Тренер (ЛП)
Она была великолепна и умна. Ей нравилось быть в центре внимания, и даже будучи первокурсницей, она стала популярной девушкой в команде по легкой атлетике. Очевидно, этого было недостаточно.
Каждая из нас соревновалась в беге на 800 метров, и, хотя Сиенна была быстрой, она не была быстрее меня. Она становилась резкой со мной всякий раз, когда я обгоняла ее на тренировках. К весеннему семестру, когда мы были в гуще соревнований и встреч, она почти не разговаривала со мной.
Затем однажды днем я вернулась в нашу комнату в общежитии пораньше с занятий только для того, чтобы подслушать, как она говорит гадости обо мне. Как она притворялась моей подругой только потому, что мы жили вместе. Как она не могла дождаться, когда съедет. Какой я была грустной и хандрящей, и это раздражало ее.
Да, мне было грустно. Я хандрила. Неделей ранее отмечалась годовщина смерти моего отца.
С этого момента я решила, что мне не нужна Сиенна в качестве друга, что, возможно, мне не нужны никакие друзья-девушки. Точка.
Когда я вернулась после летних каникул, чтобы пойти на второй курс, я держалась на расстоянии от Сиенны. Я жила в кампусе, потому что так было легче покрыть расходы за счет финансовой помощи и моей частичной стипендии, в то время как она переехала в квартиру с другими девушками из команды.
Я пересекалась с ней на тренировках и случайных вечеринках. Именно на одной из таких вечеринок я познакомилась с Фордом. Я влюбилась в него мгновенно. Сиенна тоже была на вечеринке.
Неделю спустя они начали встречаться.
Возможно, она преследовала его, потому что моя влюбленность была очевидна. Возможно, я слишком много о себе думала, и ей было на меня наплевать. Форд был, ну… Фордом. Звездным игроком футбольной команды. Самый горячий парень в кампусе. Парень, которого хотела каждая девушка.
И Сиенна победила.
Она победила меня.
Ее победа всегда оставляла горький привкус у меня во рту. Хотя этим утром было не так кисло, не из-за милого личика Джоуи. Только не с ее неоново-розовым лаком, украшающим мои ногти.
На моем лице была улыбка, когда я вошла в свой офис — и застыла. На моем столе лежал небесно-голубой подарочный пакет, набитый белой папиросной бумагой, а сверху лежала открытка.
— О нет. — Я застонала, заходя в офис и убирая сумочку в ящик стола. — Адриан, это должно прекратиться.
Я вытащила открытку из сумки, ожидая увидеть его аккуратный почерк и приглашение на ужин. Вместо этого там были каракули.
Форд.
И Джоуи. Ее имя было нацарапано под его.
Десять лет, а его каракули ничуть не изменились. Они были так же беспорядочны, как и тогда, когда мы передавали друг другу записи в классе, и ему приходилось читать мне свои, потому что я не могла разобрать и половины слов.
Папиросная бумага зашуршала, когда я разорвала подарочный пакет и достала пластиковый контейнер для еды с красной крышкой и пластиковой вилкой. Внутри был кусочек шоколадного торта и пакетик «Суидишь фиш» (прим. ред.: суидишь фиш — жевательная конфета в форме рыбы. Они бывают самых разных цветов и вкусов).
Я хихикнула.
— Я так люблю есть торт на завтрак.
— Я слышал об этом. — Форд появился в дверном проеме, его фигура заполнила порог.
— Твой почерк такой же неряшливый, как всегда. — Я помахала карточкой с запиской. — Я рада, что хоть почерк Джоуи разборчивый.
Он усмехнулся.
— Она отвечает за список покупок, потому что, если я составлю его, никто из нас не сможет прочитать его к тому времени, как мы отправимся за покупками.
Румянец залил мои щеки, как будто мне снова двадцать, а не тридцать один. Обычно я не краснела. Но Форд, казалось, был исключением из правил.
Я подняла пакетик «Суидишь фиш».
— Это ты всегда любил их, не я.
— Я знаю. — Он ухмыльнулся, отталкиваясь от двери, чтобы сократить расстояние между нами. Затем сел на край моего стола, выхватил конфеты у меня из рук и разорвал пакет. — Поскольку дома были печенье и торт, я не позволил Джоуи взять конфеты. Но я хотел немного для себя.
— Значит, ты вложил их в мой подарок в качестве уловки. Похоже на жульничество, тренер.
Он отправил рыбку в рот, ухмыляясь, пока жевал.
Мой взгляд опустился к его рту, привлеченный тем, как двигались его губы и изгибалась челюсть. То, как дергался его кадык, когда он глотал. Румянец, казалось, распространился по всему моему телу, прилив тепла затопил мои вены.
— Легче, не так ли?
— Хм? — Я оторвала взгляд от его губ, встретившись с этими потрясающими голубыми глазами.
— После разговора о прошлом. Легче.
— Так и есть. — Спасибо, за завершение. Возможно, в этом и была моя проблема с самого начала. Вместо того, чтобы разобраться в своих чувствах, когда дело касалось Форда, я просто заблокировала их.
— Еще раз спасибо за эти выходные, — сказал он. — Ты сделала субботу Джоуи. И мою.
— Не за что.
Вау, от него восхитительно пахло. Лучше любого торта или конфет. Этот мужской аромат кедра и кожи смешивался со свежестью мыла после утреннего душа. Мысленный образ мокрого, обнаженного Форда возник у меня в голове. У меня внутри забился пульс, а во рту пересохло.
— Кофе. Мне нужно немного кофе. — Вот только я не пошевелилась, чтобы уйти.
Даже сидя на краю моего стола, Форд был таким высоким, что наши глаза были почти на одном уровне. Было бы так легко наклониться, поцеловать его в губы.
О, боже. Что со мной не так? Разве именно эта мысль не навлекла на меня неприятности? Кроме того, мы только что договорились с Фордом. Мы будем друзьями, вроде как. Мы работаем над тем, чтобы стать друзьями.
Однако мы определенно были коллегами.
Я не должна была думать о том, чтобы поцеловать его. Я не должна была думать о нем голым.
Шагай, Милли.
Я даже не пошевелилась.
Форд наклонился ближе, всего на дюйм.
Мои глаза снова опустились к его губам.
— Кофе.
— Ты уже говорила это, Миллс.
— Говорила?
Он хотел поцеловать меня? Хотела ли я поцеловать его? Ага.
О, черт. У меня неприятности.
Мир расплылся по краям. Все, что находилось за пределами этого офиса, исчезло. Пока кто-то не прочистил горло.
Я отпрянула от Форда.
— Что здесь происходит?
Курт. Мой начальник. Наш начальник.
Он стоял на пороге моего кабинета, где только что был Форд. Его кулаки были уперты в бедра.
Да. Неприятности. Так много неприятностей.
Глава 12
Форд
Милли выглядела так, словно вот-вот упадет в обморок. Или ее стошнит.
Надеюсь, причина, по которой краска отхлынула от ее лица, была связана с Куртом, стоящим в дверях, а не с тем фактом, что я был в нескольких секундах от того, чтобы поцеловать ее прелестный ротик.
— Доброе утро, Курт. — Я поднял руку с пакетом конфет.
— Привет, Форд. — Он переводил взгляд с Милли на меня, его седые брови сошлись на переносице.
Тот факт, что он не поздоровался с Милли, сразу меня разозлил.
Я сдержал язвительный комментарий и снова повернулся к Милли, наклонившись ближе, как будто изучал ее глазное яблоко.
— Ну, я ничего там не вижу, но, может быть, у тебя там застряла ресница, или волос, или что-то в этом роде.
— Э-э… — Она моргнула. Но замешательство на ее лице длилось всего долю секунды, прежде чем она поняла, что я делаю. Затем она отстранилась, тыча пальцем в свой глаз. — Боже. Что ж, спасибо, что проверил. Но там определенно что-то есть.
— Кажется, у меня в кабинете есть глазные капли. Принести?
— Нет, все в порядке. Я уверена, что скоро все пройдет. — Она отступила назад, глядя на Курта с вежливой, холодной улыбкой. Она полузакрыла глаз, продолжая хитрость. — Привет, Курт. У тебя были хорошие выходные?
— Да. — Этот невнятный, односложный ответ был всем, что дал ей Курт. Затем он снова сосредоточил свое внимание на мне, его улыбка стала немного шире. Слишком натянутой. — Как прошли твои выходные? Повеселились с Джоуи?