельзя же вот так… Это жестоко, бесчеловечно. Он не хотел ничего плохого. Его ввели в заблуждение, пообещали свободу! Кто бы отказался?
Что она несет? Это же просто смешно.
— Диана, Эйнар давно не ребенок и несет ответственность за свои поступки. Ты выглядишь глупо, защищая предателя. Мое решение не зависит от того засунул он в тебя свой член или нет, но если бы он это сделал, то умирать ему пришлось бы в разы больнее.
Диана резко останавливается, пристально всматривается в меня сквозь ночной полумрак. Трясет головой, словно все еще не верит, что ее мальчик обречен.
— Я тебя возненавижу! — исчерпав все аргументы, Диана переходит к эмоциональному шантажу. Неприятно, но переживу.
— Тебе же все равно что я сделал вчера и наплевать, что сделаю завтра. — невозмутимо припоминаю я. Сверкнув глазами, она открывает рот, чтобы возразить, но так не подобрав подходящих слов, с досадой сжимает губы. Прекрасно, значит, я могу продолжать: — Ты не логична в своих заявлениях, Ди. Готова простить мне сотни невинных жизней, но того, кто без раздумий переметнулся на сторону врага, требуешь пощадить. Он — предатель, и это факт, который, надеюсь, ты не будешь отрицать.
Диана подавленно молчит, обхватив себя руками. Смотрит куда угодно, но не на меня, всем видом показывая свое неприятие. Я раздраженно вздыхаю и, поднявшись с постели, иду к ней. Она вытягивает руку, жестом призывая меня остановиться. Отрицательно качаю головой и сокращаю расстояние между нами до минимума. Отпрянув, Диана быстро пятится назад, пока не упирается лопатками в стену. Я не двигаюсь с места, и устало потерев ладонью лицо, киваю в сторону кровати:
— Ложись спать, Ди. Ты едва держишься на ногах.
— Как ты не понимаешь… Он сделал это из-за меня, — приглушенно шепчет она.
— Понимаю, но что это меняет? — смягчив тон, отвечаю я. — Ты ничего не изменишь. Это мое решение, и тебе придется его принять так же, как я сегодня принял твое. Других вариантов нет.
15
Диана