Тайная история масонства
Таким местом выбирается Тобольск, где губернским комиссаром (губернатором) был старый товарищ Керенского Пигнатти. Сопровождение Царской семьи поручается двум масонам — Вершинину и Макарову. Подготовка к отправке в Тобольск ведется в полной тайне.
Комиссаром Временного правительства по охране Царя был назначен масон В.С. Панкратов, [361] человек с темным прошлым, отсидевший за убийство 15 лет в тюрьме.
В 1917…1918 годах в Москве и Петрограде существовали монархические организации, готовившие спасение Царской семьи. Были подготовлены группы офицеров, которых в конце 1917 года отправили в Тюмень и Тобольск.
Это было самое подходящее время для спасения. Власть большевиков была еще очень слаба. Формально над Царской семьей надзирал комиссар несуществующего Временного правительства Панкратов. Охрана к январю 1918 года расслабилась, жалованье поступало нерегулярно, ухудшилось питание солдат, многие выражали недовольство. В этих условиях небольшой отряд офицеров мог легко, без особого кровопролития освободить Царскую семью. Почему это не удалось осуществить? Только сегодня мы можем ответить на этот вопрос определенно, с документами в руках.
Оказывается, вся организация бегства Царской семьи была под тайным контролем масонских конспираторов, которые делали все возможное, чтобы его предотвратить.
Контроль осуществлялся по двум направлениям.
Во-первых, путем внедрения в окружение ближайшей подруги Царицы Вырубовой масонского агента И.И. Манухина, известного врача, на квартире которого, кстати, в июле 1917 года скрывался Ленин. [362] Манухин был назначен врачом к Вырубовой, которая в то время сидела в Петропавловской крепости. Манухин своим ласковым обхождением вкрался в доверие к Вырубовой. И когда ее освободили (скорее всего, специально), продолжил отношения с ней (это видно из писем Царицы). А через Вырубову шла большая информация о Царской семье. Конечно, она говорила Манухину не все, но ему, по-видимому, было ясно, что готовится спасение Царя.
Во-вторых, контроль осуществлялся через масонов Карла Ярошинского и Бориса Соловьева. [363] К. Ярошинский — крупный банкир, известный Царице своими пожертвованиями на военные госпитали, Б. Соловьев был при нем вроде секретаря, но Царской семье он больше известен как муж дочери Григория Распутина Матрены. В январе 1918 года Б. Соловьев прибыл в Тобольск с крупной суммой денег от К. Ярошинского и был тайно принят Царицей, вселив в нее надежду, что избавление близко. Посетил Соловьев и епископа Гермогена, с которым обсуждал возможности спасения Царской семьи. Однако вместо того, чтобы сделать реальные шаги к спасению, Соловьев, взяв все в свои руки, запрещает офицерским отрядам предпринимать какие-либо действия без его ведома. Офицеры послушно ждут, полагая, что так надо для дела. А тех, кто не подчинился, Соловьев сдает в ЧК. Таким образом он сумел протянуть несколько месяцев, и благоприятное для бегства время было потеряно.
По сути дела, в январе-феврале масон Соловьев сдал Царскую семью в руки большевистских боевиков — профессиональных убийц, но вместе с тем продолжал наблюдать за Царской семьей вплоть до ее отправки в Екатеринбург.
За первые полгода масонского господства над Россией «вольные каменщики» репрессировали тысячи патриотически мыслящих людей, обладавших русским национальным сознанием — государственных и общественных деятелей, чиновников госаппарата, ученых, журналистов, писателей. Не всегда их сажали в тюрьму или крепость, но всегда нагло и беззастенчиво шельмовали. Были беззаконно закрыты все патриотические органы печати и издательства, а их руководители, как правило, арестованы. Во всех органах массовой информации высказывалась только одна, масонская, антирусская позиция. Манипуляция общественным сознанием, создание лживых мифов, формирование общественного мнения на основе распространения лживой и клеветнической информации, которую негде было опровергнуть, дополняли и продолжали систему организованных репрессий против русских патриотов.
Устранив с политической арены с помощью репрессий и шельмования патриотически мыслящих государственных и общественных деятелей, масонские конспираторы лишили Россию способности к организованному сопротивлению и тем самым предопределили приход большевистской тирании. Власть великой страны лежала затоптанной в грязь, откуда ее легко достали хорошо организованные большевистские банды. Лишившись национальных лидеров, страна впала в государственный хаос. Народ должен был выбирать преимущественно из двух сил — белой и красной, — каждая из которых носила антирусский характер и имела своей целью ликвидацию исторической России.
Можно с определенной степенью уверенности говорить о связях масонов с большевиками перед октябрьским переворотом. В конспекте доклада о революции в России, сделанного масоном Бурышкиным на заседании ложи «Астрея», выстраивается вся цепь связи:
«Большевики знали, чего они хотели. Троцкий — Кишкин — Бурышкины — Скворцов. Мы решили поднять восстание». [364]
Республиканское, большей частью космополитическое и антимонархическое белое движение, возглавляемое масонскими лидерами, по своей антинациональной сути мало чем отличалось от интернациональной республики Ленина-Троцкого, тоже тесно сотрудничавших с мировым масонством. В конечном счете речь шла о борьбе за власть двух антирусских сил, победа каждой из которых не сулила русскому народу ничего хорошего. По данным внутренних масонских источников, перед захватом власти большевиками в России действовало 28 лож масонской организации, именовавшей себя Великим Востоком Народов России. Около половины «братьев» уехало заграницу. Как сообщает масон Кандауров, они пытаются войти в сношения с иностранными масонскими ложами (со Швецией в 1919 году, с Англией в 1921 году, а к концу войны «брат» Керенский был допущен к чтению доклада о русских делах в одной из лондонских лож). [365] Кроме лож Великого Востока, действовало несколько тысяч человек, принадлежавших к мартинистам, розенкрейцерам и филалетам (только их числилось около тысячи). [366] Одной из главных причин поражения белого движения было подчинение его руководителей тайной идеологии масонства, направленной на разрушение национально-патриотического движения и противостояние возрождению России на традиционных началах. Созданный в Париже политический центр российского масонства в лице Временного комитета координировал подпольную «работу» масонов, стремясь придать белому движению республиканско-космополитический характер, сделав из него послушное орудие Антанты, а по сути дела масонских кругов Франции и Англии. В 1918…1919 годах в Париже работало созданное российскими масонами «Русское политическое совещание», где были представлены ведущие антирусские силы, от прямых политических бандитов и террористов (Б. Савинков, Чайковский) до более респектабельных политиков кадетского толка, старых заговорщиков против Царя (князь Г.Е. Львов, В.А. Маклаков, Бахметев, Стахович, Ефремов, Аджемов, Вырубов, Набоков, Гулькевич, Маргулиес, Титов, Долгополов) и масонских финансистов (Коновалов, Третьяков). Решения, принятые на совещании, обозначили курс на дальнейшее разрушение исторической России, ликвидацию ее традиционных институтов.
Этот курс проявился еще в так называемом «Союзе защиты Учредительного собрания», руководство которого состояло преимущественно из масонов-эсеров, энэсов и части кадетов. Выдвинутые им методы «защиты» делали бесплодной борьбу с большевистской угрозой. Более того, он только способствовал усилению большевистских узурпаторов власти, ибо всяческим образом препятствовал деятельности русских патриотов-монархистов, которые в то время были единственной силой, способной вывести Россию из тупика.
Николаевский Б.И. Русские масоны и революция. М., 1990. с.85.
Вопросы литературы. 1990. 4. с.202.
Принадлежность к масонству этих двух лиц следует из секретной записки французской службы «Сюрте Женераль», хранящейся в Особом Архиве (см. ОА, ф.1, оп.27, д.12497, д.233…241).
ОА, ф.730, оп.1, д.163, л.З
ОА, ф.730, оп.1, д.173, л.13.
Там же, л.17.