Возвращаясь к тебе (СИ)
Я заметил одну вещь. В те моменты, когда она напускала на себя вид злобной стервы, в ее глазах появлялось что-то, что задевало какие-то струны моей души. Хотя я и сомневался, что она у меня есть.
В ее взгляде был вызов, дерзость вперемешку с усмешкой. Но где-то на дне этих глаз растекалась боль, которую она тщательно старалась спрятать за этой маской. Сумасшедшая смесь. К которой до зуда в руках хотелось прикоснуться. А ее наглый рот хотелось заткнуть, сминая в кровь, причиняя боль. И это выводило меня из себя. Рядом с этой девочкой вся моя выдержка трещала по швам. Я даже не мог вспомнить, когда последний раз такое было. Да и было ли вообще.
Потому и прогнал, опасаясь, что сорвусь и причиню ей боль. За те слова, что посмела сказать, за ту дерзость, которой была буквально переполнена. Маленькая сучка! И сейчас я стоял истуканом посреди кабинета и пытался успокоиться. Как она сказала, жалкий кусок дерьма? Я засмеялся. Искренне. В голос. Будь на ее месте мужчина, тот давно бы был размазан по стенке.
Черт, она же на самом деле права. Я и есть похотливый ублюдок, у которого встает на эту девчонку, стоит лишь оказаться с ней рядом. Дьявол!
Я смачно выругался и прошел к столу. Сел в кресло, откинувшись назад и закурил. Сейчас я уже был спокоен. И теперь меня переполняло желание иного рода. Я хотел разобраться и понять, какого хрена Надежда так ведет себя. Ее нынешний облик никак не вязался с той краснеющий и проливающей на себя сок малышкой. Интуиция подсказывала, что ответ зарыт глубоко в прошлом, в тех событиях трехлетней давности. Бл*ть! Вспомнив ублюдка, злость на него поднялась с новой волной. Я бы с удовольствием повторил все то, что сделал с ним перед смертью.
Сидел и курил, вспоминая его испуганные, распахнутые в ужасе глаза. Как тут пришла здравая мысль. Куда пошла Надя? Твою ж мать… Туда, куда ты ее послал!
Затушил сигарету и вскочил с кресла. На ходу схватив телефон и ключи, я направился к машине. Дорога одна, она не могла уйти далеко. Еще и пса своего прихватила. Я поймал себя на мысли, что улыбаюсь. Даже, если она не захочет со мной говорить, деваться ей некуда. Впереди лес и ей придется сесть в мою машину. Пусть даже и затаскивать ее туда придется силой.
Завел мотор и собирался уже выезжать из гаража, как зазвонил мобильный. Посмотрел на экран. Хоккеист.
- Да, - ответил ему.
- Шеф, тут по дороге какая-то девка с твоим псом идет.
Вот черт! Но это меняет дело. Заглушил машину и бросил в трубку.
- Остановись и подвези ее, куда скажет, - добавил стали в голосе, предупреждая, - только без фокусов, понял? Отвечаешь за нее головой.
- Да, понял, понял, - ответил парень, и я нажал на отбой.
Что ж… Так даже лучше. Пусть малышка успокоится, а сегодня рядом со мной ей это явно не светит. Что с ней делать дальше, я пока не знал. Но, определенно, теперь я не отпущу ее, пока не узнаю все, что с ней стало.
С такими мыслями я и направился обратно в дом. Мне нужно снять напряжение. И я знал, кто мне в этом поможет.
***
Поставил стакан с недопитым виски на стол и вышел из кабинета. Зашел в спальню, развязывая галстук на ходу.
- Сними это.
Мои слова были адресованы женщине, которая лежала на моей постели. Тридцатилетняя брюнетка, с аппетитной фигурой. На ней был одет какой-то полупрозрачный халатик, скорее открывающий, чем скрывающий все прелести его обладательницы. Повернулся к ней спиной, закатывая рукава рубашки.
Ольга. Точнее Графиня Ольга, как она сама себя предпочитает называть, утверждая на каждом шагу, что имеет богатую родословную, уходящую корнями во времена Петра 1. Или Ивана Грозного? Мне всегда было глубоко плевать на ее заскоки. Она устраивала меня в постели, не более. А ее устраивали мои деньги и покровительство. Я позвонил ей час назад, и потребовалось 30 минут, чтобы она приехала. Она всегда приезжает. В любое время. Лишь бы было удобно мне. Эгоистично? Не спорю.
Повернулся к ней лицом и заскользил взглядом по обнаженному телу. Оно было на самом деле идеальным, благодаря всем косметологам и прочим вымогателям денег из таких вот кукол. Шикарная грудь, после нашей первой встречи 2 года назад она явно увеличилась в размере. Идеальная загорелая кожа, выдающая с головой часы, проведенные под тропическим солнцем. Ольга наполовину лежала, облокотившись на спинку кровати и слегка раздвинув ноги. Мельком посмотрел в этом направлении и перевел взгляд на ее лицо. Она смотрела на меня влюбленными глазами, теребя пальцем прядь волос. Приподнял бровь в вопросе, женщина грациозно поднялась и подошла ко мне. Я смотрел в ее глаза, отмечая их необычный цвет. Я знал, что это линзы. Вдохнул приторно-сладкий аромат, шлейфом распространившийся за ней. Черт, до чего же резкий запах. Ольга стала поглаживать мою грудь сквозь рубашку, намереваясь расстегнуть. А я тут же вспомнил прикосновение других рук. Более тонких и миниатюрных. И это вызвало злость.
Резко перехватил ее ладонь и оттолкнул.
- Довольно.
Этого слова было достаточно, чтобы она все поняла. Ольга медленно опустилась на колени и стала расстегивать мою ширинку. Достала возбужденный член и тут же приложилась к нему губами. Я расслабился и закрыл глаза. Губы графини вытворяли то, за что получают свои деньги самые обычные шлюхи. Я намотал на руку ее волосы и стал направлять движения так, как нужно мне. И в этот момент на периферии зрения возник совсем иной образ. Стройные ноги в обтягивающих шортах, эти наглые синие глаза, бросающие вызов… Чеееерт! Лишь только услышав громкие всхлипы женщины, находящейся подо мной, я понял, что причиняю ей боль. Резко оттолкнул ее от себя, и она упала на спину, неуклюже раздвинув ноги. Я продолжал стоять над ней, ожидая, когда она поднимется. Ольга с непревзойденной элегантностью поднялась с пола, будто не она только что лежала на нем, так позорно раздвинув ноги. Но тем она мне и нравилась. В любой ситуации она сохраняла лицо. Встала передо мной, томно улыбаясь, ожидая дальнейшего приказа.
- К стене.
Да, в спальне мы общались с ней именно так. В спальне могу говорить только я. Точнее, отдавать короткие приказы. Женщина беспрекословно послушалась и подошла к стене. Положила руки перед собой и приняла нужную позу. С этого ракурса мне отлично были видны каждые изгибы ее тела. Она стояла, не поворачиваясь лицом, наклонившись и прогнув спину. А у меня перед глазами маячила маленькая сучка, которая точно в такой же позе несколько дней назад была прижата к моему телу. Подошел к женщине и отвел черные, как смоль, волосы со спины. Медленно провел ладонью по позвоночнику, погладил углубление на пояснице. Положил обе руки на ее бедра, и женщина, как по команде, сама приблизилась ко мне теснее. Я положил одну руку ей на спину, заставляя прогнуться еще сильнее, и резко вошел в нее до упора. Стал двигаться, сначала медленно, растягивая удовольствие, затем все больше ускоряясь, чтобы приблизить желаемую разрядку. Чувствовал, что грань близка, но не мог до нее добраться. Я стал вколачиваться в нее еще жестче, понимая, что причиняю боль. Меня это не смущало, сучка и сама была доведена до предела. Прикрыл глаза, и снова передо мной возник образ Надежды. Сейчас мне казалось, что это она стонет подо мной и насаживается на меня все сильнее. Толчок… еще и еще… прижался к женскому телу, тяжело дыша.
Спустя ровно минуту я вышел из нее и направился к кровати. Мне не полегчало ни на йоту. Думал, секс принесет желанную разрядку. Ни хрена. Стоило лишь подумать о Надежде, как я снова был возбужден. Бл*ть!
Встал и направился в ванную, зная, что Ольга пойдет в другую. Включил холодный душ. Я стоял под струями воды и снова смеялся. Дьявол! Видимо, эта процедура станет постоянным атрибутом после встреч с Надеждой. Черт, надо позвонить Хоккеисту. Вышел из ванной и сразу набрал его номер.
- Отвез?
- Ты про Красную шапочку? - раздался его веселый голос, а я насторожился. Что, бл*ть, он несет?
- Про девушку с псом, - процедил сквозь зубы.