Рыцари Галактики
Ярослав обернулся к Крэллу и Юэле, обменявшись с ними многозначительными взглядами. Они без слов поняли друг друга. Увидев молчаливые кивки своих друзей, Ярослав вновь обратился к Менталису: — Понимаю, Лей. Поэтому вы не ведете переговоров по гиперсвязи. — Он замолчал, испытующе глядя на командора и раздумывая, как сообщить ему то, о чем мечтали сотни поколений людей. — Теперь я скажу тебе нечто очень важное. Постарайся спокойно воспринять это… Мои друзья и есть хозяева того дисковидного корабля. Они, как ты правильно догадался, представляют иную цивилизацию. Эта планета на правах первооткрытия принадлежит им и, в какой-то мере, мне. Вот и они, познакомьтесь. — Ярослав жестом пригласил Крэлла и Юэлу подойти к прибору и представил их.
На лице Менталиса появилось выражение безмерного удивления и восторга.
— Вы такие же, как мы… — смущенно вымолвил он, всматриваясь в их лица.
— Я счастлив, что стал участником встречи с вами, друзья. Но кто вы, откуда?
— Мы такие же люди, как вы, Лей. У нас даже общие предки. Но наши миры находятся очень далеко отсюда, за сотню тысяч световых лет. У нас еще будет возможность познакомиться поближе и лучше узнать друг друга, — ответил Крэлл, дружелюбно улыбнувшись Менталису. Тот все еще стоял в растерянности, не в силах осмыслить увиденное и услышанное.
Ярослав уловил его растерянность и внутреннее недоверие. Чтобы развеять остатки настороженности, он сказал Крэллу: — Выключи «невидимку», старина. Пусть они увидят ваш корабль. Люди больше доверяют увиденному, чем услышанному, — и, обратившись к Менталису, добавил: — Посмотрите в квантовый мультипликатор, Лей. Вы убедитесь, что это правда. Менталис прильнул к экрану мультипликатора, отыскивая в пространстве их корабль, и застыл в изумлении. Несколько минут он внимательно разглядывал серебристый диск, медленно приближавшийся к караванам транспортов. Наконец, оторвав взгляд от завораживающей картины, тихо сказал: — Да, это не розыгрыш… Простите меня, друзья, я все еще не могу прийти в себя. Уж больно неожиданно… Когда-то в юности я мечтал о контакте с братьями по разуму, но никогда не мог представить себе, что вы окажетесь столь близки нам и внешне… Я счастлив, братья! Да что там я, все наши люди будут счастливы пожать вам руки.
— Мы тоже рады встрече с вами, брат. Мы здесь, чтобы помочь вам. На этой планете вы сможете пережить тяжелое время, до тех пор, пока не кончится война. Потом вернетесь к себе на родину, — ответил Крэлл.
— Ну что ж, Лей, пора высаживаться на планету, — Ярослав по-дружески улыбнулся Менталису. — Но у меня к вам большая просьба: эта планета не совсем обычна… Она, словно живое существо, приветлива ко всем своим детям, которые дарят ей любовь и заботу, но очень ранима. Мы не успели еще исследовать ее, поэтому нужно быть очень осторожным, чтобы не навредить экосистеме. Хотелось бы, чтобы ваши люди поняли это и соответственно относились к ней. Сажать корабли будем на каменистое плато Центрального хребта. Я покажу, где это находится. Рядом, у его подножий, есть прекрасная долина, там можно устроить временные поселения.
— Хорошо, Ярослав. Ведите нас. Обещаю от имени всех наших людей, что ни один из нас не навредит планете. Менталийцы превратили свою родину в цветущий сад и умеют ценить то, что дает людям природа.
Глава 9. КОНЕЦ «ЧЕРНЫХ АНГЕЛОВ»
1— Так, значит, вы обнаружили слежку не сразу после прибытия на Рэйн? — глядя в упор в глаза Брэбхэма, спросил Вайнберг.
— Да, это так. В отчете мы с Джейн подробно написали об этом, — спокойно ответил тот.
Вайнберг быстро перевел взгляд на экран сканера сознания. Прямые графики не изменились, красные сигналы не зажглись. Чувствительнейший из детекторов лжи, когда-либо созданный техническим гением, никак не отреагировал на ответ. Вайнберг вновь пристально посмотрел на сидящего в кресле. Колпак сканера доходил тому до бровей, по которым стекла капелька пота. «А он волнуется, но держится хорошо, — подумал Вайнберг, следя за скатывающейся по щеке каплей. — Вряд ли он попробует соврать мне. Страх разоблачения сделает его кристально честным. Ведь знает, чем придется заплатить за ложь».
— Как ты думаешь, Брюс, чем вызван интерес тайной полиции к вашим персонам? — вкрадчиво спросил он.
— Не знаю, босс… Мы считаем…
— Говори за себя! — оборвал его Вайнберг. — С Джейн у нас будет отдельная беседа.
— Я лишь могу предположить, босс, что они заинтересовались нашей деятельностью в связи с ее специфичностью и из-за объемов операций. Любое правительство заинтересовалось бы бизнесменами, которые скупают объекты фармацевтики и здравоохранения на триллионы листов. Тем более что мы не были известны до этого в Империи. Тайную полицию наверняка заинтересовало, откуда у нас, дельцов средней руки, такие капиталы? У них мог возникнуть и другой вопрос: кто за нами стоит? Думаю, что именно это их и взволновало.
— Ну, хорошо… Надеюсь, что у них не возникло других вопросов. — Вайнберг, не спуская с лица Брэбхэма леденящего взгляда, достал сигару и закурил. — Скажи-ка, Брюс, а как проявила себя Джейн? Я имею в виду: не заметил ли ты каких-нибудь странностей в ее поведении, сомнительных контактов, чего-либо компрометирующего?
— Нет, босс, не заметил. У нее отличная деловая хватка. Две трети всего, что нам удалось скупить, — ее заслуга. И потом, она первая заметила слежку. Действовала профессионально… Не могу ручаться за ее контакты, ведь мы встречались только по вечерам, каждый занимался своим делом самостоятельно. Мне кажется, что она — надежный человек, босс.
«Да, Джейн — девчонка не промах, но откуда в ней этот профессионализм? Кажется, я знаю ее не так хорошо, как следовало бы. Не преподнесла бы она мне сюрприз! Нужно серьезно заняться девочкой», — решил Вайнберг, пуская кольцами дым. На экране по-прежнему не было ничего тревожного. Усмехнувшись, он спросил: — Ну а как Джейн… как женщина? Вы спали вместе? Брэбхэм ответил не сразу, на мгновение смутившись от такого вопроса в лоб: — Нет, босс, не спали… — на его щеках появился румянец. Смущение не скрылось от цепких глаз Вайнберга. Его губы расползлись в ухмылке.
— Но ты хотел бы переспать с ней?
Смущение усилилось. Со лба сканируемого скатились еще несколько капель.
— Да, босс… — еле слышно прошептал Брюс, с опаской взглянув на Вайнберга. Он знал, что Джейн была его любовницей, но сказать неправду — значило подписать себе смертный приговор. — Она очень соблазнительна, и у любого мужчины возникает такое желание при взгляде на нее.
— Ну и что же она? — с той же ухмылкой по-иезуитски допытывался Вайнберг.
— Встречалась с мужчинами, давала повод?
— Нет, она просто не замечала попыток или делала вид, что не замечает.
«Неужели Джейн ни с кем не была в связи? За все это время? Она, конечно, дорогого стоит, но в Империи нашлись бы охотники, которые не поскупились бы…» — с сомнением подумал Вайнберг, терзаемый смутными подозрениями и ревностью.
От тревожного сигнала зуммера он вздрогнул. Подскочив к видеофону, он увидел милое личико Джейн, ставшее серьезным и озабоченным.
— Босс, с центрального пульта только что сообщили об аварии на третьем генераторе. Ситуация сложная. Он вышел на критический режим.
— Что?! — Вайнберг направился к двери. — Брюс, оставайся здесь до моего возвращения.
Но едва бронированная плита скользнула в проем, как мощный удар кулака в подбородок отбросил его назад. В глазах вспыхнули тысячи искр, и Вайнберг провалился в темноту, рухнув навзничь на пластиковый пол. В проеме появились неизвестные в легких скафандрах. Рука Брэбхэма инстинктивно Дернулась к пустой кобуре и остановилась на полпути. Черное дуло станнера угрожающе смотрело ему в грудь.
— Не двигаться! — приказал Алекс. — Чак, ты не слишком перестарался?
Чак склонился над распростертым телом и осмотрел его.
— Ничего страшного — нокаут. Очухается…
— Приведи его в чувство.