Крупп
Какое положение было у Круппа в неспокойной обстановке массовой истерии, вызванной фюрером?
Крупп фон Болен имел за плечами немалый опыт дипломатической работы и понимал, что после переворота 1918 года к старому режиму возврата не будет; необходимо было начинать сотрудничество с республиканским правительством. В 1921 году Крупп стал членом Прусского государственного совета и таким образом вошел в тесный контакт с берлинскими политиками, узнал президента Эберта, вызвавшего у Круппа глубокую симпатию своей манерой поведения — он держался естественно, уверенно и достойно. Тогда же он познакомился с Вильгельмом II. Сравнение было явно не в пользу Вильгельма. Все это неспокойное время Крупп продолжал работать в берлинском правительстве, стараясь не поддаваться политическим эмоциям, во многом определявшим поведение политиков.
Весной 1924 года после опубликования плана Девеса Крупп писал Брокдорф-Рантцау: "Что касается меня, я сделал все, что мог, чтобы убедить господ-политиков, стоящих у власти, что мы не можем обойтись без мнения, высказанного компетентным специалистом. В первый раз за многие годы я с радостью увидел, что разумные доводы берут верх над необоснованными преувеличениями".
После принятия законов Девеса большинством рейхстага Крупп фон Болен стал председателем Наблюдательного совета Банка немецких ценных бумаг. Как и Карл Дуйсберг, с которым Крупп был дружен, он считался одним из самых влиятельных лидеров немецкой промышленности, а в 1931 году он сменил Дуйсберга на посту председателя Немецкого промышленного союза.
В последние дни существования Веймарской республики на выборах президента Германии весной 1932 года Крупп фон Болен официально заявил о своей поддержке кандидатуры Гинденбурга. После избрания Гитлера канцлером Германии, происшедшего на законных основаниях, Крупп, следуя свой прежней линии, продолжал оставаться лояльным к новому правительству.
Возглавляя крупповский концерн, он, безусловно, не мог не видеть наступившего оживления экономической жизни, уменьшения числа безработных, то есть того, что этому правительству удалось решение задач, на которых споткнулась Веймарская республика. Вспомним, что в июне 1933 года в Эссене насчитывалось 68000 безработных и безработица являлась угрозой общественному порядку.
Какое содержание партия, пришедшая к власти, вкладывала в слова "общественный порядок", Круппу пришлось узнать 1 апреля 1933 года, когда фашистские комиссары грубо ворвались в помещение Немецкого промышленного союза и, ссылаясь на массы, которые якобы были готовы перейти к насильственным действиям, потребовали от руководства, чтобы промышленный союз выступил с официальной поддержкой фашистской идеологии. Желая оттянуть этот момент, Крупп оставался на посту председателя немецкого промышленного союза до конца 1934 года.
Являясь представителем немецкой промышленности Крупп фон Болен исполнял обязанности председателя Попечительского совета при фонде Адольфа Гитлера. Занимаясь перечислением средств в виде специального налога, этот совет избавлял промышленные предприятия от всех других притязаний со стороны правящей партии. О нежелании Круппа ставить себя лично и промышленность в зависимость от партии, свидетельствуют его усилия ввести в состав дирекции Акционерного общества Фридрих Крупп Герделера, обербургомистра Лейпцига, одного из руководителей движения Сопротивления.
Приобретая в 1938 году в Берндорфе (Австрия) большинство акций берндорфского завода металлических изделий "Артур Крупп. Акционерное общество", Крупп тем самым перестал придерживаться своего принципа заниматься только тем, что имеет непосредственное отношение к производству в Эссене. Распад Дунайской монархии и потеря части австрийской территории поставили Берндорф в критическое положение. Пытаясь спастись от разорения, проведя в 1928 и 1931 годах мероприятия по оздоровлению берндорфского завода, уставший и разочарованный Артур Крупп (умерший 21 апреля 1938 года) переезжает из Берндорфа в Вену. Ему не пришлось дожить до передачи его завода в эссенский концерн. В соответствии с его желанием председателем правления берндорфского завода стал 28-летний Клаус фон Болен, младший брат Густава фон Болена.
Густав Крупп фон Болен оставался на посту председателя Наблюдательного совета Акционерного общества Фридрих Крупп, а в 1943 году в возрасте 73 лет сложил с себя полномочия и полностью отошел от дел; последствия военных лет тяжело отразились на его физическом и моральном состоянии. Последние годы он провел в своем поместье Блюнбах, где и скончался 16 января 1950 года после тяжелой болезни.
Последний из Круппов
Закат династии
Акционерное общество "Фридрих Крупп АО" в декабре 1943 года стало самостоятельной фирмой. Густав Крупп определенное время связывал свои надежды на продолжение фамильного дела с Клаусом фон Боленом, самым одаренным из его сыновей. Но судьба оказалась жестокой к этому человеку. Уйдя на фронт летчиком, он погиб на Западном фронте в самом начале войны. 10 января 1940 года его самолет разбился. В конце 1943 года Альфреду фон Болену было 36 лет, когда он стал владельцем крупповского концерна; вместе с именем он взвалил на себя груз, который превосходил его силы (согласно изданному в 1906 году в Германии указу о присвоении имен, родовое имя передавалось только владельцу фирмы).
В юности он без всякого удовольствия изучал металлургию в технических институтах Мюнхена и Аахена; будучи уже дипломированным инженером, он дополнительно окончил практический курс по ведению банковского учета при Дрезденском банке. В 1936 году он стал заместителем директора Акционерного общества Фридрих Крупп, а в 1938 году — членом его директората. Позднее в своем выступлении на Нюрнбергском процессе он скажет, что не чувствовал себя специалистом ни в одной из этих областей.
В течение военных лет (1943 — 1945) его деятельность в качестве предпринимателя строго регламентировалась. Любому наблюдателю было ясно, что Германия вела безнадежную войну с противником, превосходящим ее на суше, на море и в воздухе. Все крупповские заводы не были защищены от бомбовых ударов с воздуха. 11 апреля 1945 года Альфред Крупп был арестован американцами на вилле Хюгель.
О Нюрнбергском крупповском процессе, на котором победители привлекали к ответственности побежденных, сегодня предпочитают не вспоминать. В течение восьми послевоенных лет, с 1945 по 1953, Альфред Крупп был лишен права и возможности оказывать хоть какое-то влияние на свое производство. Приговор Нюрнбергского суда в конце января 1951 года был пересмотрен Верховным американским комиссаром Мак Клоем, и Крупп был освобожден от выполнения наложенных на него санкций. После трудных переговоров, которые велись директорами Круппа, представлявшими его интересы, было заключено Мелемерское соглашение, по которому он снова становился хозяином на своем предприятии, хотя и с определенными ограничениями, касающимися финансовых отчислений. Союзники санкционировали его деятельность в областях капиталовложения, переработки и торговли.
От участия в горной промышленности (добыча ископаемых и металлургия) фирма, которая с 1951 года начала снова работать с прибылью, должна была отказаться. Альфред Крупп упорно сопротивлялся лишению его права работать в горной промышленности; адвокаты стремились помочь ему найти более удачное решение этого вопроса. Находясь в дирекции Акционерного общества, Крупп был ответственным за "продажу военных материалов" и все горное дело.
Из заключения, к которому он был приговорен в Нюрнберге, он вернулся в состоянии сильной апатии. Сначала он ежедневно приходил в Главное управление заводами Круппа, но его уверенность в своих силах была подорвана и в таком моральном состоянии он не мог отвечать требованиям действующего производства. Крупп замкнулся в себе, стал много путешествовать, а руководство фирмой передал главному уполномоченному Бертольду Бейтцу, который 1 ноября 1953 года занял его пост. Еще весной 1953 года он обращался к сотрудникам в духе прадеда, деда и отца: "Все мы, работающие у Круппа, не признаем принципа единовластия главного директора (кстати сказать, доверенное лицо и представитель директората заводов Круппа теперь больше не причислялся к тем, кого называют primus inter pares ("первый среди равных" — лат.). Вскоре после этого он передал все свои права и полномочия в объеме, намного превышающем тот, которым мог пользоваться любой генеральный директор на Рейне или в Руре.