Кодекс Крови. Книга VIII (СИ)
Я анализировал услышанные вводные данные. Выходило, что мы забрели в секретную зону, скорее всего, подконтрольную Кречетам, если там стоит такое оружие. Наличие у нас артефакта, нивелирующего его воздействие, кстати, как раз и говорило о верности моей теории. Ведь артефакты нам ставили на императорских верфях на все случаи жизни.
Выходило, что нас приняли чуть ли не за пиратов, оказавшихся не в то время, не в том месте. Садиться посреди тайги я тоже не планировал, поэтому решил хотя бы попробовать решить ситуацию миром.
— Мы где-то в районе Вилюйска?
— Да, в ста километрах на северо-запад от него, — тут же отчитался капитан.
— Вызывайте землю, пообщаемся, — дал команду я, — и пусть стрелки займут места у пушек. Не нравится мне происходящее.
Пока связисты пытались вызвать атакующих на связь, я прикинул разницу во времени и решился набрать по мобилету Андрею Петровичу. Из всей императорской семьи у нас пока сложились наиболее дружеские отношения.
Принц ответил сразу же:
— Андрей Петрович Кречет, слушаю.
— Ваше Императорское Высочество, прошу прощения за беспокойство, но очень нужна ваша помощь ли хотя бы консультация, чтобы я случайно не стал госизменником или ещё кем похуже.
— Умеете вы заинтриговать с утра пораньше, граф, — хмыкнул принц, — рассказывайте.
Я кратко обрисовал нашу ситуацию принцу, и тот замолчал на какое-то время.
— Вот что, по памяти, там действительно есть подобная зона, — он запнулся в нерешительности, — там алмазная добыча. Но я этого не говорил, а вы не слышали.
Я присвистнул от перспективы. Это, конечно, не макры, но, насколько помню, некоторые камни могут достигать стоимости в сотни миллионов рублей.
— Вот только охрана не должна была атаковать вас и уж тем более применять такое оружие… — продолжил принц, — разве что вы появились в момент перегрузки результатов сезонной добычи. Вы случайно не видите ещё один дирижабль где-то поблизости?
Я попытался рассмотреть что-либо под нами. Видимость была не самая лучшая, небольшой белый дирижабль, ещё меньше нашего, терялся на фоне заснеженных просторов. Но мне всё-таки удалось разглядеть его почти внутри огромного карьера, уходящего вглубь земли.
— Вижу. Небольшого размера, меньше «Капельки».
— Ну тогда рекомендую связаться с рудником, сообщить о собственном статусе и покинуть бесполётную зону во избежание инцидентов. Попытка посадки может быть воспринята как нападение.
— Спасибо, Ваше Императорское Высочество! — искренне поблагодарил я и дождался, пока принц отключится первым.
Теперь хоть понятен был смысл происходящего. Правда, немного смущало требование об обязательном спуске, идущее в разрез с рекомендациями принца, но с этим уже будем разбираться по ходу переговоров.
— Граф, земля на проводе, — сообщил капитан, передавая мне устройство связи.
— Земля, на связи граф Михаил Юрьевич Комарин, командир спецподразделения Министерства обороны «Комар». Попали в вашу зону случайно. Повторяю, случайно. Получили рекомендации не приземляться, а покинуть зону сразу же по завершению сеанса связи. Как поняли меня?
Я бездумно скользил взглядом по бледному пейзажу внизу, ожидая ответа. Огромный кратер-карьер с лесным морем вокруг, эллипс дирижабля, раскачивающийся на ветру, сизые хлопья снега, волнами укрывающие всё вокруг. Серость сплошная. И тут в тучах появился небольшой просвет, упавший прямо на карьер, словно вырывая его из мглы. В центре кратера что-то блеснуло, затем ещё и ещё. Потом блик стал устойчивым, словно ребёнок, играющийся с зеркалом, наконец словил солнечный луч, а затем снова начал прерываться, будто зеркальце раскрутили на подставке.
— Говорит земля! Повторяю, говорит земля! — послышался хриплый голос в динамике устройства связи, отвлекая меня от созерцания солнечных бликов. — Вас услышали. Позволяем покинуть зону немедленно, повторяю…
Ещё до того, как он закончил фразу, я тихо выругался, убирая от себя микрофон. Одновременно в рубку прибежала испуганная Аста с встревоженной Тэймэй и протянули дрожащими руками лист бумаги с надписью:
«Хельге плохо. Внизу кого-то убивают».
— … повторяю, позволяем покинуть зону немедленно, — твердил хриплый голос в динамике.
А я понимал, что сигнал SOS, поданный пару минут назад гелиометром, мне совсем не почудился.
— Вас поняли. Отбываем.
* * *Андрей Петрович пребывал в задумчивости, с отсутствующим взглядом поглощая бутерброд и запивая его кофе.
— Ты сегодня не с той книги что ли встал? — попыталась своеобразно пошутить над братом на завтраке Мария Петровна. — Или эксперимент какой-то не удался?
Мария знала такое выражение лица брата и всегда любыми способами старалась вернуть его из мира науки в реальный. Девушке попросту было скучно завтракать в тишине. Обычно брат реагировал после третьего, а то и пятого словесного укола, но сегодня нарушил привычный ритуал.
— Маш, ты же всякими цацками больше нас с Сашей интересуешься… Я сейчас алмазы имею в виду, — выдал брат и нахмурился.
— Алмазы по моей части, всё верно, — лучезарно улыбнулась главная модница императорской семьи. — А тебе для опытов что ли нужны, или, не дай Кречет, опять сверло себе хочешь уникальное? На меня ещё после прошлого раза ювелиры смотрят как на особу, не шибко одарённую мозгами.
— Нет, сверло работает, — отмахнулся Андрей Петрович, — меня больше месторождения интересуют. Ты что-то помнишь по ним? Я, признаться, в этом вопросе запамятовал. Когда у них сезонный вывоз руды?
— Если хочешь себе камешек для кого-то подобрать, то я все самые красивые уже выудила, — подмигнула Мария Петровна. — Месяц назад же вывоз был, я точно помню.
Андрей Петрович нахмурился ещё сильнее. Бросив завтрак недоеденным, он вытер губы салфеткой и набрал в мобилете номер Дмитрия Фёдоровича Медведева:
— Дмитрий Фёдорович, прости, что ни свет, ни заря, но… У нас на алмазном руднике близ Вилюйска, кажется, гости залётные.
* * *— Миш… — в глазах Тэймэй застыл немой вопрос, который она не решалась задать при всех.
— Где заканчивается бесполётная зона? — уточнил я у командира, жестом показывая невесте обождать с вопросами.
— В двадцати километрах отсюда.
— Идём на малом ходу, готовимся к десантированию отряда, — отдал я приказ и тут же отправил своих комарих на разведку.
«Спасибо тебе, Комаро, за моих девочек всесезонных и незаметных!» — в который раз я мысленно поблагодарил покровителя.
Обратно, правда, пришлось принимать моих разведчиц через приоткрытый иллюминатор на прогулочной палубе. Увиденное мне категорически не понравилось. На руднике хозяйничали воры, ну или воздушные пираты, судя по интернациональному составу команды и наличию собственного дирижабля. Рудник захватили с земли, уже позже вызвав корабль для погрузки добычи.
Основной сложностью для них было то, что склады руды были пусты после сезонной выгрузки, и потому пленённых сотрудников заставляли в течение недели заниматься добычей в интересах пиратов, а не государства. Заставляли бы и дальше, если бы не мы. До следующего сезонного сбора было порядка двух-трёх месяцев, и добыча пиратов за это время была бы совсем немаленькой.
Наше появление спутало все карты. По нам ударили из экспериментального орудия, а когда мы не разбились, потребовали приземлиться в акте добровольного самоубийства и самоустранения свидетелей. Моё же обращение произвело впечатление на пиратов, и они решили не лезть на рожон против армейского спецподразделения. Более того кто-то из них был весьма смышленым, и мою фразу про полученные рекомендации тоже уловил. Сразу после завершения переговоров пираты решили уничтожить рабочих рудника и скрыться с малой добычей в неизвестном направлении.
Времени выходить за пределы бесполётной зоны не было. Да и делать марш-бросок по снегу с группой комаров тоже. Счёт шёл на минуты.
«Тиль, нужна помощь, — позвал я подругу. — У нас веселье раньше времени началось. Сможете присоединиться с группой эргов?»