Шторм времени
– Если хочешь, можешь отходить, – ответил я Биллу, не спуская, однако, при этом глаз с существа. – Лично я остаюсь и попробую узнать о нем побольше.
Не успел Билл мне ответить, как существо снова заговорило.
– Я... – громко произнесло оно и опять смолкло. Мы продолжали ждать. – Меня... – сказало оно через секунду. Новая пауза. Затем оно продолжало, но как-то отрывисто, будто разговаривая само с собой, вот только паузы становились все короче и короче до тех пор, пока не стали звучать нормальной длины человеческие фразы. – Меня... – повторило существо, – ..зовут Порнярск. Порнярск. Я являюсь.., кого.., чего... Меня зовут Порнярск Прима Три, я.., аватара... Порнярска... Эксперта Общей Темпорологии. Я являюсь.., третьей.., аватарой Порнярска.., специалиста по Темпоральной Проблеме.
– По-моему, это какой-то робот, – сказал Билл, глядя на аватару Порнярска.
– Нет, – возразило оно. – Прежде всего я действительно Порнярск. И только потом аватара. Я живу.., живой. Как вы.
– Значит, нам называть тебя Порнярском? – спросил я. Наступила пауза, затем снова раздался скрип несмазанного механизма, и массивная голова начала кивать вверх и вниз, так медленно, неуклюже и с усилием, что существо по имени Порнярск стало еще более комичным на вид. Наконец, когда голова в очередной раз поднялась, кивки прекратились.
– Да, – согласилось оно. – Порнярск Прима Три – это.., полное имя. Зовите меня Порнярск. Кроме того, он. Я.., мужского пола.
– Учтем, – сказал я. – Порнярск, приношу свои извинения за то, что причинили вред твоему городу. Мы просто не думали, что здесь кто-нибудь есть.
– Это не...это не мой город, – сказал Порнярск. – Я хочу сказать, что он не принадлежит мне ни как аватаре, ни, в равной степени, как Порнярску. Я пришел...
Он было уже добился значительных успехов, но тут его снова заклинило. Мы ждали, пока он справится со своей языковой проблемой.
– Я пришел со многих.., звездных расстояний отсюда, – наконец сказал он. – И еще с большого темпорального.., временного.. расстояния. Но должен сказать, что при этом, по другим меркам, я.., обитаю совсем недалеко отсюда.
– Недалеко от этого мира? – спросил Билл.
– Не... – На сей раз Порнярск замолчал, чтобы отрицательно поводить головой из стороны в сторону. – Именно этого мира. Просто.., от этого места и нескольких других мест на вашей Земле.
– А это место – город или что тут... – спросил Билл, – из того же времени, из которого ты пришел?
– Нет, – ответил Порнярск. – Не может быть двух одинаковых времен – как не может быть двух совершенно одинаковых песчинок.
– В принципе, мы не такие уж тупые, – сказал Билл, и я в первый раз за время нашего знакомства заметил в его голосе раздражение. – Чем нести всякую чушь, расскажи, чем ты тут занимаешься.
– Не тупые.., невежественные, – поправил себя Порнярск. – Может быть, попозже? Я издалека в пространственном смысле и издалека в темпоральном смысле, но из очень близкого места в смысле расстояния. Когда вы повредили эту стену, город дал сигнал. Я очень длительный период моего собственного времени ждал какого-нибудь подобного события в одном из многих мест, за которыми могу наблюдать, и, когда город дал сигнал, я пришел.
– А почему этот город так важен? – спросил я.
– Не город важен, – ответил Порнярск, поворачивая свою крупную голову, чтобы взглянуть на меня. – Мне кажется, важны вы. Если вы не будете возражать, то теперь я пойду с вами, и в конце концов, возможно, мы сможем стать полезными либо самим себе, либо вселенной.
Я взглянул на Билла. Билл взглянул на меня.
– Минуточку, – сказал я. – Сначала я хотел бы осмотреть это место. Если моя догадка верна, то он из нашего будущего. Возможно, здесь полно вещей, которые могли бы нам пригодиться.
– Здесь ничего нет, – сказал Порнярск. – Это музей, из которого давным-давно забрали все экспонаты.
Я не заметил, чтобы он сделал хоть малейшее движение, но все стены вокруг нас вдруг как будто всосались внутрь, и в них появились круглые входные отверстия.
– Если хотите посмотреть, смотрите, – сказал Порнярск. Он поджал свои короткие ноги и брякнулся на землю, как большой кофейный столик на четырех ножках, которые одновременно отрубили четырьмя топорами. – Я подожду. Время – понятие относительное.
Я уже был наполовину готов поверить его словам о том, что «город» для нас бесполезен, но Билл поманил меня за собой. Я пошел следом за ним в сопровождении Санди, и мы свернули за угол, скрывшись из поля зрения Порнярска. Там Билл остановился. Остановился и я. Санди принялся обнюхивать открытый вход.
– Слушайте, – прошептал Билл. – Я этой штуке не верю.
– Ему, – рассеянно сказал я. – Порнярск сказал, что он мужского пола.
– А еще он сказал, что он аватара, – сказал Билл. – То есть воплощение божества.
Придирки Билла показались мне неубедительными.
– Или воплощение идеи, философии или мировоззрения! – добавил я. – Почему бы тебе в следующий раз не дочитать всю словарную статью до конца? – Тут я вдруг понял, что он перепуган и моя грубость едва ли поможет ему обрести уверенность в себе. – Послушай, он именно то, что мы все это время искали. Тот самый кто-то из будущего, способный помочь нам разобраться с проблемой шторма времени.
– А я ему.., не доверяю, – упрямо твердил Билл. – Лично я считаю, что он просто собирается нас как-то использовать.
– Он не может, – с ходу ответил я.
– Почему это? – уставился на меня Билл.
Тут он меня, конечно, поймал. Я ответил ему, основываясь почти исключительно на собственных ощущениях, а не на разумных доводах – или, честно говоря, на своем рефлексе, который все еще кричал мне, что, возможно, я нашел недостающий кусок головоломки. Не знаю уж почему я, не задумываясь, был уверен в возможности использовать Порнярска, в то время как он нас использовать не может. До сих пор мне казалось, что моя полная уверенность в том, что Свонни выжила, и то, чего она мне стоила, научило меня здоровому сомнению в себе. Но сейчас я опять был совершенно уверен в своей правоте.
– Просто я это чувствую, – сказал я Биллу. – В любом случае мы не можем игнорировать его. По крайней мере, нужно попытаться выудить из него необходимую нам информацию. Уж это-то ты, надеюсь, не считаешь неразумным?
Он ответил не сразу, явно борясь с сомнениями. Я ударил его ниже пояса, попав в его веру в научную постановку проблемы и результаты эксперимента.
– Конечно же, не считаешь, – продолжал я. – Если мы возьмем да и пройдем мимо первой важной находки, которая, возможно, позволит нам понять происходящее, то все вообще теряет смысл. Давай вернемся, возьмем Порнярска и отведем его к остальным. В лагере у нас будет полно времени, чтобы выяснить, чего добивается он лично. Что бы ни было у него на уме, мне будет гораздо спокойнее, когда вокруг него будут собаки, Санди и все наши остальные стрелки. Что скажешь? Согласен?
Билл неохотно кивнул.
– Ладно. Но я все равно хочу осмотреть несколько зданий.
– Что ж, тогда этим и займемся. – Теперь, когда он согласился со мной, я готов был пойти ему навстречу. – Но я чувствую – Порнярск прав, и мы ничего не найдем.
В сопровождении Санди мы обшарили пару открытых зданий. Но, как я и думал, Порнярск нам не солгал, и мы в этом убедились. Здания оказались анфиладами пустых помещений – в безупречном состоянии – без каких-либо следов пыли или разрушений, но пустыми. Настолько пустыми, что наполняло их только эхо.
В конце концов мы несолоно хлебавши вернулись к Порнярску. Когда мы подошли к нему, он тут же поднялся на ноги и, когда я сказал ему, что мы возвращаемся к остальным сквозь туманную стену, двинулся за нами. Однако, подойдя к краю стены, я остановился.
– Порнярск, лучше, если ты подождешь здесь, – сказал я. – Мы с Биллом пройдем первыми. Дай нам возможность рассказать о тебе остальным, тогда они не так удивятся твоему появлению. Не возражаешь?
– Хорошо, – сказал Порнярск, снова опускаясь на землю. – Когда можно будет идти, скажите.