Синдикат «Громовержец»
– Скоро очередной полупериод, – объявил он. – Через три часа вы должны находиться в капсуле.
– Что, уже домой? – спросил Кирилл, соскакивая с кровати.
– Пройдем в стендовый зал. Только что доставлен детектор, который вы возьмете с собой. Вы должны научиться правильно его включать.
Хрящ бросил на Кирилла еще один испепеляющий взгляд, после чего все трое покинули комнату. Робот так и остался плодить и размазывать свои антисептические кучки.
В стендовом зале обоим уже приходилось бывать – здесь проводились инструктажи. В длинном овальном помещении почти не было никаких приборов, зато имелась масса разных кронштейнов, разъемов, проводов и станин, куда любые приборы можно было легко подключить.
В центре зала стоял широкий стол, и сейчас на нем была разложена вся аппаратура и техника, которую ребята должны были взять с собой на Землю. Здесь же, прямо на столе, устроилась Машка.
– Привет! – Она помахала ребятам рукой. – Мы сегодня летим домой.
– Ура, – буркнул Хрящ.
Спартак был деловит и напорист.
– Я обещал, что мы по возможности упростим вашу миссию и сделаем ее максимально безопасной, – сказал он. – Этот детектор в срочном порядке изготовили наши специалисты. Он поможет вам решить проблему с андроидами до того, как вы прикоснетесь к капсуле.
Спартак обошел вокруг стола и зачем-то сдвинул в кучу несколько коробок из темного пластика, затем отодвинул их прочь.
– Раньше с помощью подобного устройства бионетиков можно было деактивировать за одну-две минуты. Сейчас многое изменилось. Сейчас они действуют по полноценной оборонительной программе, для них это равносильно активным боевым действиям. Диапазон их радиообмена меняется каждые четыре секунды.
Кирилл искоса взглянул на приятеля и убедился, что тот кивает с весьма серьезным видом.
– Детектор будет сканировать все диапазоны, пока не вычислит закономерность их чередования. После этого алгоритм будет аннулирован, просто стерт. Бионетики остановятся и перестанут выполнять команды. Но, хочу предупредить, перехват их частоты может занять время. Возможно даже, несколько дней.
– И что нам с ним делать? – спросил Кирилл, кивнув на детектор. – Носить с собой и ручки подкручивать?
– Вам нужно только установить его. Желательно, где-нибудь на высоте. И конечно, чтобы он не попался на глаза посторонним.
– На колокольне, – сказала Машка. – Я уже придумала. На кладбище есть старая церковь, там никого не бывает.
– Решайте сами, – кивнул Спартак. – После нейтрализации бионетиков прибор самоуничтожится. Если все пройдет удачно, то и бионетики тоже самоуничтожатся. Говорю это, чтобы вы не удивлялись и не пытались выяснить, куда они исчезли.
– Больно надо... – тихонько обронил Хрящ.
– Теперь – что касается капсулы, – продолжал Спартак. – Мы практически расшифровали обрывки ее сигналов. Электроника, энергосистема – все к настоящему времени восстановлено на семьдесят два процента. Думаю, капсула почти готова к самоэвакуации.
– Кажется, халява, – шепнул Хрящ. – Все само сделается.
Но Спартак эти надежды тут же развеял.
– Скорее всего при аварии сорвана внешняя антенна, – он взял со стола молочно-белый диск размером с хорошее блюдо. – Вот эта антенна. Устанавливается очень просто, надо лишь уложить ее в гнездо, и она сама отцентрируется. Разумеется, это сделать некому, кроме вас.
Спартак многозначительно посмотрел на ребят, и те, как по команде, закивали.
– Как видите, все довольно просто. Но я еще не сказал главного. По сигналу мы определили приблизительное местонахождение капсулы – с точностью до километра. – В этот момент налился светом экран на стене. – Это топографическая схема, предполагаемый участок обведен окружностью. Есть еще увеличенный снимок...
Ребята приникли к экрану, разглядывая вид с космической орбиты на родной город.
– Окраины, – сказал Кирилл. – Вот огороды, дорога объездная, кладбище. И пруд. А если эта штука в пруду?
– Сомневаюсь, – покачал головой Спартак. – Думаю, бионетики позаботились о ней. Скорее всего капсула хорошо спрятана. Но по приборам вам нетрудно будет ее найти. И желательно заняться этим сразу после посадки.
– Но мы садимся ночью, – напомнила Машка. – И нам потребуется сначала выяснить, что творится в городе.
– Хорошо, дождитесь утра, – пожал плечами Спартак. – Только не забывайте, что здесь сотни людей ждут результата. И среди них Ираида – ребенок, потерявший отца. Что еще? Рациями пользуйтесь поменьше. В остальном советую быть решительнее. При малейшей опасности вас подберет эвакуатор.
– И куда? – спросил Хрящ. – Опять к вам?
– Ну да, – нерешительно кивнул Спартак. – Сначала к нам.
– А потом?
– Мы о вас позаботимся, – сухо ответил офицер и посмотрел на часы. – Сейчас кратко повторим все инструкции и начнем готовиться к отправке.
Уже перед посадкой в капсулу Хрящ отвел Кирилла в сторонку и тихо проговорил:
– А чего ж про зарплату не спросил?
– Да не знаю... – смутился Кирилл. – Как-то случая не было. А ты?
– У меня тоже случая не было. Может, сами догадаются?
– Ага, жди! Дураки мы с тобой набитые – вот мы кто.
* * *Никогда Кириллу не было столь стыдно за приятеля, чем в те минуты, когда капсула-эвакуатор зарывалась в атмосферу. Удовольствие, конечно, ниже среднего, когда тяжелая железная коробка трясется и громыхает как жестянка. Но зачем же так материться при Машке?
Конечно, перед стартом Хрящ держался бодрячком. Его, как и остальных, одели в десантный шлем и панцирь, обвешали всевозможными приспособлениями, и он вышагивал, словно петух, страшно довольный собой. Зато потом показал свое истинное лицо...
Впрочем, когда началось свободное падение, Кирилл и сам готов был заорать от страха. Но Машка молчала – молчал и он.
В километре от земли падение начало замедляться, всех вдавило в кресла. Вернее, это были не кресла, а лежачие углубления в полу. В них удобно умещались все части тела, и казалось, что плывешь, а не лежишь.
Никто не заметил касания с землей, это был самый тихий и плавный этап посадки. Просто в какой-то момент Машка сказала, что можно вылезать, после чего открылся торцевой люк.
Снаружи царила беспокойная ветреная ночь. Капсула опустилась на краю леса. Было слышно, как гудят кроны сосен, свистит ветер и ломаются иногда сухие ветки.
Хрящ на четвереньках выбрался наружу и упал в мокрую траву, отшвырнув шлем.
– Приехали, блин... – простонал он. – Не бывать мне космонавтом.
Кирилл не стал валяться в траве, он торопливо отбежал подальше и спрятался за толстым деревом. После тряски, перегрузок и волнения организм бунтовал.
Когда он вернулся, Машка стояла, прислонившись к шершавому стволу сосны, и смотрела вдаль. Туда, где лениво перемигивались редкие огни города. Почему-то казалось, что здесь прошла вечность, и все постарело – дома, люди.
– В город нельзя, – сказала Машка, хотя все об этом догадывались. – Поставим палатку или будем ночевать в капсуле?
– А как лучше?
– В палатке удобней, но в капсуле безопаснее.
– Честно говоря, меня в сон не особо тянет, – признался Кирилл. – Сейчас не до спанья.
– Это правда, – тихо ответила Машка, прислушиваясь к тревожному шуму леса.
– Я все-таки схожу в город, – объявил вдруг Кирилл. – Ненадолго. Мне надо к своим зайти.
– Кирилл, не ходи, – встревожилась Машка. – Откуда нам знать, что сейчас там творится?
– Вот и узнаю, – сказал Кирилл, снимая жилет. – Не бойся, я потихоньку. Мне обязательно нужно.
– А если поймают?
– Вытащите, – пожал плечами Кирилл.
– Может, мы тебя проводим, – предложила Машка, уже почти соглашаясь.
– Вот втроем нас точно засекут и цапнут. А один я мухой проскочу, никто и не услышит.
– А нам чего тут делать? – подал голос Хрящ. Он уже пришел в себя и теперь пыхтел возле люка, вытаскивая ящик с оружием и оборудованием. – Может, мы пока на колокольню сходим? Поставим прибор, пока никто не видит, а?