Формирование личности ребенка в общении
Структура мировоззрения. Мировоззрение представляет собою сложную целостность, имеющую более или менее выраженную структуру. Имея в виду цели последующего генетического исследования, мы склонны связывать изучение структуры мировоззрения с решением двух основных задач. Это, во–первых, задача определения состава того субъективного образа, которым является мировоззрение: что именно из существующих в мире объективных закономерностей отражено субъектом в форме образа или реально учитывается им при построении своей активной деятельности в социальном и предметном окружении. И это, во–вторых, задача анализа относительного значения отдельных компонентов образа. Можно думать, что некоторые закономерности мира имеют центральное значение в субъективном образе (например, представление о первичности материи и вторичности сознания), в то время как другие выступают как производные от первых (например, представление о том, что такое живое и неживое). Для развитого мировоззрения характерна прочная связь отдельных компонентов, наличие между ними многосторонних и непротиворечивых связей.
Мировоззрение и личность. Важное значение при реализации теоретического подхода к проблемам мировоззрения имеет выяснение взаимоотношений этого понятия с другими понятиями, или психологическими категориями. Так, специального рассмотрения заслуживает вопрос о соотношении понятий мировоззрения и личности.
Мы полагаем, что мировоззрение и личность тесно связаны между собой. Мировоззрение всегда принадлежит определенной личности. Оба они представляют собой то синтезирующее, объединяющее начало, которому принадлежат отдельные психические функции и процессы, внутри которых последние вычленяются. Мировоззрение служит одной из главных характеристик личности. Но личность, в свою очередь, определяет практику индивида на основе мировоззрения. В частности, направленность личности и уровень ее активности обусловливают пристрастность индивида, его горячность и энергию при отстаивании своего мировоззрения, его последовательность при организации деятельности на его основе.
Однако личность и мировоззрение мы считаем нетождественными психологическими категориями. Для мировоззрения определяющим является понятие образа, отражения, причем в связи с наиболее общими объективными закономерностями. Для личности же таким основным понятием является, по–видимому, понятие отношения – личность представляет собою целокупность отношений человека с другими людьми, их целостный ансамбль [1, 13].
Онтогенетическое развитие мировоззрения. Попробуем теперь применить общие положения, высказанные выше о природе мировоззрения, его сущности и происхождении, к процессу онтогенетического развития и формирования его у маленького ребенка. Главное исходное положение здесь состоит в утверждении о том, что при рождении у ребенка мировоззрение отсутствует, и он усваивает или, точнее говоря, вырабатывает его постепенно, в ходе своей жизни. Решающее значение имеют при этом два момента – собственная активность, деятельность ребенка, принимающего участие в культурном процессе, и транслируемое ему из окружающей среды в ходе общения с людьми мировоззрение, выработанное в обществе.
В наиболее благоприятном случае ребенок усваивает научное мировоззрение, соответствующее общественно–историческим возможностям эпохи, в которую живет, одновременно обогащая его собственным вкладом.
Второе важное положение состоит в том, что развитие мировоззрения осуществляется путем постепенной дифференциации и усложнения первоначального наброска той целостности, которая спустя годы станет мировоззрением ребенка. Нам представляется очень верной мысль Л. С. Выготского о том, что «ребенок начинает с самых общих схем вещей, которые индивидуально не различаются, но воспринимаются им согласно… ассимиляционной схеме» [8], и далее: «…ребенок от общего идет к частному, выделяя постепенно все более и более дробные группы, и выделение единичного предмета, видимо, является делом более поздним». В намеченной им далее гипотетической схеме развития Л. С. Выготский выделяет в качестве первой – «магическую» стадию слитности у ребенка своего «Я», другого человека и физического предмета.
В наших экспериментах мы реально наблюдали такую изначальную аморфную целостность и видели, как в первые месяцы жизни под влиянием инициативных воздействий взрослого и нерасчлененной целостности выделяются три полюса, а именно: 1) «Я», далее 2) «Он (они)» и 3) «Физический объект» (мир). И дальше развертывается дифференциация на каждом полюсе, хотя целостность и взаимосвязь полюсов не только сохраняются, но и все более закрепляются. Наше исследование на сей счет мы уже сообщали ранее [16]. Мы тогда подчеркнули роль общения как единого контекста для развития на каждом из трех полюсов целостности. Мы указали также, что доминирующее значение имеют события, которые совершаются на полюсе «Он – другие люди – социальный мир». Именно через другого человека ребенок все глубже познает себя. Через людей же ему открывается мир природы и вещей.
Первенствующее значение, которое имеет в развитии мировоззрения полюс «Он – другие люди – социальный мир», в онтогенетическом исследовании отчетливо выявляется в феномене избирательности.
Наши опыты с детьми от рождения до 7 лет показали, что на всех этапах детства ребенок обнаруживает совершенно особенное отношение к воздействиям, исходящим от людей, по сравнению с воздействиями из всех других источ ников.
Во–первых, дети быстрее выделяют голос человека, чем все другие звуки, а в наборе картинок они первыми видят рисунки человека, а не животных и бытовых вещей [10, 9, 5].
Во–вторых, дети тоньше различают особенности воздействий людей – их мимику, интонации, фонематические особенности речевых звуков, чем аналогичные по сложности качества предметов [26, 18, 19].
И в–третьих, в конфликтных ситуациях, когда нужно выбрать один из двух компонентов – исходящий от человека или не связанный с ним, – дети устойчиво предпочитают «социальный» сигнал [4, 5].
Усвоение и обогащение мировоззрения продолжаются всю жизнь человека. Однако в этом непрерывном процессе можно – и нужно – выделять ключевые пункты качественных преобразований, переломов в развитии. Одновременно в распоряжении исследователя оказывается и возможность наметить критерии сформированности мировоззрения, с помощью которых открывается перспектива диагностики уровней относительного развития у ребенка его мировоззрения.
Мы видим несколько неодинаковых аспектов анализа онтогенетического развития мировоззрения, но укажем только два из них – формально–динамический и содержательный.
Сформированность мировоззрения можно оценивать с точки зрения его формально–динамической характеристики, зрелости психологических механизмов этого образования. Исходя из характеристики развитого, «взрослого» мировоззрения на разных этапах развития следует отмечать:
а) полноту субъективного образа мира у ребенка, наличие в нем отражения наиболее важных объективных закономерностей (хочу подчеркнуть, что я имею при этом в виду сам факт наличия, вхождения в субъективный образ мира у ребенка отражения тех или иных начал мира, а не его правильность);
б) целостность субъективного образа, выражающуюся во взаимосвязанности отражения ребенком отдельных объективных закономерностей и в их непротиворечивости, последовательности;
в) уровень осознания ребенком составных частей своего представления о мире, о себе и о себе в мире, его способность ясно и четко их вербализовать.
У маленьких детей отмеченные выше формально–динамические параметры поразительно отличны от того, что мы видим у взрослых людей. Одним из первых психологов, который прикоснулся к их изучению, был Жан Пиаже. Еще в 20–е годы [32] он предлагал женевским дошкольникам вопросы, относящиеся к устройству мира, например: почему солнце не падает на Землю, из чего сделаны Луна и звезды, почему день сменяется ночью и откуда берется ветер? Пиаже не придавал серьезного значения детским теориям мироздания, но он обратил самое пристальное внимание на особенности мышления детей, обнаружившиеся в их ответах на вопросы. Оказалось, что, рассуждая, дети устанавливали синкретические связи между событиями и явлениями, совершали действия соположения, обнаруживали нечувствительность к противоречиям, переходили от частного к частному, минуя общее. Их умственным действиям была свойственна логика восприятия, которая, в отличие от логики мыслей, не знает противоречия.