"Алхимик"-" Ветер". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Далеко не сразу Роман поверил в эту историю. Ему это всё казалось бредом. Он бы понял, действуй против него кто-то сильный. Но этот клоун? Жалкий мошенник, который хочет решить свои проблемы за счёт глупой схемы? Это походило на фарс, но, тем не менее, несло реальную угрозу.
Коршунов дождался, когда мать выйдет из комнаты. Он увидел, как она спустилась вниз, а сам Тимирязев остался на втором этаже. Проведя рукой по воздуху, Роман открыл проход и вышел за спиной у мужчины. Тот и сообразить ничего не успел, как его схватили и забросили в проход.
— Что происходит?! — заверещал он, упав в темноте.
В этот же момент Ярослав, уже принявший облик Тимирязева, вошёл в дом. Проход закрылся и Роман остался наедине с этим донельзя неприятным мужчиной.
— На что ты надеялся? — спросил он, — Когда решил поиметь Коршуновых?
— Ты кто? — сбледнул Кирилл.
— Это уже не важно.
Махнув рукой, Роман ударил по лицу ладонью. Второй удар пришёлся по ногам, чтобы это глупое существо не смогло сбежать. Третий удар перебил гортань. Смотря на то, как Тимирязев хрипит, Коршунов плюнул на него, отвернулся и открыл ещё один проход, чтобы вернуться обратно на дерево. То росло недалеко от дома Тимирязева и с него открывался отличный вид.
Где-то через минуту мать выскочила во двор. Следом за ней бежал лже-Кирилл, который орал во всю глотку:
— Убирайся отсюда, тупорылая шлюха! Ты окончательно пропила себе мозги!
Коршунов усмехнулся. Наверное, мамаша сильно удивилась, когда её выгнали на улицу ночью. О дальнейшей судьбе женщины он не беспокоился. Если раньше у него ещё могло колыхнуться сострадание, то сейчас — нет. Максимум, что сейчас Роман готов сделать для матери — оплатить лечение в клинике от алкоголизма.
Дальше события развивались, как и запланировано. Матушка быстро опомнилась, начала кричать в ответ и соседи получили сцену, полную ненависти и страстей. Если люди князя начнут копать, то узнают, что живой Кирилл по собственной воли выгнал женщину. Сцена затянулась минут на двадцать. Дошло и до рукоприкладства.
«Интересно, Ярослав получает от этого удовольствие?»
Сводный брат вошёл во вкус. Бранился, скандалил, оскорблял. В соседних домах зажегся свет. Здесь жили такие же простолюдины, которые смогли заработать денег и неплохо устроиться. Кто-то даже крикнул, чтобы парочка прекратила браниться.
«После этой ночи на репутации Коршуновых можно ставить крест. Вдова великого Вячеслава Коршунова пошла по рукам и пьяная закатывает истерики»
Лучше уж репутационный ущерб, чем суды и борьба за бизнес. Наконец, мать ушла в закат. Роман надеялся, что она сможет найти такси и добраться… ну, куда-нибудь. Мужчина был зол на мать, но не хотел, чтобы с ней что-то случилось по пути. Впрочем, думать об этом было не время. Настала вторая часть плана.
Лже-Тимирязев вернулся в дом, где показательно достал алкоголь и принялся напиваться. Достаточно просторные окна давали возможность соседям увидеть это зрелище. Минут через тридцать, хорошо «набравшись», Кирилл Павлович вышел из дома, сел в машину, завёл мотор, выехал на дорогу… Ещё через двадцать минут, добравшись до безлюдного места, Ярослав остановился и дождался, когда к нему переместится Роман.
— Жди здесь, — сказал тот сводному брату.
Впереди ждала самая неприятная часть. Роман притащил с собой тело едва дышащего Кирилла. Поместил его на переднее сиденье, облил алкоголем. Пустую бутылку бросил на второе сиденье. Сел рядом и, путем ухищрений, сделал так, чтобы машина разогналась. Когда та набрала скорость, Роман направил её в столб, а сам выпрыгнул наружу. Такой трюк не обошёлся без последствий, но тело ожидаемо исцелило все травмы.
Машина врезалась хорошо, перевернулась и разбилась всмятку. Сам Кирилл впечатался в лобовое стекло, добавляя себе смертельных ранений. Ну а дальше оставалось только облить тачку бензином, поджечь и быстро свалить с места, пока огонь пожирает следы преступления.
* * *Ночь на даче закончилась смесью неловких ситуаций, отдельных драм и душевных посиделок. Неловкость заключалась в том, что это всё же были студенты, молодые, беззаботные люди, которые ещё и выпили недурственно. Были разговоры из разряда «Ты меня уважаешь?!», были и страстные поцелуи у стихийно возникших парочек, были и те, кто не выдержал и проблевался, перебрав.
Сам я лишь делал вид, что пью, смачивая губы тем, что мне регулярно наливали в стакан. Напиваться, когда в мире есть те, кто желает тебе смерти — было бы глупо.
Я ведь так и не разобрался, кто меня убить тогда в парке пытался. То ли Коршунов, то ли ещё кто. Если он, то зачем ему отрицать? Причем отрицать упорно. Чего он хочет этим добиться? Не хочет принимать на себя вину? Ну так у меня на него столько компромата, что подосланные убийцы — это мелочь на общем фоне. Да и если подумать… У него нет мотива посылать убийц. Сейчас, на более менее трезвую голову я это понимаю. Нет, понятно, что между нашими семьями большая кровь. Но, во-первых, сам лично он в этом не участвовал. Виноваты ли дети за грехи родителей отдельный вопрос, на который у меня нет однозначного ответа. Во-вторых, то, что мы с ним подрались, тоже не повод отправить убийц. Или повод?
Допускаю, что в мире есть такие аристократы, готовые убить за косой взгляд. Но в том-то и дело, что Коршуновы не произвели на меня такое впечатление. Со слов Камилы и тех слухов, что до меня дошли, они скорее выглядели как семья в отчаяньи. Опальный род. Если бы Коршунов и правда отправил ко мне убийц, то у князя появился бы лишний повод прижать их. Или нет? Черт, я по-прежнему слабо разбираюсь в местных порядках.
Домой я отправился часа в два ночи, когда основное веселье пошло на спад. Со мной уехала где-то половина группы. Ну как со мной… Добирались на нескольких машинах, благо из дома Сергея можно было вызвать такси. Всем нам было в одно место. Те, кто жил в городе, предпочли остаться с ночевкой. Также остались те, между кем возникла «любофь».
Из всего многообразия вечера стоит отметить разговор с Бастардом. Он как-то выделил минутку и подошёл ко мне, когда рядом никого не было.
— Ты тут не запарился?
— Нормально. Люблю огонь.
— Ну да, единение с миром, все дела.
Постояли, наблюдая за тем, как трещат угли и как шипит мясо.
— Так это правда, что ты аристократ? — разрушил идиллию момента Сергей.
— Моя фамилия Соколов, так что да.
— Как же тебя к нам в институт занесло? В курсе, что тебя вся группа не раз обсудила? Особенно девчонки любят эту тему.
— Аристократ я только на бумаге. По факту же обычный человек.
— Не скажи… — покачал он головой, — Я видел, как ты уделал тех парней. Жестоко и красиво.
— А ты сам? — глянул я на него, — Говорят тоже не простых кровей.
— Как сказать… Моя мама восемнадцать лет назад переспала с аристократом. Спустя девять месяцев появился я. Отца я никогда не видел и даже фамилии его не знаю.
— А мать не сказала? — удивился я, — Прости, если лезу, куда не надо.
— Да нормально… Я давно научился воспринимать эту ситуацию с юмором.
— Полезное умение.
Я попробовал представить, каково это, жить без отца и не знать, какая у него фамилия. И не смог.
— У мамы научился, — с затаённой гордостью сказал он, — Она у меня пробивная. Всё это, — кивнул он на дом, — Заработала своим трудом.
Непонятно, к чему такие откровенности. Почему-то чувствовалось, что Сергей чего-то хочет, но чего именно — прямо не говорит. Пообщались с ним немного, обсудили всякое разное, потом он отправился в дом. Я тоже с ним пошёл. Стоять на улице надоело и пока мясо жарится, на пару минуток можно заглянуть внутрь и пообщаться с другими однокурсниками.
Так и прошёл вечер. Засыпая у себя в постели, подумал, что в целом было неплохо, получилось расслабиться.
* * *Собрание аристократов отличалось от посиделок простолюдинов… всем. Местом встречи выбрали пафосный клуб. Матвей туда готовился, как на смертельный бой. Выбрал лучшую свою одежду, намарафетился так, что…