Рыцари Галактики
— Не могло, Эд. В СБС работают профессионалы…
— Да брось ты! От неожиданностей и ошибок не застрахован никто. В мире правит бал Его Величество Случай! Я не суеверен, но в моей жизни было немало тому примеров. Контрабандой я занялся тоже случайно. Думал стать врачом, даже закончил университет. Да-да, не смейся. Но судьба распорядилась иначе. Я считаю, что человек зависит от ее превратностей в большей степени, чем от собственной воли, упорства, ума, то есть от своей личности…
— Что-то ты стал философствовать, Эд. Наверное, на тебя и впрямь сильно подействовал этот случай. Раз уж ты так веришь в судьбу, то она наверняка вмешалась и здесь. Как говорится: «Кому суждено быть повешенным, тот не утонет…»
— Вот-вот. И я про то же. Ладно, закончим, — подвел черту под дискуссией Вентури, наливая в бокалы вино. — Давай-ка выпьем сегодня, а завтра начнем работать. Когда еще посидим по-дружески? У меня, Алекс, не много друзей, и я их очень ценю.
— Я тоже, Эд. За дружбу, — сказал Алекс, поднимая бокал.
— За дружбу, — ответил Вентури.
5Космояхта неподвижно застыла в безбрежной вечности космоса, словно заснувшая фантастическая рыбина в толще океана. Вокруг, в радиусе нескольких парсеков, не было никакой обитаемой системы, только одинокая звезда, светившаяся тусклым красным светом, напоминающим стоп-сигнал, горела в иллюминаторе яхты. Джейн привела корабль в этот пустынный Район по указанию Вайнберга, с которым она связалась, едва покинув Землю. Томительно тянулись часы ожидания в полном одиночестве и пустоте.
Из легкой дремы ее вырвал тревожный сигнал главного компьютера, извещавшего о появлении в зоне действия радара неизвестного корабля. Спустя час Вайнберг уже входил в рубку ее яхты. Джейн встретила его с улыбкой, протягивая чемоданчик и карточку Хантера:
— Арджи, с этим покончено. Хантер мертв, яд сделал свое дело. Вот его карточка и «ликвидатор». Я не успела воспользоваться им на вилле, времени было очень мало, чтобы разобраться в нем…
— Это ничего, детка. Раз «ликвидатор» у нас в руках, то мы держим их всех за горло. А что с Моленом?
— Мы разминулись с ним на Земле. Он улетел куда-то на своей яхте.
— Теперь это тоже не имеет значения. Хантер даже своим ближайшим помощникам вживил «жучки»-убийцы. Очень предусмотрительно. Ха-ха-ха! Теперь нам нечего опасаться какой-либо угрозы с их стороны. Молодец, детка! Ты справилась с этим делом великолепно и заслуживаешь щедрого вознаграждения.
Вайнберг раскрыл кейс, который он принес с собой, и отсчитал несколько пачек новеньких банкнот, упакованных в прозрачный пластик.
— Здесь пятьдесят миллионов, Джейн, как договаривались.
Он раскрыл «ликвидатор» и подключил коммутационный кабель к гиперпередатчику яхты. Несколько минут Вайнберг колдовал на клавиатуре, наконец закончив, воскликнул:
— Джейн, детка, иди посмотри, как легко и просто эти болваны отдадут концы!..
Она подошла и заглянула через его плечо на экран, на котором, пульсируя, горела надпись «Тотальное уничтожение». Вайнберг нажал на сенсор исполнения команды, раздался писк зуммера, и по экрану поползли колонки с именами бывших членов крыла «Гамма», напротив которых горели и гасли зеленые огоньки, оповещая о том, что иглы с ядом, прятавшиеся во вживленных капсулах, словно рой чудовищных ос, сделали свое дело. Джейн охватила ненависть и непередаваемое отвращение к этому патологическому убийце. Она до боли стиснула кулаки, едва сдерживая себя. Криво усмехнувшись, Вайнберг повернулся к девушке и, указывая пальцем на экран, сказал:
— Вот и твой клиент — Хэнк Молен. Бедняга умер, даже не осознав, что произошло. Мне жаль, что ему не довелось перед смертью пообщаться с тобой, детка. Это как-то скрасило бы его конец. Ха-ха-ха! Ну что ж, не судьба… Ладно, пора возвращаться, — продолжил он, стирая с лица злорадную усмешку. — Отдохнем на базе. Там и поговорим о новом деле.
— О каком деле, Арджи?
— Не торопись, детка. Всему свое время. Ступай пока в свою каюту, отдыхай. Я поведу яхту. Другую отведет Брэбхэм.
— Принять снотворное?
— Умница! Все понимаешь. Чем меньше знаешь — тем дольше живешь.
Джейн вышла из рубки и направилась в каюту, закрыв за собой дверь. Вайнберг усмехнулся ей вслед и дал команду на расстыковку.
Глава 15. ШОУ «ВЕРТУАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ»
1Тим вскочил с постели, словно вспугнутая спящая птица с ветки, и кубарем покатился по полу, запнувшись в густых сумерках о стул, стоящий рядом. Скривившись от боли в ушибленном колене и прикусив губу, чтобы не расплакаться, он протер глаза, всматриваясь в полумрак комнаты. Позволить себе слезы Тим не мог, ведь он был уже не маленький. Позавчера ему стукнуло восемь. Мама, ставя перед ним праздничную миску каши с целой зажаренной рыбиной, сказала ему: «Ешь, Тимми, теперь ты у меня за мужчину. Подрастешь, будет кому о нас позаботиться». Он был переполнен гордостью от маминых слов и, видя голодные, просящие глаза младшей сестренки, успевшей проглотить одним махом свою порцию каши, с истинно мужской самоотверженностью поборов в себе голод, протянул ей половину рыбины. Он видел, как мама украдкой вытерла глаза краешком платья, смахивая набежавшую слезу. «Совсем большой стал, Тимми. Вот бы отец порадовался…» — сказал мама, а он спросил: «Мама, а когда же папа вернется с войны?» Мать встала из-за стола и, наскоро собрав грязную посуду, вышла на кухню, пробормотав, скорее в утешение себе, чем отвечая Тиму: «Скоро, скоро, сынок… Вот закончится война, и папа вернется… обязательно». На кухне она долго гремела посудой, и Тиму показалось, что несколько раз он слышал ее сдавленные всхлипы и вздохи. День рождения был грустным. Раньше все было не так. Все было не так, когда дома был отец…
Тим протер глаза, с трудом размыкая веки и борясь со сном, быстро оделся, на ощупь подбирая с пола упавшую со стула одежду) и тихо выскользнул из комнаты в коридор. Из приоткрытой двери кухни тусклой желтой полосой пробивался свет. Мама готовила скудный завтрак, который дети съедали уже без нее, спешащей чуть свет на оружейный завод. Возвращалась же она, когда улицы и дома погружались в деготь ночи. Старшая сестра Келли, досматривающая последний сон в соседней комнате, вела без нее все хозяйство, присматривала за Тимом и Люси, выстаивала очереди за пайком, прибирала в доме, стараясь сохранить остатки уюта, некогда существовавшего в этой скромной квартире огромного серого дома на рабочей окраине столицы.
Тим заглянул на кухню, где мама варила кашу, хотя и намеревался ускользнуть из дома незаметно. Вкусный запах помимо воли маленького мужчины словно магнит притянул его к двери. Мать заметила в приоткрытой двери голодные глаза сына и тихо воскликнула:
— Тимми! Ты что так рано встал? Проголодался? Придется потерпеть, сынок, когда встанут сестренки. Я сейчас ухожу, мне уже пора…
— Мам, я только одну ложечку… Мам, я не буду завтракать. Меня ждут Эл и Джо. Мы собрались в парк за яйцами каракаты. Там столько гнезд… Эл проверял, уже есть яйца, — соврал Тим и, слегка покраснев, налил в стакан воды из крана.
— Хорошо, сынок. Яйца бы нам очень пригодились, а то крупа уже кончается, а до нового пайка целых пять дней. Только будь, пожалуйста, осторожен в городе. Сейчас столько всяких нехороших людей ходят по улицам… Дезертиры, грабители… Смотри не попади в облаву. Ох-х! — тяжело выдохнула она, зачерпывая из кастрюли кашу и протягивая Тиму тарелку. — Что делать? Не осталось почти ничего съестного. Разве бы я тебя отпустила? Тебе бы сейчас в школе учиться, да где там…
Тим быстро проглотил свою порцию и, сняв с вешалки залатанную курточку, вышел на лестничную площадку. Лифт давно уже не работал, отключенный из-за экономии, и ему пришлось сбежать по бесконечным гулким лестницам с высоты пятнадцатого этажа. Распахнув дверь подъезда, он глубоко вдохнул прохладный сырой воздух, густой и тяжелый, как тучи, почти сплошь покрывающие блеклое небо. Во дворе его уже ждали Эл и Джон, зябко поеживаясь у фонарного столба с разбитой лампой. Эл ворчливо сказал: