Комментарии к «Евгению Онегину» Александра Пушкина
2, 13 ручей. Хотя Пушкин придает необычайно широкое значение этому слову (ср.: «грозу» кавказских «потоков» в «Путешествии Онегина», вариант XII, 8), я думаю, мы можем здесь допустить характерную трансформацию объектов сна — кипучий поток любовной истории, шумящий в строфе XI, стихает, превращаясь в знакомый ручеек, протекающий в имении Лариных (глава Третья, XXXVIII, 13), не вызывая ни малейшего удивления у спящей.
8 Татьяна ах! Этот оборот речи — еще один тонкий намек на тот отчаянный порыв, с каким Татьяна летела к ручью в главе Третьей, XXXVIII (см. мой коммент. к «Ах!» в строке 5).
14 и что ж? Риторическая формула, означающая в данном контексте «И что бы вы думали случилось потом?» Ср.: глава Пятая, VII, 1.
XIII
Она, взглянуть назадъ не смѣя,Поспѣшный ускоряетъ шагъ;Но отъ косматаго лакея4 Не можетъ убѣжать никакъ;Кряхтя, валитъ медвѣдь несносный,Предъ ними лѣсъ; недвижны сосныВъ своей нахмуренной красѣ;8 Отягчены ихъ вѣтви всѣКлоками снѣга; сквозь вершиныОсинъ, березъ и липъ нагихъСіяетъ лучъ свѣтилъ ночныхъ;12 Дороги нѣтъ; кусты, стремниныМятелью всѣ занесены,Глубоко въ снѣгъ погружены.3 от косматого лакея. На протяжении большей части девятнадцатого века существовал обычай, согласно которому юная барышня благородного происхождения должна была оправляться на прогулку вместе со своей гувернанткой или «dame de compagnie» <«компаньонкой»> в сопровождении лакея в ливрее. Еще году в 1865-м в «Анне Карениной» Толстого (ч. I, гл. 6) мы мельком видим маленькую княжну Кити Щербацкую (одну из внучек Татьяны) прогуливающейся по Тверскому бульвару в Москве с двумя старшими сестрами и m-lle Linon; все четверо — «в сопровождении лакея с золотою кокардой на шляпе». Шекспировский «медведь лохматый из России» («Макбет», III, IV, 100) мог бы дать более точный эпитет для перевода слова «косматый».
12 стремнины. Удивительно, что даже русская зима пришла к Пушкину через французские стихи или французские переводы английских стихотворений. В данном случае речь может идти о «Зиме» Томсона, строки 300–01: «…гигантские пропасти / Выстланные снегом…»
13 занесены. То же самое слово повторяется в XV, 8 («занесен»).
XIV
Татьяна въ лѣсъ; медвѣдь за нею;Снѣгъ рыхлой по колѣно ей;То длинный сукъ ее за шею4 Зацѣпитъ вдругъ, то изъ ушейЗлатыя серьги вырветъ силой;То въ хрупкомъ снѣгѣ съ ножки милойУвязнетъ мокрой башмачокъ;8 То выронитъ она платокъ;Поднять ей нѣкогда; боится,Медвѣдя слышитъ за собой,И даже трепетной рукой12 Одежды край поднять стыдится;Она бѣжитъ, онъ все во слѣдъ:И силъ уже бѣжать ей нѣтъ.6 в хрупком снеге. Обычная форма предложного падежа — «в снегу». Общий смысл слова «хрупкий» — «ломкий».
В данном случае прилагательное образовано от глагола «хрупать», означающего «издавать скрипящий, хрустящий звук». Вяземский в своем стихотворении «Первый снег» (см. цитату в коммент. к главе Пятой, III, 6) использует тот же эпитет для снега. См. также восхитительно поэтичную басню Крылова «Мот и ласточка» (1818) в кн.: «Басни», кн. VII, № IV, строки 19–22:
…опять… взялись морозы,По снегу хрупкому скрыпят обозы,Из труб столбами дым, в оконницах стеклоУзорами заволокло.В двух других описаниях зимы, глава Первая, XXXV, 8–11 и глава Пятая, I, 9, Пушкин повторяет два образа — дым и морозные узоры.
XV
Упала въ снѣгъ; медвѣдь проворноЕе хватаетъ и несетъ:Она безчувственно-покорна,4 Не шевелится, не дохнетъ;Онъ мчитъ ее лѣсной дорогой:Вдругъ межъ деревъ шалашъ убогой;Кругомъ все глушь; отвсюду онъ8 Пустыннымъ снѣгомъ занесёнъ,И ярко свѣтится окошко,И въ шалашѣ и крикъ, и шумъ;Медвѣдь примолвилъ: здѣсь мой кумъ:12 Погрѣйся у него немножко!И въ сѣни прямо онъ идетъ,И на порогъ ее кладетъ.1–3 проворно… покорна. Эта рифма, кажется, предвосхищает столь же неточную рифму в XLIV, 1–3: «задорный… проворно» (см. коммент. к главе Пятой, XLIV, 3).
XVI
Опомнилась, глядитъ Татьяна:Медвѣдя нѣтъ; она въ сѣняхъ;За дверью крикъ и звонъ стакана,4 Какъ на большихъ похоронахъ;Не видя тутъ ни капли толку,Глядитъ она тихонько въ щелку,И что же! видитъ... за столомъ8 Сидятъ чудовища кругомъ;Одинъ въ рогахъ съ собачьей мордой,Другой съ пѣтушьей головой,Здѣсь вѣдьма съ козьей бородой,12 Тутъ остовъ чопорный и гордой,Тамъ карла съ хвостикомъ, а вотъПолу-журавль и полу-котъ.