Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)
Ртиа и Варго решились вылезти только, когда ведьма провалилась в полубессознательное состояние. Они развели костер прямо на обнажившемся песке и ждали, пробуждения девушки. Вряд ли в зеленую мглу кто-то решился бы сунуться. По крайней мере, Селена говорила, что сейчас этого места для мира не существует.
Пробуждение
Беатрис пришла в себя на рассвете. Она разлепила глаза, растянулась на холодной земле и почувствовала всю тяжесть горя. Глупо было оплакивать Эритара, пока она не убедилась в его гибели. Но она уже это делала.
Девушка вспоминала каждую минуту их новых отношений. То утро, безумную жажду его тела. Осознание того, что он присвоил ее. Забрал себе и разрушил жизнь. Вспоминала свой страх и гнев почти с недоумением.
Если бы только она знала, каким он будет с ней… Если бы только могла предположить, как им будет хорошо, сколько заботы и нежности будет вылито на нее. Если бы сразу честно приняла свои чувства.
Ей пришлось проделать этот путь без ориентиров. Довериться ему, подчиниться, измениться с ним. Беатрис представила себе, как он подходит к ней и поднимает на руки.
Эритар ни за что не позволил бы лежать на голой земле несколько часов. Посмотрел бы своими прекрасными лучистыми глазами, унес бы туда, где ей будет хорошо.
Сейчас было очевидно: хорошо ей было только рядом с ним. Только в его руках она чувствовала себя настоящей. Только его жестокие ласки делали ее счастливой.
Она вдруг вспомнила его лицо, когда он застал ее в библиотеке с едой. Он был зол и смеялся одновременно. А потом она пошутила про то, как он будет сам ласкать себя и ждала ярости, но в ответ он лишь целовал ее. У него был миллион возможностей сделать ей больно, сделать ее покорной и несчастной. Но вместо этого он делал все, чтобы она улыбалась.
– Эритар, – прошептала она, будто бы он мог ее услышать. – Прошу тебя, вернись ко мне.
Слезы потекли из глаз, сердце разрывалось. Сила взвилась вокруг вновь.
– Прошу тебя, – Беатрис бессильно ударила по голому песку рукой. Ей было жаль истерзанной земли. Жаль содранной травы и искалеченных деревьев.
Но еще сильнее в сердце расплескивалась боль утраты.
Она вспомнила тот поцелуй утром, когда жаждала его, как сумасшедшая, но он успел перехватить инициативу и коснулся ее губ первым. Вспомнила, насколько точно он выдерживал ее границы, никогда не переходил, и был с ней таким, как никто другой.
Отдал жизнь за нее. Поругался с чертовым Антари!
Да кому этот Антари был нужен!
Из-за нее!
– Тар. Нет. Нет. Это не с нами, прошу, нет!
Селена предупреждала перед боем, что будут жертвы. Знать бы тогда, какие…
Она подняла глаза к небу и почувствовала дикую боль в сердце. Терпеть больше было нельзя. Рыдания рвались наружу. Глаза ничего не видели из-за поволоки слез.
Она представила, как его руки касаются ее плеч, как он утешает ее. И разрыдалась. Слезы снова хлынули ручьем. Соленые потоки жгли щеки. Хотелось причинить себе боль. Беатрис кусала губы, впивалась ногтями в руки. Всего этого было недостаточно.
Вырвалась магия. Теперь такая покорная. Беатрис мгновенно оценила обстановку над пепелищем. Ничего. Полная неизвестность.
Она села. Нос заложило, глаза щипало, все расплывалось. Ртиа и Варго сидели на бревнах и что-то ели.
– Ты встала? – Ртиа подбежала к ней. – Беатрис, ты как?
Девушка лишь покачала головой.
– Надо уходить отсюда, – заметил Варго.
– Ртиа, – голос Беатрис был треснувшим, – Селена видит его линию судьбы? Она видит его?
Иномирянка отрицательно покачала головой.
– Нет, это не может быть правдой, – прошептала Беатрис, закрывая лицо ладонями.
– Конечно, – подхватила Ртиа. – Я уверена, что Селена не видит всего.
Ведьма слушала ее утешения и все яснее понимала, что отрицает очевидное. Если бы только магия подчинилась ей сразу, если бы только она могла защитить того, кого так любила. Селена сказала, что линию судьбы Эритара могли скрыть. Но кто? У кого была такая сила?
У Совета Драконов? Но они ни во что не вмешивались. У Темной? И для чего бы она так поступила бы?
Беатрис снова почувствовала слезы на щеках. Уничтожить эту тварь. Не допустить ее освобождения.
– Мы идем за сердцем Дариморы, – приняла решение она.
– Ртиа останется здесь, – хмуро сказал Варго. – С тобой пойду я. И надо найти людей. Мобанары, Арьянми – кто с нами?
– Не знаю, – хрипло сказала Беатрис. – Я не знаю… Мы идем одни. И Ртиа идет с нами. Без ее помощи нам не сделать то, что я хочу. Пойми, Варго, для нее нет безопасного места, пока жива Даримора. И без помощи Селены нам не вырулить. Это не обсуждается. Если ты против, я просто избавлюсь от тебя.
Варго посмотрел на девушку, распахивая глаза. Беатрис окружили силы ее магии. Ночь не прошла даром. Все это время, пока она плакала, пока пыталась осознать случившееся и злилась на себя, она принимала силу своего рода. И это удалось. Слишком поздно, к сожалению.
– Ты же не станешь меня убивать, – растерянно произнес парень.
– Стану, – резко ответила Беатрис. – И Ртиа тоже должна это знать! Я убью любого, кто попытается нарушить мои планы. Любого.
Сгустился туман. Клубы медленно ползли по земле, приближаясь к костру. Беатрис посмотрела на это с отвращением и болью.
– Мобанар, – произнесла она. – Выходи и посмотри мне в глаза!
Антари появился перед ней. Поляна была окружена. Он огляделся, пораженно отмечая какой ужас сотворила Беатрис с землей.
– Трис, мне жаль, что я не успел, – сказал он.
– Тебе жаль? – Беатрис пошла в его сторону. – Тебе жаль? Ты сознательно не откликнулся на зов! Ты хотел, чтобы нас разбили! Желал этого! Ты счастлив, скажи мне? Счастлив, что ключ у сторонников Темной? Муни уже, наверняка, достиг замка! Освобождает свою госпожу! Но тебе плевать, что будет с миром, да? Тебе плевать! Ты хотел, чтобы Эритар погиб! Все, что тебе нужно было – только это!
– Я не нашел вас, – сказал Антари, опуская глаза.
Это была ложь. Он разыскал их и прикрыл отступление Беатрис. Его любимой не должны были причинить вред.
– А как же ты тогда нашел меня сейчас? А? – Беатрис подошла и властным жестом заставила его смотреть на себя. – Я очень и очень постаралась скрыть это место. Очень, Антари. Даже иномирянка подтвердила, что нас практически нет в мире. Не смей лгать! Не смей!
Антари схватил ее за плечи:
– Беатрис, не забывайся! Здесь полно моих людей! При них я не позволю тебе говорить со мной в таком тоне! Знаешь, раз уж ты теперь свободна, то я заберу тебя себе! Вспомним наше прошлое и закончим начатое. Будешь моей женой.
Он схватил ее руку и дернул кольцо Эритара на себя. Оно соскочило с пальца.
Беатрис не смогла сдержать крика. Магия не работала. Муж говорил ей, что кольцо не снимается. Он говорил, что никогда не позволит его снять.
Сердце сжалось от боли. Лицо перекосила гримаса горя. Нет! Только не это! Девушка закрыла глаза, пытаясь держаться. Установить границу в душе, за которой плескалось море отчаяния.
Не думать. Не дышать. Не двигаться. Ждать, пока между этим ужасом и болью пройдет крепкая стена. Потому что она собиралась сделать все по-своему.
– Ты верно возомнил себя богом, Антари, – тихо сказала она.
– Я просто принимаю разумное решение, – твердо ответил он. – Ты моя пленница, Беатрис. И лучше смирись с этим. Я теперь понял, как нужно с тобой обращаться. Сделаю все не хуже твоего муженька. Дам тебе столько боли, сколько потребуется, чтобы ты согласилась быть со мной. Твоя магия переживает сложный период, поэтому я запру тебя до своего возвращения. Мои люди победят Темную, восстановят баланс. Силы Айдвариана тоже в пути к замку. Мы соединимся с ними, а победитель получает все, моя дорогая. Я хочу тебя! Эритар получил тебя так, и я возьму тебя силой!
Он дернул ее на себя, сжал в объятиях, захватил жесткими пальцами подбородок и стал приближаться к губам.