Трон
— Ого, мы с тобой проговорили целую ночь, — удивился Ланс.
— Да, светает.
— Пара часов на сон у тебя еще есть.
— Ну, это вряд ли.
— Как знаешь… Кстати, как дела в Королевстве?
— В целом, неплохо.
— И никаких проблем с Гильдией?
— Ну, не то, чтоб совсем никаких. Особенно сейчас… Наше купечество очень любит торговать оружием, но вот что касается его применения… гм…
— Не обращай внимания. Лично я еще не встречал ни одного торговца оружием, которому повредила бы война.
— Я так и делаю. Кстати, ты очень мудро поступил, прижав старого Ларсена. Могу я воспользоваться его услугами?
— Услугами?
— В преддверии возможных событий мудрому правителю бывает полезно узнать мнение своих подданных, причем различных сословий. А в «Трех дроздах» собирается весьма пестрая публика.
— Ах, вот ты о чем. Конечно, узнавай, только, Винс, смотри, не перегни палку. Морской волк изрядно натерпелся в последнее время, и если мы его сломаем, замену найти будет непросто.
— Я буду нежен. — Винсент встал. — Закругляемся?
— Да, и не забудь мне прислать свою переписку с нашими.
— Не забуду, — старший брат широко зевнул. — Пожалуй, я все-таки посплю часок-другой.
Ветер трепал подернутые желтизной кроны деревьев, гонял вдоль домов мелкий сор и листву, полоскал плащи редких прохожих и развевающийся над ближайшими крышами Штандарт Королевской Гвардии, чьи городские казармы находились несколькими кварталами выше. Низкие грозовые тучи медленно ползли по небу, прижимая к земле стремительных ласточек. Изредка среди туч мелькал крупный силуэт альбатроса, невесть как оказавшегося над городом.
Постояв несколько минут у окна, Ланс задернул тяжелые черные гардины и задумчиво осмотрелся. И без того не блиставшая чистотой и меблировкой комната сейчас, после устроенного им кавардака, и вовсе не выглядела жилой. Облезлый ковер был закатан под стену, обнажая пыльные, неровно подогнанные плашки дешевого паркета. Стол и все стулья он беспорядочно свалил на широкую продавленную кровать у стены.
Взгляд принца скользнул по своему темному отражению в зеркале, которое ответило ему взглядом полыхнувших алым пламенем угольков-глаз, по начертанному над входом знаку «?» — графической составляющей Заклинания Поглощения Звука. Он прошел к двери, до упора провернул несколько раз ключ и задвинул массивный железный засов. Теперь все было готово к проведению ритуала. Ланс в последний раз настороженно прислушался, но на этаже стояла полная тишина. Видимо, хозяевам приходилось частенько затягивать пояса, прежде чем находился желающий снять номер в этом клоповнике. Но именно невзрачность и отсутствие постояльцев и привлекло принца.
Меловой круг с тщательно выписанными по ободу древними рунами, значение многих из которых он и сам не знал, опоясывал большую часть освободившегося пространства комнаты. В центре еще одного небольшого круга в углу помещения Ланс установил металлическую треногу жаровни и чайный столик, на котором в строгом порядке он разложил ритуальные инструменты. Как и многие другие стороны манипулирования Силой, предстоящая процедура не радовала принца. Ритуальная магия, требовавшая дополнительного инструментария, отнимала, к тому же, немалую толику душевных сил, всегда требуя от мага предельной сосредоточенности и далеко не всегда принося результат. Ланс вспомнил слова брата о своей необычной природе, и ему стало интересно, что испытывают при подобных действах нормальные люди… Тут принц поймал себя на том, что бессознательно оттягивает начало церемонии, и решительным усилием воли прогнал посторонние мысли.
Он постарался расслабиться, и тут же накатила волна усталости. Он почувствовал резь в воспаленных от постоянного недосыпания глазах, мелкую дрожь в напряженных мускулах, вяжущую скованность в теле. Гулкие удары сердца сотрясали его, а от шума тока крови казалось, будто он попал в центр водопада. Но принц упорно продолжал концентрировать внимание на некоей воображаемой точке перед собой, старательно подавляя при этом позывы обратиться к Магии Древа. И, как это всегда и бывало, неприятные ощущения отступили. Он почувствовал восхитительную расслабленность, превратившую его тело в перышко. Стараясь не поддаваться эйфории, он прошел в центр малого круга и тотчас ощутил мощь пульсации скрытых потоков Силы. Отыскав нужный канал, он осторожно «припал» к нему и сразу же оценил всевозрастающую мощь этой жилы. Позволив потоку достичь необходимой величины, принц резко «отстранился». Хмельная сила разлилась по телу, пьяня и провоцируя, и он понял, что время для Ритуала пришло. Уголья в жаровне вспыхнули, рука принца обхватила черную рукоять ножа. Быстро деревенеющие губы пропели первую строку заклятья…
…Он сидел в центре большого круга, спиной к Лансу, и нервно озирался. Он был огромен и страшен, и его рога лишь чудом не задевали закопченные перекрытия потолка. Он был покрыт густой рыжей шерстью, и только толстый длинный хвост был совершенно голым, как у крысы. Существо медленно обернулось, шаря невидящими глазами по комнате. Скользнув взглядом по Лансу, оно вновь отвернулось, толстый подвижный хвост раздраженно забил по полу.
— Не вижу! — проревело существо. — Кто? Где?
Руны, опоясывающие защитный круг по периметру, панически вспыхнули ярким, режущим глаза, светом. Ланс усмехнулся и привычно сосредоточился. Одновременно с тем, как он почувствовал контакт с Древом, демон с поразительной быстротой, странной для такой гигантской туши, обернулся. Словно прислушиваясь, огромная рогатая голова запрокинулась, затрепетало широкое уродливое рыло. Ланс продолжал усиливать нажим до тех пор, пока взгляд демона не уперся прямо ему в переносицу.
— Принц, — прогудело существо таким низким голосом, что завибрировали стекла в окне. — Я вижу тебя.
— Да, — согласился Ланс и остановил призыв.
— Опять ты потревожил меня, человек, — разглядывая Ланса сверху вниз, заговорил великан. — Когда-нибудь один из нас пожрет твою грязную никчемную душонку.
Ланс видел, что Тогай взбешен. Его глаза казались разверстые огненными жерлами, из пасти вырывались языки пламени. Но принц бесстрашно встретил взгляд демона.
— Я сожалею, Тогай, и прошу прощения.
Но в его голосе не было и намека на сожаление, и создание Тьмы слышал это.
— Ты дерзок, человек! — прорычал демон.
— Я не хотел тебя задеть, — искренне сказал Ланс.
— И это я вижу. Чего ты хочешь?
— Совета.
Существо запрокинуло голову и беззвучно затряслось в приступе смеха. Красные блики отраженного пламени глаз чудовища запрыгали на потолке.
— Ну, конечно, ты хочешь совета, человек, — наконец, смог пророкотать гигант, — вы, люди, всегда ищите советов, но никогда не следуете им.
— Это задевает твое самолюбие?
Великан брезгливо оглядел принца.
— У меня нет самолюбия, человек. У меня нет совести, нет жалости и во мне нет подлости. Я только плоть, идеальная плоть, питающаяся чувствами. Это вы, люди — одухотворенная падаль, наделенная всем этим. Но когда-нибудь все изменится.
— И, тем не менее, я никогда не избегал общения с тобой. Возможно, ты несправедлив к себе.
Демон взревел, хрустнул смятый впившимися когтями паркет.
— Граница между нами неодолима и ты можешь безнаказанно говорить все, что хочешь.
— Я пришел не говорить, я пришел спрашивать.
— Тогда спрашивай, — равнодушно ответило существо из нижних пределов, внимательно изучая руны на полу.
— Где мне найти убийцу моего брата, Лоуна? — спросил тогда Ланс.
— Ты даже не спросишь, кто это сделал?
— А ты ответишь?
— Нет, каждый должен сам решать свои проблемы. На этом стоит мир.
— До сих пор ни ты, ни тебе подобные не отказывали нам.
— В той же мере, в какой мы помогаем вам, мы помогаем и себе. И ты должен знать, что мы не даем прямых ответов.
Ланс поморщился:
— Прямых, непрямых — какая разница? Вы их даете, и это главное.