Синдикат «Громовержец»
– Ну чего сопли жуешь?! – с напором проговорил Хамыч. – Садись в машину, живенько!
– И... и... – начал выдавливать Пельмень, задыхаясь от ужаса и обиды. И наконец выговорил: – Идите вы, знаете куда?!
– Да ты чего! – изумился Пакля, приподнимаясь.
– И ты тоже иди на хрен! – отчаянно крикнул Пельмень и побежал куда-то, с треском подламывая прибрежные кусты.
– Во дает... – покачал головой Хамыч и усмехнулся, блеснув золотом из-под толстых губ. – Придурок, блин...
Пакля долго смотрел вслед приятелю, но вместо сочувствия испытывал одно лишь раздражение. Пельмень вел себя так, словно плавал среди своих тупых селедок. А между тем его приняли в свою компанию очень крутые и конкретные ребята. И вести себя с ними нужно достойно, а не мекать-бекать и слюни ронять...
После ухода Пельменя повисло какое-то напряжение. Один отщепенец, нарушивший единство компании, можно сказать, подпортил всем отдых. Все замолчали и даже не стали открывать новую бутылку.
– Двигать, двигать... – тихо пропел Шуша.
– Ладно, уговорил, – махнул рукой Хамыч. – Доставай цацки.
Шуша радостно вскочил и пошел к машине. Возле костра легла расстеленная газета, на которой возникли пузырьки, шприцы, какие-то ватки, тряпочки. Пакля с беспокойством, но и с любопытством подполз поближе.
– Готов? – спросил его Хамыч.
– Чего? – испугался Пакля.
– Двигу загнать. А ты чего думал?
– Уколоться, что ли? – недоверчиво переспросил Пакля.
– А чего ты сразу заморгал-то? Страшно?
– Почему сразу страшно? – обиженно пробурчал Пакля.
– Во-от, – поощрительно закивал Хамыч. – Мужчина в жизни должен сделать три вещи: переболеть триппером, отсидеть в тюрьме и – вот это.
– Я уколов не боюсь, если надо – уколюсь, – продекламировал Чингиз, расстегивая манжет рубашки.
– А ты? – спросил Хамыч у Поршня.
– Я потом, – кивнул Поршень, наблюдая за приготовлениями сквозь табачный дым.
– Новеньким – маленькая двига, – тихо приговаривал Шуша, звеня склянками. – Стареньким – большая двига.
– Ну давай, – сказал Хамыч, подходя к Пакле с наполненным шприцем, – открывай калитку.
– Чего, прямо сейчас? – забеспокоился тот.
– А когда? – Хамыч рассмеялся. – Завтра, что ли?
– Кайфуй, пока бесплатно, – посоветовал Чингиз. – Пока мы добрые.
Пакля неуверенно тронул левую руку, нащупал пуговицы. Он не хотел колоться. Ему совсем не надо было этого. Но ему обязательно хотелось приблизиться к этим парням. Встать с ними вровень, а не хныкать и не трястись, как рыхлый Пельмень.
Он оголил руку.
– О, вены чистые, – похвалил Хамыч. – Искать не надо.
«Совсем не больно», – подумал Пакля, наблюдая, как маленькая игла продавила кожу и наполовину ушла под нее.
Он посмотрел на Поршня.
– А ты?
– Я потом, – сказал Поршень, пристально глядя, как глаза Пакли наливаются пустотой.
«Вот и чудненько, – подумал он. – Вот и славненько...»
* * *– Это там, – сказала Машка и кивнула в сторону заброшенной фабрики, поднимающей серые стены над пустырем. – Там сигнал был самый сильный.
– Мы три раза вокруг нее обошли, – добавил Хрящ. – Приборчик пищит, светится, говорит, что здесь эта ампула. То есть капсула.
– А внутрь не заглянули? – полюбопытствовал Кирилл.
– Так темно же было!
– Внутрь сегодня заглянем, – сказала Машка. – Прямо сейчас.
– А смысл? У нас с собой ни антенны, ни приборов, ни оружия.
– В этом и смысл, – пояснила Машка. – Сейчас мы – никто, просто прохожие. А с оружием – враги. Сейчас мы только посмотрим, определимся, где может быть спрятана капсула. Узнаем, охраняется ли она.
– Ну да, – кивнул Кирилл. – Определимся, посмотрим – и сразу вставим эту чертову антенну. Делов-то...
– Кирилл, бионетики еще активны! А ты хочешь сунуться с оружием на охраняемый ими объект. Между прочим, при нападении на капсулу они могут уничтожать врага без специальных директив!
– Нормально... – хмыкнул Кирилл, невольно пряча руки в карманах. – Ничего себе «безопасное задание».
– Оно будет безопасным, если мы не наделаем глупостей, – категорично возразила Машка.
– Ладно, пошли прогуляемся, – пожал плечами Кирилл. – Я так спросил...
Через несколько минут Хрящ уже бродил вдоль стен фабрики, разглядывая надписи и рисунки.
– Есть фломастер? – спросил он. – Я тоже чего-нибудь напишу.
Машка тем временем задумчиво ходила взад-вперед, разглядывая пол.
– Капсула здесь, – раздался ее голос. – Она в подвале.
– Почему ты так уверена? – спросил Кирилл.
– А где еще? Это самое лучшее место, – она для убедительности даже притопнула каблучком по бетонным плитам.
– Место, конечно, подходящее, но... Как ее могли пропихнуть сюда?
– Пока не знаю. Можешь обойти все этажи и, я уверена, убедишься, что там капсулы нет. Она в подвале.
– Смотри, – Кирилл кивнул на лестничный блок. – Ход вниз идет.
– Не вздумай! – предупредила Машка. – Сейчас ты туда не полезешь.
– Да почему?! Просто спущусь, гляну одним глазком...
– Нет, – упорствовала Машка. – Глянешь, когда детектор отключит бионетиков.
– Не могу я так, – пробурчал Кирилл. – Ходим же совсем рядом, а посмотреть нельзя. Ой, гляди!
Машка подошла и вслед за Кириллом опустилась на корточки. Возле лестницы, ведущей в подвал, ясно обозначились следы кроссовок. Причем свежие следы.
– Пакля, – сказал Кирилл. – Больше некому.
– Почему? – возразил Хрящ. – Может, какие-нибудь пьяные уроды бродили. А вот еще следы. Тут не меньше, чем двое, были.
– И оба ушли отсюда, – добавила Машка. – Следы ведут наружу.
– Пакля, – снова сказал Кирилл. – И, может, еще Пельмень – они ж с ним кореша.
– Бионетики – Паклаков – капсула, – Машка попыталась выстроить логический ряд. – Очень может быть, что это правда. Если Паклаков знает о капсуле, то... – она растерянно пожала плечами.
– То это ничего не меняет, – закончил Кирилл. – Послушай, Машка. Если Пакля сегодня отсюда ушел, то его балбесы ушли вместе с ним. Значит, там никого нет. Значит, я могу спуститься и быстренько посмотреть. Мне не страшно, честное слово.
– Я не знаю... – продолжала сомневаться Машка.
– Чего тут знать?! Вот лестница, в конце – дверь. Открою, посмотрю и сразу назад. Пять секунд!
– Надо было все с собой брать, – высказался Хрящ. – И оружие, и все железки. Тогда бы ты не боялась.
– Ладно, надоело болтать, – рассердился Кирилл. – Я пошел.
Он бодро спустился по лестнице и налег на дверь.
– Заперто, – разочарованно сказал он.
– Само собой, – вздохнула Машка. – Значит, вернемся сюда с инструментами. Подожди-ка...
Она тоже спустилась, приникла к двери и вставила в щель какой-то прутик, подобранный на полу.
– Вернемся – узнаем, открывалась ли эта дверь, – пояснила она.
– Тихо! – зашипел вдруг Хрящ. – Вылезайте скорей!
Кирилл в несколько секунд выскочил наверх, потащив за собой Машку.
– Что? – тихо спросил он.
– Голоса какие-то наверху, – прошептал Хрящ. – Шастает кто-то...
– Уходим, – моментально приняла решение Машка.
Они тут же направились к ближайшему выходу, представлявшему из себя обширный пролом в стене. Но не успели пройти и пяти шагов, как их окликнули.
– Так-так-так... – раздался насмешливый, знакомый до отвращения голос Дрына. – Кто это тут гуляет?
Дрына сопровождала компания из нескольких мазутников. Все находились в приподнятом возбужденном настроении, словно шайка разбойников, захватившая по случаю караван с золотом.
– Ну и чего вы тут забыли? – спросил Дрын, выкатывая вперед лошадиные зубы.
– А тебя сильно волнует? – враждебно проговорил Кирилл.
– А чего ты тянешь-то? – выскочил вперед маленький агрессивный Бивень. – Чего ты хочешь-то?
– Вас не спросили, где нам ходить, – процедил Кирилл, машинально прикрывая собой Машку. Она сзади подергала его за руку:
– Кирилл, пойдем отсюда.