Апелляция
Присяжным особенно понравилась эта часть процесса, — сказала она притихшей толпе. — «Крейн» сбрасывает тонны токсичных химикалий в нашу почву и воду, но виновато во всем арахисовое масло «Джиф».
Быть может, из-за уважения к женщине, либо из-за нежелания прерывать столь воодушевленное выступление, либо по каким-то другим причинам, ни один из трех судей не перебил ее.
Мэри-Грейс закончила, прочитав краткую лекцию по праву. Закон не возлагал на них бремя доказывания того, что бихлоронилен, найденный в тканях Пита Бейкера, попал туда непосредственно с завода «Крейн». Такие методы повышают стандарты достоверности до предоставления прямых и убедительных доказательств. По закону же перевес доказательств уже является гарантией достоверности, пусть это и более низкий стандарт.
Когда ее время истекло, она заняла место рядом с супругом. Судья поблагодарил юристов, затем суд приступил к рассмотрению следующего дела.
Встреча СЮМ в середине зимы стала весьма печальным событием. Количество прибывших резко возросло по сравнению с предыдущими встречами. Юристы-судебники были взволнованы, глубоко озабочены и даже напуганы. Новый суд уже отменил вердикты их двух первых истцов по делам, которые значились в списке к рассмотрению на этот год. Положит ли это начало какому-то ужасному периоду? Пора ли паниковать или уже слишком поздно?
Юрист из Джорджии еще больше усугубил настроение присутствующих, рассказав о плачевном положении дел в своем штате. Верховный суд Джорджии также состоял из девяти членов, восемь из которых были лояльны по отношению к большому бизнесу и методично отклоняли вердикты в пользу пострадавших или умерших истцов. Двадцать два из последних двадцати пяти вердиктов были отменены. В результате страховые компании больше не желали производить выплаты, да и зачем? Они больше не боялись присяжных, потому что купили Верховный суд. Когда-то большинство дел урегулировалось в досудебном порядке. Для юриста-судебника это означало, что он мог управиться со всеми клиентами, которые к нему обращались. Теперь никто ничего не желал решать до суда, и юристу истца приходилось подавать иск по каждому делу. И даже если он добивался желаемого вердикта, при апелляции его отменяли. Проблема еще и в том, что юристы стали брать меньше дел, и еще меньше пострадавших с вполне законными требованиями могли рассчитывать на реальную компенсацию.
— Двери суда стремительно закрываются перед нами, — констатировал он в конце.
Хотя часы показывали лишь 10.00. многие гости уже принялись искать бар.
Следующий оратор хоть и немного, но все же поднял боевой дух собравшихся. Бывшую судью Шейлу Маккарти представили публике, которая радостно ее поприветствовала. Она поблагодарила юристов-судебников за огромную поддержку и намекнула на то, что не завязала с политикой окончательно. Шейла жестоко раскритиковала тех, кто вступил в заговор с целью обойти ее на выборах и уже в конце выступления обрадовала присутствующих, так что они даже вскочили с мест.
Она объявила, что теперь, поскольку могла практиковать в частном порядке, она расплатилась со всеми долгами и с гордостью вступила в ряды членов «Судебных юристов Миссисипи».
В среднем Верховный суд Миссисипи принимает решения по 250 искам в год. Большинство из них представляют собой простые рутинные дела. Некоторые же сопряжены с вопросами, которые суду еще не приходилось рассматривать. Практически все разрешаются спокойным, вполне цивилизованным образом. Но иногда разгораются нешуточные страсти.
Дело касалось большой газонокосилки промышленного типа, которые известны как ротационные косилки. В данном случае косилка, которую тащил за собой трактор «Джон Дир» она ударилась о крышку колодца, скрытого в зарослях заброшенного участка. От удара четырехдюймовый зубчатый кусок железа вылетел из крутящихся лезвий газонокосилки. Пролетев по воздуху 238 футов, он ударил в левый висок шестилетнего мальчика. Мальчика звали Аарон, и он, держа маму за руку, шел в филиал банка в городе Хорн-Лейк. Аарон тяжело пострадал, несколько раз был на грани смерти и за четыре года с несчастного случая перенес одиннадцать операций. Его счета за медицинские услуги намного превысили максимум в 500 тысяч долларов, предусмотренный семейной страховкой. Расходы на его дальнейшее лечение оценивались в 750 тысяч.
Юристы Аарона обнаружили, что газонокосилке исполнилось больше пятнадцати лет и она не была оснащена боковыми рейками, специальными цепями, как, впрочем, и всеми остальными механизмами безопасности, которые используются производителями уже как минимум лет тридцать. Они подали иск. Присяжные в округе Десото присудили Аарону выплату в размере 750 тысяч долларов. После этого председательствующий судья увеличил сумму в целях покрытия медицинских расходов. Он постановил, что если уж присяжные приняли решение о виновности ответчика, то Аарон должен получить компенсацию в большем размере.
У Верховного суда было несколько вариантов: 1) одобрить решение присяжных о выплате пострадавшему компенсации 750 тысяч долларов; 2) одобрить увеличение компенсации, предложенное судьей, в размере 1,3 миллиона долларов; 3) отклонить обе суммы и отправить дело на новое рассмотрение; 4) отменить решение нижестоящего суда без права на обжалование и окончательно и бесповоротно закрыть дело. С ответственностью все было ясно, поэтому вопрос главным образом состоял в деньгах.
Дело определили судье Макэлвайну. В предварительном заключении он согласился с председательствовавшим судьей и даже заявил о необходимости повышения компенсации. Если бы у него был шанс, он выступил бы в поддержку увеличения указанной суммы. Ибо никаких денег недостаточно для того, чтобы хоть как-то возместить ребенку мучения от страшной боли, которую ему пришлось и еще предстоит вынести. Как и никаких денег не хватит, чтобы компенсировать невозможность зарабатывать себе на жизнь. Дитя, державшееся за руку матери, было искалечено на всю жизнь изделием, опасным по своей сути, которое к тому же было произведено с нарушением требований безопасности.
Судья Романо из центрального избирательного округа увидел все в ином свете. Редко когда он не обрушивался с критикой на «большие» вердикты, но этот бросал ему настоящий вызов. Он решил, что газонокосилка была грамотно разработана и собрана на фабрике надлежащим образом, но за годы эксплуатации механизмы и приспособления, отвечающие за безопасность, были сняты разными ее владельцами. И в самом деле, цепочка владельцев газонокосилки представлялась весьма туманной. Такова природа товаров вроде газонокосилок. Это не чистые, аккуратные и безопасные изделия. Напротив, они призваны выполнять одну-единственную задачу — стричь густую траву, прочесывая ее острыми лезвиями, которые вращаются на огромной скорости. Эти агрегаты крайне опасны, но от этого не становятся менее нужными или менее эффективными.
Судья Макэлвайн получил поддержку еще троих судей. Судья Романо несколько недель обрабатывал коллег и в итоге склонил на свою сторону трех других. И вновь решающий голос оказался у новичка.
Судья Фиск долго потел над делом. Он читал записки по нему вскоре после присяги и каждый день менял свое мнение. Он полагал, что производитель должен был догадываться о том, что со временем его продукт будет подвергаться изменениям со стороны владельцев, особенно учитывая тот факт, насколько опасна газонокосилка по своей сути. Однако недоставало данных о том, соблюдал ли производитель все федеральные нормы на фабрике. Рон испытывал к ребенку глубочайшее сочувствие, но не мог позволить эмоциям возобладать над разумом.
С другой стороны, в предвыборной программе он обещал бороться за сокращение компенсационных выплат. Его атаковали юристы-судебники, а поддерживали люди, с которыми они так любили судиться.
Суд ждал, решение было необходимо как воздух. Рон менял мнение так много раз, что в конце концов оказался совершенно сбит с толку. Когда он наконец поддержал точку зрения Романо, у него пропал аппетит и ему пришлось рано уйти с работы.