Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)
– Нет, – прошептала она.
– Да, – он ввел предмет и оглядел свою добычу. – Понимаешь, что мне осталось не так много возможностей овладеть тобой?
– Только не так, – возразила Беатрис.
Он усмехнулся в ответ, снова опускаясь на колено у ее лица.
– Хочешь, поменяю? И позу, и намерения. Но я не стану обещать, что тебе понравится больше.
В этот момент игрушка включилась. Тело изогнулось от нового ощущения. Вибрация разгоняла по венам жгучую кровь, стон нарушил тишину. Эритар снова жестко захватил волосы девушки и повернул так, как желал.
– Открой рот, – приказал он. В голосе были нотки нетерпения и желания.
Девушка отрицательно покачала головой и получила легкую пощечину. Она закрыла глаза, желая только чувствовать, наслаждаясь прикосновением нежной плоти к губам.
– Еще одна попытка, – холодно сказал Эритар. – Открой свой рот!
Никакого подчинения, губы остались мягкими, но плотно сомкнутыми.
«Мало одной пощечины», – думала Беатрис, – «Выйди уже из себя».
Плеть обожгла спину несколькими резкими ударами. Дааа, это было именно то, что она хотела.
– Следующий будет по твоей попке, – предупредил ее мужчина. – Как думаешь, по этим набухшим и наливающимся следам, будет приятно?
– Прости меня, хозяин, – прошептала она, еле шевеля губами. – Я сделаю все, чтобы ты был доволен. Позволь подчиниться еще раз.
Он вошел мягко и осторожно, но рабыня не обольщалась – дает привыкнуть. Даже не для нее, а именно для себя, потому что если она достаточно хорошо примет его орган, то ему будет приятнее. Тугая волна скрутила низ живота в ответ на эти мысли. Беатрис иначе ощутила игрушку и подумала, что кончить придется несколько раньше, чем она рассчитывала. Ее положение, не позволяющее даже повернуть голову, руки мужчины, безжалостно удерживающие ее на месте и его жадные движения, лишающие воздуха, заставляющие пугаться, резкие, грубые, болезненные – все это смешивалось в сладкий одуряющий коктейль. Будто сквозь сон она слышала унизительные звуки, которые издавало ее горло, ощущала легкие шлепки по щекам. Глаза наполнились слезами. Предмет в ней давал настолько яркие ощущения, что стоны стали протяжными, а тело извивалось, пытаясь получить от ограниченного положения максимум.
– Не сейчас, – предупредил Эритар, понимая, к чему все идет. – Снова накажу.
От этих слов Беатрис вздрогнула, ощущая жаркий прилив желания. Она заставила себя отвлечься, но с каждой секундой ей становилось все слаще.
– Терпи, Беатрис, не кончай, – прошептал он, снова входя до предела и наслаждаясь спазмами, охватывающими ее тело от нехватки воздуха.
Надо было двигаться дальше. Он отпустил ее, позволяя лечь щекой на обивку, отвязал руки, но лишь чтобы снова зафиксировать браслеты перед ее лицом, ослабил крепление ошейника, позволяя приподнять верхнюю часть тела, опираясь на локти.
– Немножко боли? – поинтересовался он, лаская ее соски.
– Да, – прошептала она.
– Хорошо, – пальцы сжались сильнее, провоцируя новые стоны, после чего девушка почувствовала прикосновение холодного металла. Зажимы были достаточно мягкими, но она знала, что и этого хватит. Ощущение будет расти, будет меняться с приятного томления на серьезную боль.
Эритар встал позади нее. Пальцы легли на ягодицы, раздвигая ее дырочки.
– Ты понимаешь, что я сейчас сделаю? – спросил он. – Ничем не сможешь помешать мне. Даже сдвинуться в сторону.
Его голос плыл от возбуждения.
– Тогда убери игрушку, мне будет больно, – жалобно попросила Беатрис.
– В этом весь смысл, – ответил он ей, двигая ее вперед, так, чтобы было удобно войти. – Так как думаешь, стала ли ты девственницей еще и здесь?
Девушка напряглась, тщетно пытаясь поменять положение. Лязгнули кольца браслетов, тихо звякнула цепочка на зажимах.
– Очень надеюсь, что не стала. И тебе тоже стоит на это надеяться, раз стоп-слово по-прежнему работает, – нервно выдохнула она.
Эритар щедро смазал ее узкую дырочку и размял ее, проникая сразу двумя пальцами. Игрушка завибрировала сильнее, заставляя забыть о возражениях.
– Если станет больно – скажи, – прошептал Эритар, убирая пальцы и вытирая смазку о ее же бедро. – Не смей молча терпеть, – в его голосе была почти забота, но он не договорил, – потому что я обожаю, когда тебе больно и ты умоляешь меня остановиться.
– А я уж подумала, опять будут сопли, – усмехнулась Беатрис в предвкушении того, что произойдет. – «Я отпущу тебя и буду нежно целовать, пока губы не сотрут слезы», «накажу тебя оргазмами», «ты забудешь свое имя».
– Ничего себе, что я слышу, – рука мужчины схватила ее за ошейник, приподнимая. Беатрис поняла, что цепочка зажимов крепится к кольцу на этом странном кресле. Она взвизгнула от боли в натянувшихся сосках.
– Кажется, тебе не хватало жесткой руки сильнее, чем я думал.
Давление на ее маленькую дырочку усилилось, и член скользнул внутрь. Эритар не спешил, он был осторожен и почти нежен, но заполнял ее неумолимо, не собираясь останавливаться. Беатрис судорожно впилась руками в веревки, фиксирующие карабины браслетов. Она пыталась отпустить мышцы, снять напряжение в теле. Выходило сложно. Ни с кем кроме Тара она такими вещами не занималась и отвыкла. Наконец он остановился. Видимо проник достаточно глубоко. Девушка постаралась расслабиться сильнее, понимая, что он не даст ей много времени, чтобы привыкнуть. Действительно, постепенно начались ровные и небольшие движения. Затем напор усилился, Эритар крепко держал ее за талию.
– Голову вниз, – приказал он.
Беатрис выполнила приказ, снова ложась щекой на мягкую обивку. Она чувствовала себя очень растянутой, было больно, ни на что не получалось повлиять. Полностью в его руках, полностью зависит от его желаний. Стоны рвались из груди, и она сама не могла бы сказать, боль это или удовольствие. Соски болели от зажимов и очень мешали прийти к пику.
Тар дернул цепочку, вызывая сдавленное шипение и долгие умоляющие стоны.
– Еще? – спросил он, наращивая темп в ее узенькой дырочке.
– Нет, – почти проплакала она.
Он не послушал и сильнее натянул цепочку.
– Прошу тебя, пожалуйста, – Беатрис приподнялась, пытаясь обернуться на него и столкнулась глазами со своим отражением.
Эритар схватил ее за ошейник, приподнимая выше. Она прогнулась, пытаясь освободиться. На лице боль, мольба, растерянный взгляд, обнаженное тело, прикованные руки, серебро металла на груди. Мужчина, хмельной от страсти держит ее и имеет как хочет.
Он снял зажимы. Беатрис закричала от боли, почувствовала его пальцы пришедшие на смену, вздрогнула и с криком провалилась в оргазм. Ее било и несло, она не могла сдержаться, не хотела и не пыталась дышать. Только стоны. Игрушка покинула ее тело, Тар отпустил, и девушка бессильно упала на опору. Она чувствовала, что браслеты больше не привязаны.
– Шевелись, – Эритар поднял ее за талию и перетащил на широкое полотно кровати, укладывая на спину. Беатрис никак на это не реагировала. Она вздрогнула только тогда, когда он накрыл ее тело собой. На нее он не смотрел, склонился к груди, вобрал сосок в рот, даже сейчас лаская жестко, сжимая нежную горошину зубами.
Его член вошел в ее лоно, заставляя выгнуться на встречу и снова закричать. Руки Беатрис взметнулись к нему, он их перехватил, сцепил браслеты и заломил за голову, удерживая. Ноги закинул на плечи, потом передумал. Согнул одну в колене, отвел в сторону и надавил на бедро, заставляя раскрыться еще больше.
Беатрис ловила его дыхание и тихие хриплые стоны. Он заполнял ее всю, держал так, что не могла пошевелиться, хоть и была не связана. Она посмотрела на его измененное страстью лицо и тут же получила знак отвернуться. Все это было частями ее наслаждения, которые почти сложились. Тело девушки еще раз проверило границы своей свободы, еще раз получило подтверждение, что ни единого шанса изменить положение или вырваться из его рук нет. Эритар был сильнее. Она не посмела поднять на него глаза, потому что запрет еще действовал. Жаркие губы коснулись соска и удовольствие снова взяло верх.