Изгои
—Вряд ли…— обозначил отрицательное покачивание головой маг,— Там довольно нехорошая история получилась. Вмомент нападения Тиглсами народовой замок Сибрио жена Брукуса делила ложе сИлларом, главой этого бесславного вчем-то рода. Изатем победители неубивали всех подряд, атолько принадлежащих именно кэтому Дому, чтобы впоследствии никто немог ниотомстить, низаявить окаких-либо правах или пожаловаться великому герцогу, аможет исамому Императору набеззаконие.
—И?— хотя примерно понял, очем тот вел речь.
—Тех жедетей слуг, даже насамых высоких должностях ивассалов, Тиглсы нетронули. Заисключением дочери исына Брукуса. Ромм женикогда неявлялся личным врагом Дома, которого требовалось так жестоко наказать вназидание другим. Вот идумай.
—Тоесть, онвоспитывал несвоих детей?
—Скорее всего.
—Асейчас чем Ромм занимается?— поговорю, посмотрю.
—Подался вискатели древних сокровищ, нонеочень удачно. Характер нетот, кавантюрам Брукус несклонен. Авпрошлом сезоне работал сборщиком роски, пытался накопить насвое дело, нозима иДлинная сумеречная ночь наземлях Хаоса вносят свои коррективы. Проживает Ромм сейчас вдоходном доме Лукаса Барма. Встречал его декаду назад.
—Странно, куда ниплюнь, везде торчат уши Пасклей,— сообщил язадумчиво.
—Еще бы,— улыбнулся отчего-то довольно маг,— Это один изчетырех самых могущественных Домов Аринора. Думаешь почему Деймона никто неубил, как бешенного пса, давным-давно? Онведь себя совсеми так вел.
Впервые секунды захотелось выругаться зло ипоматушке, ночерез миг задавил деструктивные эмоции. Вдело вступил рационализм. Ничего уже неизменить, апосле утренней разминки инестал бы, даже если бымог, потому что получение силы икрови стоило такого риска. Бояться жекакой-то Дом, когда целью ставишь уничтожение нимного, нимало, нобогов, отдает идиотией. Ивоспринимать эту угрозу, еекупирование, следует как очередную тренировку перед большим иосновательным делом.
Глава вторая37.03.589отоснования Новой Империи, Демморунг
…Толстые свечи возле алтаря намгновение погасли, азатем вспыхнули сновой силой. Трость Мертвого Курильщика исчезла сбелоснежного мраморного стола, агде-то вотдалении раздался заразительный звонкий женский смех. Сама жестатуя Азалии, выглядящая живой, чуть улыбнулась мне, аможет это так легли тени. Гениальный скульптор смог уловить момент ипередать его. Богиня удачи смотрела вполоборота. Кудрявые волосы доплеч развевались, будто подхваченные порывом ветра, который весьма фривольно повел себя ислегким воздушным платьем сразрезами набедрах. Налице красавицы веселое озорство, и, казалось, сейчас она встряхнет головой иупорхнет посвоим делам. Анадуше от«общения» все вверх дном, иудивительное предчувствие близкого-близкого счастья инеизбежного чуда, какое иногда возникало только вдетстве.
Стоящий рядом дер Ингертос молчаливым кивком подтвердил одоставке посылки именно доадресата, анедопромежуточной станции ввиде жреческого хранилища. Маг пожертвовал двадцатью монетами изкрасного золота ивычурным жезлом изжелтой кости. Крадости колдуна его подношения, как имои, были приняты. Что же, явыполнил одно изважных дел, запланированных насегодня.
Впрочем, приподнятое настроение непомешало вновь окинуть быстрым взглядом убранство храма. Огромный зал смонументальной статуей бога огня ивойны вцентре устены противоположной квходу. Сверху нанего падал широкий луч света, учитывая дневную хмарь снаружи, онимел искусственное происхождение. Справа отВерховного место пустовало, араньше оно принадлежало проклинаемому всеми Эйдену, ивбольшинстве других святилищ Империи данное место теперь занимала богиня любви— Истелла. Слева чуть позади отКроноса находилась главная цель— благообразный старик сгустой кучерявой бородой догруди. Влевой руке онсжимал длинный посох снавершием ввиде головы дракона, авдругой раскрытый фолиант. Смотрел божок наредких посетителей сумудренностью вовзоре, будто поверх очков, каких унего неимелось.
Данная скульптура никак несоотносилась снарисованным ввоображении мелким, склочным, паскудным, обязательно однозубым хрычом, какого япредставлял при упоминании имени «Ситрус». Его верных служителей поблизости ненаблюдалось. Весь персонал святилища— пятеро молодых послушников, занимавшихся сейчас уборкой. Они совершенно необращали внимания напосетителей, четверо изкоторых склонили головы перед статуей Мары, изображавшей высокую женщину сцарственным лицом, мудрым ипечальным. Фигуру владычицы мертвых, застывшую напротив Азалии, скрывал длинный плащ. Направой вытянутой руке она держала человеческий череп, обращенный пустыми глазницами кбогине, влевой сжимала короткий скипетр.
Трое посетителей справа отнас смэтром молились Иргусу— бодрому улыбчивому толстяку, чьи пальцы унизывали перстни, нашее красовались четыре толстенных золотых цепи. Нашироком поясе сплошь вдрагоценных камнях висело двенадцать туго набитых кошелей. Водной руке ондержал счеты, авдругой заспиной прятал прямой обоюдоострый окровавленный кинжал. Бог торговли ибогатства.
Второе дело. Янаправился кглавной статуе сурового старика-воина сшипастой булавой вруке истаким выражением налице, что казалось онсейчас начнет разбивать головы, отрывать конечности, ломать ребра всем без разбора. Его будто вырвали изгущи яростной битвы. Ипомере приближения наменя начало накатывать инакатывать желание заняться геноцидом совместно сКроносом, аотблагодушия, подаренного богиней удачи, неосталось иследа. Все вытеснила тяжелая злость, некий боевой задор илютое, струдом перебарываемое, желание вступить вбезнадежную схватку слегионами Тьмы, сдохнуть, забрав ссобой как можно больше любых тварей. Живых, мертвых… Какая разница? Главное битва. Ядаже ощутил фантомные запахи парного мяса исвежепролитой крови, кним примешивалась гарь отпожарищ.
Небез труда прогнал наваждение. Все жезря наговаривал наместных относительно неумения пользоваться ментальной магией, где хотели, там отлично работали сразумом. Воздействовали виртуозно инезаметно. Очем говорил простой факт— энергия в«Щите Ихора» непросела инадолю процента. Следовательно, артефакт несвязывал храмовые внушения спси-атаками. Вчерноягодской обители богов таких ощущений янеиспытывал, здесь женебожители словно находились рядом имогли управлять мыслями иэмоциями паствы. Интересно, так работали некие ауры непосредственно самих божеств или жеэто специфическое жреческое волшебство, дабы поражать, воодушевлять прихожан и, конечно, заставлять ихраскошеливаться надары? Меня быустроил последний вариант.
Основным итогом моего сегодняшнего паломничества стала окончательная уверенность вправильности решения отложить месть Ситрусу. Пусть все естество требовало незамедлительного ответа напроиски паскудного дедушки, который издалека выглядел достаточно просто. Под «Вуалью Тьмы» проникнуть вХрам, двери которого были открыты влюбое время суток, затем «Кровопийцей» уничтожить алтарь бога разума и«скормить» разлитую энергию Оринусу.
Останавливал недостаток информации, врезультате просчитать последствия тех или иных действий становилось сродни гаданию накофейной гуще. Дополнительно, практически абсолютное незнание противника, совсеми вытекающими. Поэтому просто отлично, что испытал насебе ряд воздействий, как иотметил, что уменя неимелось возможности блокировать их, кроме собственного разума. Однако, сейчас янаходился вотносительно мирной обстановке, поэтому наведенные мысли иэмоции неприводили кфатальным последствиям. Другое дело, когда счет шел насекунды, ихдоли, итут вголове «привет» ввиде непонятной дури.