Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)
– Стой так!
Беатрис обняла себя руками и застыла в ожидании. Прохладный воздух напоминал ей, что она обнажена, волосы щекотали спину там, где обычно их останавливала ткань платья. Мир обеднел без магии. Девушка намеренно смотрела в пол, потому что обстановка была не из тех, чем хочется любоваться. Она все хорошо помнила.
– У меня куча дел, твоими стараниями, – сказал Эритар. – Допросить бывшую жену, допросить прислугу. К слову, когда ты меня позвала, если так можно выразиться, я был занят и те дела тоже ждут моего участия. Трис, тебе придется встать в очередь.
Он прикрепил к кольцу ошейника тяжелую цепь и потянул за нее, отмеряя нужную длину через фиксирующее кольцо. Осталось ровно столько, чтобы Беатрис могла сидеть на полу у стены.
– Слишком красивая, – сказал он, оценивающе глядя на сжавшуюся девушку.
– Это потому, что я голая или потому что на цепи? Что из этого в твоих глазах делает меня красивее? – дерзко поинтересовалась Беатрис.
– Какой же у тебя острый язычок. Никогда не можешь вовремя замолчать. Знаешь, Беатрис, твоя покорность никуда не годится. Ты вообще не понимаешь смысла этого слова.
Он вышел из комнаты, затем вернулся с водой. Ледяной холод охватил тело девушки до того, как она успела понять, что происходит. Следом вылилось второе ведро. Беатрис вцепилась пальцами одной руки в стену, другой почему-то схватилась за цепь.
Эритар опустился перед ней, чтобы глаза оказались на одном уровне.
– Руки за спину, – холодно сказал он, глядя на ее перепуганное лицо, без всякого сочувствия.
Беатрис быстрым движением убрала мокрые волосы, понимая, что в ближайшее время такой возможности больше не будет. Горячие ладони схватили ее запястья, преодолевая легкое сопротивление. Голова закружилась, когда руки обхватили металлические браслеты кандалов. Девушка дернулась, но мужчина действовал быстро и с силой. Щиколотки тоже оказались закованы. Цепи соединялись между собой, не давая распрямиться.
Тар взял кляп с крупным черным шариком и втолкнул ей в рот, закрепляя на затылке ремешком.
– Беатрис, – сказал он, лишив ее возможности внятно говорить. – Смотри какое дело… У нас с тобой паритет, как у равных, хотя мы оба знаем, в каких сложных отношениях оказались.
Девушка взглядом дала понять, что не понимает, что он имеет ввиду.
– Хорошо, мне не сложно объяснить, – улыбнулся он. – Ты похозяйничала, затем я проявил свою власть. Ты меня перепугала, затем я тебя перепугал. Мне кажется, что я даже слышу, как стучит твое сердце, будто бы сейчас бежишь, хотя я лишил тебя такой возможности.
Она кивнула, соглашаясь.
– Так вот. Я доволен всем, что ты сделала. Просто немного уравнял положение. Думаю, после твоего вмешательства все согласны сотрудничать со мной, лишь бы я не отдал их тебе. Все прекрасно, моя золотая, и я нисколько не злюсь. Накажу тебя только за то, что мчался сюда как безумный и буду вынужден платить штрафы в казну.
Ответом был прожигающий насквозь взгляд.
– Мне понравилось все, что сделала ты, а тебе понравится все, что сделаю я. Обещаю, моя сладкая.
Беатрис выдохнула. Неплохо он прокатил ее на волне эмоций.
Он наклонился к ней, проводя языком по растянутым кляпом губам. Ее тело потянулось к нему. Эритар приподнял ее помогая сесть.
– Не страшно сейчас? – почти нежно спросил он.
Отрицательный жест головой был ему ответом.
– Выдержишь?
Кивок.
– Могу убрать кляп, если хочешь. Я уже все сказал, можешь тоже сказать что-то в ответ.
Она помотала головой.
Он склонился к ее груди, целуя влажную кожу, обжигая тяжелым дыханием. Беатрис изошла на глухие стоны.
– Каждая минута без тебя покажется мне вечностью, – сказал он, с сожалением отпуская ее. – Успокаивает лишь то, что и тебе тоже. Возможно, тебе даже больше.
Любовь Варго
Варгомилис увлекся поцелуем сильнее, чем мог себе представить. Ласкать губы женщины было слаще, чем врываться в покорное тело. В романе «Медленный огонь печальной страсти» говорилось, что поцелуй может открыть врата души. Парень и не думал, что метафора настолько подойдет к реальности.
Ртиа таяла в его руках, маленькая и невесомая. Ткань платья была нежной, струилась под пальцами, волосы пахли свежестью. Варго не хотел спешить. Раньше для него секс сводился к спущенным штанам и деловитой работе шлюхи. Сейчас он имел дело с девушкой, которую боялся испугать, которой обещал остановиться после «нет». Она будто бы сошла со страниц его любимых книг и даже говорила также.
Рабыни были опытными, не перечили, переходили к делу сразу, чтобы не нарваться на неприятности. Варго помнил, как одна брюнетка стащила с него одежду ловкими движениями, прыгнула сверху и заставила кончить за несколько минут, извиваясь на нем своим искушенным телом.
Для Ртии опытным был он. Смущение и смятение казались очевидными. Она скрывала свое желание, не лезла к нему в штаны. Позволила вести. Впервые получилось почувствовать себя главным: поднял ее и закружил. Эта идея тоже была из книги.
Ртиа взвизгнула. Романтичным жест не был. Варго не очень правильно понял описание сцены и держал девушку на прямых вытянутых руках, демонстрируя стальные мышцы и недюжинную силу. В таком исполнении получился аттракцион, довольно сильно щекочущий нервы. Впечатлений добавляло узкое пространство террасы.
– Пусти, – попросила она. – Страшно.
– Извини, – Варго осторожно поставил ее рядом с собой, не отпуская ни на миг. – Твое платье так красиво развевалось.
– Можно попробовать завтра на открытом пространстве, я буду меньше нервничать, – Ртиа подняла на него смущенный взгляд.
– Обязательно, – шепнул он, снова касаясь ее губ.
Девушка потерлась о его тело, пытаясь приблизительно оценить размеры достоинства. Варго отреагировал шумным вздохом.
– Идем в дом, – сказал он, подталкивая девушку к двери.
Ртиа поняла, что имеется ввиду. Она подчинилась его жесту, позволила привести себя в знакомую комнату. Широкая ладонь поднырнула под платье, касаясь нежной кожи. Белья не было, и мужчина снова резко втянул воздух. Пальцы пробежались по самой чувствительной зоне, касаясь очень легко, почти щекотно. Ртиа глухо застонала, не в силах больше играть роль недотроги. Тело Рамисы откликалось очень сильно, причем на любую ласку.
– Ты точно готова, моя возлюбленная?
Прозвучало высокопарно и странно, но девушка вдруг оттаяла от этих слов. Лесник, едва знакомый ей, показался чуть ли не единственным близким человеком на весь чужеродный мир.
– Да, мой дорогой. Умоляю тебя не думать обо мне как о доступной. Все дело лишь в любви, которой я не могу противостоять.
– Это светлое чувство озарит нас. Обоюдная страсть не будет пустой и бессмысленной похотью. Каждый вздох твой, моя Ртиа, дорог мне. Он несет мне счастье, которое не развеять рассветом, не потерять при разлуке. Моя благодать.
Книжный язык заставлял кипеть кровь. Слова создавали иллюзорный мир, где Ртиа и Варго предавались запретным, но сильным чувствам. В нем не было рабыни, не было простого и небогатого лесника, зарабатывающего на жизнь собственным трудом в изоляции непроходимого леса.
Платье сползло с плеч, задралось снизу. Ртиа, понимая бесполезность комка ткани вокруг талии, расстегнула застежку и отбросила вещь на стол. Варго медленно снял рубашку. Он раздевался перед девушкой без всякого смущения. Смотрел ей в глаза и стаскивал со своих сильных рук плотно охватывающий материал. Обнажив торс, он улыбнулся ей, приподнимая левый уголок губ. Это было сексуально. Ртиа не шевелилась, глядя как он развязывает пояс штанов, снимает их, затем белье и остается обнаженным. То, как парень желал ее было видно невооруженным взглядом, но Ртиа отступила на шаг.
– Что-то не так? – спросил он. – Я тебе не нравлюсь?
– У тебя слишком большой, – испуганно отскочила назад она, отмечая его движение.
– Нашла проблему, – хохотнул Варго. – На это как раз жалоб не было.