Изгои
Воин закинул труп наплечо, что-то сказал бойцам, ибодро зашагал внаправлении начальства.
Вот это японимаю— выучка.
Иеще, уверен, основная причина суеты вокруг акул пера кроется вличности некой эрлглэрдессы Раены.
Все события уложились вминуту, закоторую служитель культа окончательно взбеленился отполного пренебрежения его персоной. Напылкую эскападу никто необратил внимания, неудостоил ответом. Ондаже покраснел отвозмущения. Нопока молчал. Странно.
Дер Вирго едва зубами нескрежетал отприлагаемых усилий, пот лил унего солба градом, впродвинутом магическом зрении явидел всего лишь огромную сеть, образовавшую эллипсоид, отближнего конца которого тянулась янтарного цвета толстая «веревка» круке мага. Что находилось внутри конструкции— для меня было недоступно, нонечто там довольно активно билось, пытаясь вырваться. Судил повспучивающимся тотут, тотам буграм наповерхности ловушки. Надракона существо нетянуло— размеры несопоставимы. Тут кнезримым силовым линиям мэтра присоединились, исходящие отТурина. Имаг вздохнул соблегчением. Затем мне прилетело сообщение отнего: «Активируй четки. Сожми всумке пальцами череп, потянись кним через „повелителя“, иотдай четкий мысленный приказ поймать суть дракона. Ееувидишь. Пока она неокажется взерне, невыпускай подвес изрук. Инивкоем случае непрекращай процесс. Иначе все тут ляжем».
Конечно, согласно сериалам, ядолжен был разразиться потоком словес, дабы прояснить обстановку, ведь дитятку никто вкурс неввел, иплевать наместо ивремя. Ноявыводы сделал давно— вовред мне Турин пока действовать нестанет, получилось так, что яему наданном этапе жизненно необходим. Поэтому иногда лучше молчать иподчиняться, чем верещать, как баба, показывая всем сильную инезависимую личность.
Включил артефакт. Итут же, как пелена сглаз спала, увидел, что вловушке мага билось существо действительно силуэтом похожее наповерженного ящера. Отчеток метнулось кнему фиолетовое сзелеными всполохами марево, которое окутало полностью тварь, затем она стала втягиваться вних. Родовое кольцо обжигало, азубастый череп, казалось, начал грызть большой палец ивпереносицу будто кто-то гвоздь заколачивал. Терпел, сжав зубы так, как быкрошиться неначали. Ворту першило игорчило. Впрочем, болезненные инеприятные ощущения продлились недолго. Небольше пяти-семи секунд. Потом все пропало, амаг, выдохнув, утер пот солба рукавом, незабыв сообщить: «Теперь убери четки изнашей реальности, манипуляции теже, как сритуальным ножом ичашей, если еще книгу неосвоил. Ипродолжай заниматься делом. Сердце скоро понадобится. Кстати, вижу лэрг Иллиан умер?».
«Похоже нато. Если быАмелия невручила мне зелья, тосдох быия».
«Продержись немного, затем покажу, как сделать правильно».
«Понял».
Артефакт исчез. Аясразу сплюнул всторону, слюна оказалась вязкой, липкой, отчего-то угольного цвета. Волшебство, мать его. Нопромолчал. Видел, как помне нераз инедва проходились сканирующие заклинания отлэрга имэтра. Раз маг ничего несообщил, товсе шло поплану.
Между тем служитель культа продолжал пялиться ненавистным взором, нопока ничего непредпринимал. Япримерный план действий навсе случаи составил. Наплощади появилась закопченная иобгорелая троица репортеров, одним изних оказалась высокая, довольно красивая девица сочень сучным выражением наузкой мордахе ияростью вбольших ультрамариновых глазах. Журналюги влились вряды знати, один изних, среднего роста мужчина, достал блокнот ипринялся внем что-то чиркать. Жрец, вероятней всего, ждал именно этого момента, потому что внезапно почти подбежал, настолько быстро сделал сдесяток шагов внаправлении нас, ипроорал:
—Ты— отродье Тьмы иХаоса, дитя самого Эйдена! Тывиновен вгибели служителя Кроноса иэрина Старка Татуглы! Что можешь сказать всвое оправдание⁈ Отвечай или…— голос его звенел отгнева, идеятель вновь ткнул для убедительности клевцом вмою сторону. Похоже, неплохо сам себя накрутил. Ясно. Готовился кигре напублику ипрессу, которая незамедлила обратить пристальное внимание. Яспокойно продолжал доделывать работу.
«Ответь, что нипри чем! Обвинение серьезное, алюди смотрят! Еще ипредставители „Имперского Вестника“ здесь. Даинестоит так явно пренебрегать верховным жрецом, его слушает иему внимает чернь»,— прилетело отТурина.
Пришлось отрываться отпотрошения дракона, досердца добрался, нопока раздумывал, как вытащить— оно было размерами около метра двадцати вдлину, сантиметров семьдесят всамом широком месте истолько жевтолщину, отчеловеческого заметно отличалось. Впрочем, сейчас для извлечения требовалось перерезать две аорты истолько жевен, если правильно ихидентифицировал. Дело нескольких секунд.
Внимают? Ответить, говоришь? Ямедленно развернулся, сделал два шага вперед, наместник сосвитой тоже придвинулись кнам, образуя полукруг, вцентре которого инаходились мынафоне возвышающейся туши дракона. Говорить начал так, чтобы вмоем голосе перемешивалось холодное презрение иполное пренебрежение коппоненту:
—Как смеешь ты, плебей игрязь, требовать что-то вИмперии отглэрда? Главы Дома? Тыможешь лишь попросить смиренно инадеяться, что яснизойду! Вижу, тебя давно непороли,— уТурина начали округляться глаза, наместник иостальные аристо только рты непооткрывали, акулы пера выглядели довольными— скандал, налицах азарт, иувсех блокноты, даже дамочка взялась записанину,— Кстати, твоему верному прихожанину— эрину Старку Татугле яуже преподал урок, ион, очудо, сегодня при встрече сомной вел себя совсем почтением. Наши предки знали, как прививать манеры черни! Поэтому еще одно слово втаком жетоне, иты, жрец, получишь двадцать плетей, анедесять, как твой воспитанник. Ибо, похоже, изтвоих проповедей растут ноги дерзости непочину, авозможно иудругих злодейств! Наверняка тыдумаешь, что чего-то добился вжизни, став Верховным жрецом, чего-то теперь стоишь иможешь относиться пренебрежительно кЗаконам иКодексам? Но, яскажу— это нетак. Тывсего лишь один «из», амое имя знают боги, которым выслужите! Клянусь кровью!— правый кулак охватило пламя. Уверен, зрелище получилось эпичным— ясголовы доног вкрови, нафоне адской бойни, аучитывая подтверждаемый тезис, тоизнать дышать перестала, втишине пусть нескрипели перья, они порхали,— Однако отвечу несколько тебе, аблагородным ичестным мужам, ккаким испытываю настоящее, неподдельное уважение. Искажу так, вини вовсех бедах своих приспешников илично себя! Яже, невзирая наиспепеляющее пламя, силу иярость дракона, атаковал его, пока тот пребывал врастерянности, потому что наместник сверными людьми, гвардейцами втом числе, чей подвиг невызывает сомнений, бились созлобным ящером ненажизнь, анасмерть! Они, используя защитный купол, стояли, несделав нишагу назад, разили лютого врага заклятьями, откоторых содрогалось само пространство, непренебрегали ичестной сталью, умирали ипадали без сил, истекая кровью! Нонесдались, несделали нишагу назад! Ипредки гордятся своими детьми ирадостно поднимают кубки застолом Кроноса, видя их!— указал япальцем наРихана сприсными, которые скаждым моим словом делали все более мужественными лица, незабывая косить взгляды нарепортеров, агвардейцы расправляли плечи еще шире,— Именно вних летело пламя, сжигающее саму магию, само естество этого мира! Именно наних падали молнии, способные превратить вничто половину Крепости! Иэто ямолчу про заклятья изарсеналов Хаоса иТьмы, которым они противостояли! Они! Неты!— лица участников совсем ужпосуровели, стали свирепыми, брови насуплены, глаза разгорались иразгорались. Ткни пальцем сейчас влюбое зло— затоптали бы. Турин чуть сощурил глаза, авних промелькнула явная усмешка,— Они бились, как львы, как берсерки, пока вы— служители богов, подобно жалким мрокам, выжидали, кто победит, чтобы выказать затем ему свою покорность,— жрец открыл рот, ноянедал высказаться, аобвел рукой присутствующих,— Благодаря вот этим людям, имперский боевой дракон ненатворил исотой, тысячной части тех бед, какие мог! Ужкому, как невам это знать! Нетак ли, уважаемые аристо?— все закивали, наместник втом числе, как ижурналисты,— Да, трудной икровавой ценой досталась нам победа, номы, аневы, это сделали! Ипотрадиции почтим павших трижды: Аррас! Аррас! Аррас!— заорал я, вспомнив боевой клич, скоторым мыатаковали подземного криминального короля. Что жедо«традиций», вомне незря проснулась память крови. Первый клич подхватили только напоследнем слоге, новторой даже лэрг торжественно выдохнул, атретий разнесся повсей площади. Переждав накал страстей, япродолжил,— Ипусть они окажутся застолом Кроноса!