Рыцари Галактики
— В двух словах — методом абсолютной блокады и штурма. Я понимаю, что потери могут быть велики и успех не гарантирован, но других вариантов не вижу. Ждать другого случая тоже нельзя. Время, время поджимает!
— Я могу тебе чем-то помочь?
— Пожалуй, только в одном. Посодействуй через Джона Перри в оснащении нескольких наших кораблей системой «невидимка».
— Попробую, но насколько я знаю, было изготовлено только три экспериментальные системы. Две из них установлены на яхтах Ярослава и Алекса, третья осталась на фирме для проведения экспериментов и доводки.
— За финансированием дело не встанет. Попроси срочно изготовить хотя бы пять-шесть экземпляров, пусть даже экспериментальных. Это помогло бы при проведении операции.
— Ну что ж, сделаю что смогу.
3По длинному гулкому коридору медленно шел огромный толстый человек в черной накидке и в шлеме. Его тяжелые шаги, сливающиеся с шагами телохранителей, идущих чуть позади, далеко разносило эхо. Человек тяжело дышал от усилия, с которым ему приходилось нести свое тело. У бронированных дверей в конце коридора он приложил свою руку к панели детектора. Дверь беззвучно скользнула вверх, и человек прошел внутрь. Здесь было стерильно чисто и ярко освещено. Дверь опустилась за ним, оставив телохранителей снаружи. Навстречу вошедшему, открыв еще одну дверь из толстого изостекла, появился другой человек в белом комбинезоне и с легким шлемом на голове. Они сели в кресла, расположенные в нескольких мет-Рах друг против друга. Человек в черном минуту-другую тяжело дышал, переводя дух. Но вот он заговорил неприятным, неестественным голосом:
— Док, когда же вы наконец закончите свои эксперименты? Сколько мне еще ждать?
— Г-м-м, Халл, вы же знаете, я делаю все, что в моих силах. Мы не выходим из лабораторий сутками… Я ведь не бог. Моя вакцина задерживает развитие мутагенных изменений вашего тела… Но я не знаю, сколько времени потребуется для создания лекарства против этого вируса. Может быть, через год, может, через два, а может, и всей моей жизни не хватит…
— Так, значит, я обречен?! — с тоской и болью в голосе воскликнул его собеседник.
— Ну, не совсем так. Я смогу поддерживать ваше нынешнее состояние несколько лет. У вас лишь начальная фаза второй формы болезни. Изменения еще не приняли необратимого характера. С генетической точки зрения вы еще остаетесь человеком. Последние исследования вашего ДНК…
— К черту ваши исследования! — взревел Халл, ударяя рукой по креслу. — Я вложил в вас миллиарды, я рискую собственной шкурой ради того, чтобы вы… вы-ы… хм-м-хлю-ю… — его голос сорвался в невнятном бормотании. Замолчав, он несколько минут переводил дух, затем негромко продолжил: — Док, надеюсь, вы хорошо помните, что если вы меня не излечите, то сами будете таким же, как я. Это я вам обещаю. Я не хочу стать монстром!
— Успокойтесь, Халл. Успокойтесь! У вас есть шансы… Кроме того, если случится непоправимое, то ведь можно сменить тело. Ваш разум не умрет. Разве не замечательно получить новое, молодое тело? — усмехнулся доктор, пряча гримасу за поляризованным стеклом шлема.
— Новое тело! До этой чертовой болезни мне нравилось и мое. Вы же знаете, док, что клонирование, пересадка разума на новый носитель, в перспективе чревато последствиями.
— Вы сможете менять тела довольно часто, не допуская кризиса интеллекта. А кроме того, разве вас больше не прельщает мысль, что вы станете Господином и Повелителем Вселенной? Разве неограниченная власть и богатство плюс бессмертие — не хорошая компенсация за перенесенные страдания?
— Да, я поставлю Вселенную на колени! Если вы, док, не подведете, я возвеличу вас. Но не забывайте, что палка всегда о двух концах… и не пытайтесь играть со мной. Малейшее ваше движение в сторону самостоятельных интриг будет расценено мною как предательство со всеми вытекающими отсюда пос ледствиями…
— Ну что вы, Халл. Наши цели совпадают, и мне нет смысла предавать вас. Даже если и захотел бы, то не смог. Куда отсюда денешься?
— Ладно, хватит об этом. Сделайте мне еще одну инъекцию. Сегодня я чувствую себя хуже обычного.
— Это вам кажется. Но инъекцию я сделаю. Идемте.
Через стеклянную дверь они вошли в соседнее помещение, сверкающее пластиком, хромом и никелем. Здесь пахло озоном и целым букетом различных лекарств и растворов, стоящих во множестве в колбах и мензурках за стеклянными дверями шкафов и стеллажей.
4В роскошной приемной за столом из янтарного дерева, под цвет ее волос, сидела очаровательная девушка с изумрудными глазами и сверкающим колье на изящной шейке. Она только что закончила работу на компьютере и теперь откинулась в кресле и вытянула стройные ноги, потягивая через соломинку охлажденный сок.
Ее прелестное личико носило печать озабоченности. Вот уже три месяца ее тяготила эта подземная жизнь. «Жизнь птички в золотой клетке», как говорила она самой себе, оставаясь в одиночестве в своих апартаментах на базе «Бета-2». Три месяца она не могла найти возможность передать в «Контору» шифрограмму, от которой зависело очень многое…
Глава 8. ГИБЕЛЬ МЕНТАЛИИ
1Адмирал Бетли стоял на мостике флагмана 9-го Имперского флота линкора «Империя», наблюдая на мониторах маневры своих кораблей и принимая доклады старших офицеров. Стратегический план по перегруппировке сил вступил в заключительную фазу. Все корабли 9-го флота теперь были собраны в единый кулак и построены в три эшелона напротив наименее защищенной зоны системы Менталия. Оставшись единственной населенной планетой системы, Ливадия истекала кровью в неравных боях с превосходящими силами Империи, но не сдавалась. Потеряв почти все свои боевые корабли, менталийцы с отчаянием обреченных дрались на орбитальных станциях и на планетарных батареях. Созданная несколько лет назад система боевых платформ-автоматов успешно боролась с флотом противника, перехватывая лавины ракет, обрушиваемых на планету. Несмотря на подавляющее превосходство, флот Империи вот уже вторую неделю не мог прорвать крепкую оборону менталийцев. «Теперь положение изменится, — думал адмирал. — Скоро появится адмирал Колби со своей армадой. Целых два суперкорабля! Они развеют в пыль станции и платформы менталийцев, а тогда мы ударим по ним так, что чертям станет тошно…» Подошел офицер связи и, щелкнув каблуками, доложил:
— Господин адмирал! Вас вызывает Главнокомандующий.
— Хорошо, иду.
Адмирал подошел к экрану гиперсвязи. Суровое лицо Глэна Колби, смотревшее на него с экрана, улыбнулось уголками губ.
— Ли, мой флот вышел на боевые позиции. Начинаем через пять минут. Со мной тысяча десантных кораблей. Сегодня мы обязаны порадовать Императора первой победой. После прорыва обороны я ударю по столице и их южному полушарию, а ты возьмешь на себя северное.
— Да, Глэн, все как по плану.
Связь отключилась, и адмирал Бетли отдал приказ:
— Всем кораблям первого и второго эшелонов — атака через пять минут.
Обе армады замерли в безмолвии космоса, готовые к последнему штурму непокорной планеты. Под сводом рубки на светящемся табло неторопливо текли секунды. Зуммер негромко попискивал в такт им. Все застыли в напряжении на своих постах.
2На орбитальной станции «Щит-65» у огромного полусферического экрана сидели во вращающихся креслах за пультом трое еще молодых офицеров менталийских сил. Их усталые, изможденные долгими напряженными вахтами лица были тем не менее сосредоточенными и волевыми. Обрушившееся на родную планету несчастье, гибель товарищей, родных и близких не сломили в них волю к победе и дух свободы. Один из офицеров негромко произнес, не сводя глаз с экрана:
— Слишком тихо сегодня, ребята. И корабли Империи куда-то исчезли. Не нравится мне все это. Что-то назревает…
— Да, Гор, это не к добру. Наверное, производят перегруппировку. Значит, скоро будет штурм. Ты уже отправил письмо матери? — спросил сидящий рядом.