Мент
– Вроде какой-то Петрович. – Голос Дорофеева звучал неуверенно. – А может, и нет. Пока тебя не было, я добил бутылку. Потом появился Бабкин. Совсем никакой. Позвали тебя. Ты молчишь. Мало ли что, думаю. Зашел в комнату. Вижу, спишь, а рядом телефон, и трубка валяется. Решил не будить, а телефон поставил на тумбочку. Потом слегка прибрал в кухне, и мы ушли. – Вдруг лицо Дорофеева осунулось, а на щеках выступили пятна. – Неужели я не захлопнул дверь?
– Захлопнул, – уже более спокойно произнес Андрей и попросил:
– Вань, мне нужно сделать конфиденциальный звонок. Ты не мог бы поговорить с твоей бабулькой где-нибудь в другом месте?
– О чем речь, командир? Да я с ней уже закончил!.. А звонить кому собираешься?
– Я же сказал, конфиденциальный. Дорофеев обиженно пожал плечами и, бурча себе под нос, без церемоний выдворил из кабинета свидетельницу, а сам пошел ее проводить.
Номер автомастерской Андрей помнил наизусть. Быстро набрал его и принялся считать длинные гудки.
– Алло?
– Привет, Петрович, – поздоровался Андрей и собрался задать собеседнику парочку наводящих вопросов, чтобы не выглядеть полным идиотом, но Петрович перехватил инициативу.
– А, привет, Фараон, – послышалось в трубке. – Только не надо меня благодарить, не надо!.. А как тебе скакун? На таком не стыдно ездить лучшему оперативнику столицы, а?
«Сумасшествие продолжается…» – подумал Андрей и невнятно промычал, что, мол, машина великолепная, но слишком уж крутая…
– А ты что думал! – невозмутимо ответил Петрович. – Что я тебе, туфту подсуну? Как бы не так. Когда ты вчера заикнулся насчет машины, я сразу просек, что тебе надо.
– Я заикнулся? – изумился Андрей, вспоминая, что последний раз он видел Петровича примерно неделю назад. Да, они разговаривали о машине. Не об этом прекрасном джипе, а о «жигуленке», в котором нашла свою смерть Ника. Петрович тем временем продолжал:
– А этот красавец мне почти даром достался. Всего за штуку. Один нувориш в аварию попал, тачка всмятку. Он был уверен, что восстановить не удастся, взял да и загнал мне эту кучу металлолома. Я над ней провозился шесть месяцев. Зато теперь есть на что посмотреть. Пользуйся, пока на новую не соберешь. Документы вроде бы в порядке?
– Я не смогу компенсировать…
– О чем ты говоришь! – обиделся Петрович. – Да если бы не ты, я бы по сей день отстегивал «крыше» бешеные проценты. Это не ты, а я твой должник.
Нельзя сказать, что подобные речи очень обрадовали Андрея, тем не менее кое-что в его сознании прояснялось.
Поблагодарив Петровича, Андрей опустил трубку и облегченно вздохнул.
Кажется, все встало на свои места. Теперь он знает, происхождение быстроходного красавца. Немного беспокоили лишь провалы в памяти, коих раньше не наблюдалось, Андрей решил, что это издержки профессии. И чтобы от них избавиться, надо воздержаться от спиртного хотя бы неделю.
В кабинет заглянул Дорофеев:
– Уже можно?
– Входи.
– Слышь, командир, может, по паре бокалов пива организуем?..
В этот момент Андрей вдруг вспомнил, что сегодня собирался заглянуть к секретарше Вероники, белокурой Наташе, и поподробнее расспросить ее об акциях.
– Извини, мне надо бежать, – заторопился он, направляясь к выходу.
– Так пять минут туда, пять сюда… – начал было Дорофеев.
– Уже опаздываю, – перебил его Андрей и быстро зашагал к дежурке.
– Звони, если что. Не пропадай, – бросил ему вслед Дорофеев и, пожав плечами, повернул в свой кабинет.
Глава 7
ПОЕДИНОК
Свершилось! Наконец-то Андрей сел за руль джипа и, как ни странно, сразу почувствовал себя его хозяином. А ведь еще вчера даже мечтать было страшно о такой тачке.
«Кажется, я начинаю понимать, почему настроение и уверенность женщины в себе так зависят от ее одежды», – с иронией в собственный адрес подумал Андрей, почувствовав, как вдруг изменилось его мироощущение, стоило ему оказаться за рулем «Ниссана».
Прежде, когда шел дождь или мокрый снег, Андрей вынужден был сбрасывать скорость, теперь же в этом не было необходимости. Машина шла легко, стрелка дрожала у отметки семьдесят, и это не было пределом.
«Пожалуй, на трассе у бандитов никаких шансов», – не без гордости за себя подумал он, подъезжая к зданию, в котором располагалась фирма «Сандора».
У парадного притормозил, но потом вновь нажал на газ, решив, оставить машину в более укромном месте. Свернув за угол, проехал метров сто и лишь после этого остановился. Вышел, включил сигнализацию и, посвистывая, направился к зданию.
Андрей помедлил перед массивной дубовой дверью, рядом с которой узрел литую металлическую табличку с объемными серебряными буквами.
– Мос-гидро-строй-монтаж, – по слогам прочитал он, силясь уловить скрытый в этом магическом слове смысл. Сообразив, что теряет время, с силой рванул дверь на себя. Просторный вестибюль выглядел более чем скромно: старые деревянные кресла, пальмы с обглоданными и увядшими листьями, кабинка проходной, как две капли воды похожая на ораторскую кафедру, и восседающий тут же классический пенсионер-вахтер с нахмуренными густыми бровями.
"Для полноты ощущения не хватает бюста Ленина и плаката «Болтун – находка для шпиона», – подумал Андрей, взяв курс на единственного в этом гулком просторе человека.
– Мне нужна фирма «Сандора», – сообщил он вахтеру…
Окинув посетителя уничижительным взглядом, тот недовольно протянул:
– Не припомню такой.
– Раскрой журнал и посмотри, – рассердился Андрей. – Или я должен обойти все здание?
– Ладно, не ори, – огрызнулся старик и, достав из-под стола конторскую книгу с замасленной обложкой, неторопливо принялся ее листать.
– Поживее, дед!
Тот и усом не повел. И тогда терпению Андрея пришел конец. Выхватив из кармана удостоверение, он развернул его под самым носом у вахтера и пригрозил:
– За саботаж я ведь могу и арестовать! Старик долго сличал фотографию с оригиналом, а потом, как и следовало ожидать, сразу все вспомнил.
– Мне послышалось «Аморе», – извинился он. – А «Сандору» знаю. На втором этаже, левый отсек. Двести десятая, одиннадцатая и двенадцатая комнаты…
Несмотря на полумрак – горела лишь одна лампочка, да и то в дальнем конце коридора, Андрей без труда отыскал нужную ему фирму. В приемной никого не оказалось, а дверь с табличкой «Генеральный директор» была приоткрыта. Заглянув, Андрей увидел Наташу. Она была одна, сидя на диване, комкала в руках носовой платок и смотрела в потолок отсутствующим взглядом. Чтобы не испугать девушку, Андрей постучал костяшками пальцев о косяк и негромко поздоровался.
Вздрогнув, Наташа повернулась к нему. В глазах у нее стояли слезы.
– Извини, может, я не вовремя? – на всякий случай спросил он.
В ответ Наташа натянуто улыбнулась и встала, одернув юбку.
– Андрей Корнилов, кажется?
– Совершенно верно. Пришел, как было обещано. Не выгоните?
– Нет.
– А кофе напоите?
– Кофе?.. Да, сейчас. Проходите, пожалуйста, садитесь. – Голос Наташи едва заметно дрожал.
Андрей удивился, хотя не подал виду. Ему показалось, что ему, мягко говоря, здесь не рады. Однако послать незваного гостя подальше у Наташи не хватило духу.
– Я всю ночь не спала, – призналась она, включая кофеварку. – Думала о Веронике Анатольевне. И немножко о себе.
– И поэтому слезы?
– Нет, не поэтому. – Наташа порывисто вздохнула и едва слышно призналась:
– Мне страшно…
– Ну а тебе-то чего бояться?
– Ведь ее убили – А я была у нее секретаршей…
«Наверняка ей что-то известно», – подумал Андрей и, посмотрев девушке в глаза, спросил:
– Тебе угрожали?
– Кажется, кофе уже готов, – вдруг засуетилась Наташа и, выключив кофеварку, принялась разливать кофе по чашкам. – Вероника Анатольевна жить не могла без кофе. Весь день кофеварка не остывала… – Внезапно ее рука дрогнула и горячий, ароматный кофе пролился на стол. – Ну, растяпа… – прошептала она, без сил опустилась на стул и, закрыв лицо, зарыдала.