Трон
— Но если ты ошибаешься, это окончательно расколет семью.
— Потерь все равно не избежать, — возразил Эдвин. — Так пусть они будут только с одной стороны, а уж между собой мы договоримся.
— Тебе нужен немедленный ответ?
— Я не могу настаивать, но было бы желательно узнать твою позицию хотя бы до окончания похорон.
Эдвин замолчал и нервно забарабанил пальцами по столу.
— Главное, Ланс, я хочу, чтоб ты знал, что с моей стороны тебе ничего не угрожает. Это никакая не братская любовь или, там, кровное родство. Просто, я не хочу терять братьев. Кого я тогда буду ненавидеть?
Ланс скупо улыбнулся. Часы на стене громко пробили восемь.
— Время ужина, Эд. Ты приглашен.
— Тебе нужна охрана?
Они стояли у дверей. Эдвин, не спеша, одевался, а Ланс наблюдал за ним, прислонившись к стене.
— Спасибо, меня ждут, — отказался брат.
— Как скажешь, но будь осторожен.
— Буду, — буркнул гость. — А тебе желаю скорее определиться. И помни, что я тебе говорил.
— Я помню.
Эдвин посмотрел ему в глаза.
— Надеюсь, скоро увидимся.
— Обязательно. — Ланс улыбнулся и открыл дверь.
Старший брат шагнул наружу.
Тишину нарушил тонкий посвист и звонкий удар металла о металл. Эдвин пошатнулся и упал прямо в объятия Ланса. Подхватив брата, тот втащил его в дом, опустил на пол и сбил с ног обалдело замершего слугу. Так же быстро затушил оброненный слугой подсвечник и осторожно выглянул за дверь. Почти тотчас он услышал еще один слабый свист, волосы его колыхнулись, и он отдернул голову. В глубине дома раздался тупой удар, вслед за которым что-то обрушилось на пол.
— Дерьмо! — послышалось из темноты хриплое ругательство Эдвина. — Неплохой выстрел!
Лязгнуло вынимаемое из ножен оружие.
— Ты как? — поинтересовался Ланс.
— В порядке, — заверил брат. — Но, возьми он на две ладони выше, и я бы этого не сказал.
С улицы донеслись звуки торопливых шагов, и принцы снова выглянули наружу. Ближайшие фонари почему-то не горели, но Ланс все же разглядел несколько темных фигур.
— Это мои люди, — пояснил Эдвин и уже другим тоном добавил:
— Я вижу его!
Крепкая рука отжала Ланса от двери, и старший быстро выскочил на улицу. Его глаза полыхали зеленым кошачьим светом. Ланс чертыхнулся и бросился вслед за братом.
Они приблизились к фигурам, бестолково мечущимся между домами.
— Мы поняли, что кто-то стрелял, Ваша Светлость, — раздался из темноты сиплый голос. — Но в такой темноте…
— Трое со мной! — оборвал его Эдвин. — Остальным рассредоточиться вокруг дома и не высовываться.
Во главе трех солдат и Ланса он побежал влево, где между фасадами виднелся узкий, темный провал. Подбегая к переулку, Эдвин что-то вскрикнул и метнулся в сторону. Солдаты четко повторили его движение, но им повезло меньше, и один упал на камни мостовой, схватившись за торчащее в горле толстое древко стрелы.
…Они стояли вдоль стен по обе стороны входа в переулок. Телохранители оказались на одной стороне со старшим братом.
— У него глаза, как у кошки, — выдохнул один из них.
Ланс криво усмехнулся.
— Внимание!
Эдвин сорвал с плеч плащ, зацепил его острием меча и выставил за угол. Выпущенная тотчас стрела сбила плащ на землю. В тот же миг старший брат выскочил из-за прикрытия стен и рванулся в переулок. Ланс, опередив солдат, держался за ним след в след.
Переулок оказался узким, но длинным, и в его дальнем конце они сразу увидели суетливо возящуюся с арбалетом фигуру. Что-то у незнакомца было не в порядке, но прежде чем Ланс успел что-либо предпринять, тот, видимо, оценив положение по-своему, отбросил оружие и скрылся за домами. Ланс поднапрягся, сразу оставив старшего брата далеко позади.
Он пробежал несколько кварталов, явно настигая неизвестного стрелка. Но все же расстояние между ними сокращалось очень медленно, и тот сумел увести принца вслед за собой в район припортовых трущоб. Лишь редкие фонари освещали здешние улицы, не пропускали ни лучика света и плотно закрытые ставни обшарпанных домов. Бегущий впереди сотворил несколько магических ловушек, достойных разве что неумелого подмастерья — опрокинул под ноги Лансу несколько мусорных баков да разбил коротким заклинанием колбу нефтяного фонаря, под которым как раз пробегал принц. Ланс без труда уклонился от разлетевшихся огненных струй. К этому времени Эдвин уже безнадежно отстал.
Ланс настолько увлекся преследованием, что оказался совершенно не готов к нападению. Он свернул за угол, где только что исчезла фигура убегающего… и едва успел отклониться от удара в лицо. Кулак, казалось, лишь скользнул по скуле, но рот принца мгновенно наполнился кровью из разбитых губ. Ланса отбросило в сторону, но он все же сумел устоять на ногах. И у него впервые появилась возможность рассмотреть врага.
Напротив стоял человек примерно одного с ним роста и сложения. С головы до ног незнакомец был облачен в черную ткань, на которой отсутствовали даже прорези для глаз. Плотно затянутое трико подчеркивало гибкую мускулистую фигуру чужака.
Он ударил снова, но принц уклонился и тут же ответил сам. Попал, попытался добавить ногой, но противник успел развернуть корпус и удар пришелся в воздух. Ланса по инерции вынесло вперед, и он на мгновение раскрылся. И сильный удар по голове опрокинул его на мостовую. Упав, принц тут же резко откатился в сторону, и в тот же миг, в место, где только что находилась его голова, в щель между камнями брусчатки по самую рукоять вошел нож. Черный громко выругался.
Ланс проворно вскочил на ноги… и вздрогнул от неожиданности. Вместо человека перед ним стоял зверь.
Они находились на нешироком захламленном пустыре, образованном расходящимися здесь с трех сторон домами. С четвертой стороны высокий каменный парапет отделял пустырь от холодного ночного моря. Сильно пахло помойкой, протухшей рыбой и солью.
Осветив все вокруг бледным маревом, из-за туч выползла луна. Море казалось спокойным, и лишь изредка охотящиеся жирные бакланы беззвучно перечеркивали ослепительную лунную дорожку на водной глади.
Не сводя глаз со зверя, Ланс отступил на несколько шагов. Внешне пепельно-черная тварь напоминала черную пантеру — пуму, хотя размерами превосходила даже самых крупных из когда-либо виденных принцем тигров. Вид портили только крупные верхние клыки, не умещающиеся в пасти, и потому, словно бивни, выглядывающие наружу. Зверь несколько раз выпустил и втянул когти, также заметно превышающие привычную норму. «Таких надо топить в первый же день, дабы не портили чистоту породы», — мысленно сострил принц.
Зверь, не издав ни звука, шагнул вперед. Стараясь не встречаться с оборотнем взглядом, принц проворно отступил еще на шаг. Несмотря ни на что, шанс у него был. Вот только, все нужно сделать очень быстро.
Оборотень прыгнул одновременно с мысленным призывом принца. Как во сне Ланс увидел вытянувшегося в прыжке врага и полыхнувшее перед его внутренним взором Древо Сил. Короткое заклинание слетело с его губ, и ладонь уже отведенной для удара руки охватила рукоять меча. Отшатнувшись от мелькнувших перед самым лицом клыков, Ланс изо всех сил рубанул звериную плоть, и так и не успевший сформироваться до конца клинок распорол покрытый толстыми чешуйчатыми пластинами бок бестии. Визг боли на мгновение оглушил принца, когда же он пришел в себя, то успел увидеть только скользнувший в дальний проулок темный силуэт.
Принц обессилено уронил руку и сел на землю.
Лоун стоял на середине реки. Вода доходила ему до колен, но стремительный поток дробился многочисленными выступающими из воды камнями, и тучи холодных брызг захлестывали его. На брате была надета длинная ночная рубашка, в которой он вечно путался, и сейчас, намокнув, она своими широкими полами обмоталась вокруг слабых детских ног и не давала идти. В правой руке он сжимал длинный мясницкий нож, и ему нужно было только выбросить его, чтобы распутать ноги. Но Лоун крепко держал деревянную рукоять. Первое время он еще пытался сдержать слезы, закрывая лицо свободной левой рукой, но сильный, сбивающий с ног поток, шум воды, секущие лицо брызги и холод окончательно напугали его, и он остановился на середине реки и заплакал.