Возвращаясь к тебе (СИ)
- Нет, Надя. Сейчас ты выслушаешь меня, и то, что ты услышишь, шокирует тебя.
Она снова положила голову мне на грудь и слабо кивнула. Ну что ж...
- Пожалуй, начну с того, что ты знаешь обо мне ничтожно мало, девочка. И то, что сейчас узнаешь, тебе не понравится, оттолкнет. Но я хочу, чтобы ты знала все.
Надежда замерла в моих руках и, казалось, даже не дышала.
- Помнишь, ты спросила меня, чем я занимаюсь? - дождался ее слабого кивка и продолжил, - в тот раз я тебе не ответил. Отвечаю сейчас. Моя жизнь тесно связано с криминалом, маленькая. В самой его прогрессирующей стадии.
Я ухмыльнулся сам себе и продолжил.
- Я не утверждаю, что до того, как соприкоснулся с этим миром, я был святой. Совсем нет. И сейчас ты это поймешь. Ты, наверное, спрашиваешь себя, убивал ли я. Да, Надя. И не раз, и не два.
Ее дрожь прошла волной по моему телу. Надя отодвинулась, и в этот раз я не стал ей мешать. Она отсела в сторону, и смотрела на меня широко распахнутыми глазами, в которых я прочитал шок, неверие и... черт, боль?! Я с силой стиснул челюсть, но продолжил все также спокойным голосом.
- Свое первое убийство я совершил в двадцать лет. И оно было тщательно продуманным. Не в состоянии аффекта.
Она не перебивала меня, лишь было видно, как сжала кулачки.
- Ты спрашивала про шрамы. Когда мне было восемь, один из хахалей моей матери убил ее. Забил до смерти.
Надежда ахнула и приложила дрожащую ладонь к губам. Ее глаза распахнулись еще шире, хотя, казалось бы, дальше уже некуда.
- Моя мать была шлюхой и наркоманкой. Прекрасные гены, не правда ли? - я ухмыльнулся, но ответа так и не получил, - а ведь тогда я еще любил ее. До безумия. До какого-то обожествления, представляешь?
Надя взяла меня за руку и слегка сжала. В ее глазах стояли слезы. И черт, как бы я ни хотел остановиться сейчас и не вываливать на нее свой ушат грязи, но это нужно довести до конца. Я тепло улыбнулся ей, сказав глазами, что благодарен. Аккуратно освободился от ее руки и встал. Взял со столика сигареты и подкурил.
- Ты бросила курить, маленькая?
Она непонимающе посмотрела на меня и лишь моргнула. Вижу, что нет. Улыбнулся краешком губ и продолжил.
- В тот день я пытался даже ее защитить. Но опоздал и получил этот подарок от ее убийцы, - потер ладонью грудь, - на память. И спустя двенадцать лет я нашел его, Надя. Нашел и убил. Не испытывая при этом ни капли сожаления. Теперь ты понимаешь, КТО я?
Надя закрыла глаза и обхватила себя руками. До одури хотелось кинуться к ней, обнять, прижать к себе... Но я не сдвинулся с места, лишь глубоко затянулся.
- Несколько лет назад по неким... обстоятельствам я вынужден был влиться в криминальный мир. Причем полностью погрузиться, Надежда. Встать во главе этой системы. Впустить ее в свою жизнь и приспособиться. Понимаешь, о чем я?
Девушка распахнула глаза, и в них было столько боли, что я чуть ли не согнулся пополам. Она закусила губу, кивнула еле заметно и тихо произнесла.
- Я понимаю, Антон, - в ее глазах стояли слезы, но она держалась.
Моя сильная девочка. Она даже не представляет, насколько она сильна. Мой маленький боец. Черт, это глупо, но в данный момент я чувствовал гордость за нее. На грани восхищения.
Если до этого мне было трудно говорить, открывая тайны своей жизни, то сейчас, зная, что я намереваюсь ей сказать, все слова вылетели из головы нахрен! Я собирался рассказать ей про Виктора. Все. Вплоть до того, КТО он. Она имеет право знать. Бл*ть, только она и имеет это право, мать вашу! Но, дьявол, как же это сложно. Слова не шли. В горле встал противный комок, мешающий говорить. Меня едва не трясло от осознания того, во что я сейчас погружу свою девочку.
Взъерошил волосы. Неосознанная привычка. Никогда раньше не замечал этого жеста. Но почему-то именно сейчас все воспринималась так остро и ярко. С какой-то особой резкостью отмечал каждое движение и жест. Мне казалось, что мы находимся в грёбаном вакууме. Я до скрежета в зубах ощущал то напряжение, что натянулось невидимыми нитями между нами.
Облокотился на комод, привалившись к нему бедром, и продолжил. Как ни странно, даже голос был спокоен и собран, как обычно.
- Я хочу рассказать тебе кое-что. Ты должна знать, что теперь тебе не нужно бояться того, что ОН, - я намеренно выделил это слово и с болью отметил, как она вздрогнула, - вернется. Этого не будет.
Я видел, как Надя с силой сжала свои кулачки. И, черт возьми, я был уверен, что она снова причиняет себе боль. Впивается ногтями в нежную кожу. Бл*ть, это было выше моих сил! Мне хотелось рухнуть перед ней на колени и целовать красные отметины, которые, я знал, скоро появятся. Извиняясь за то, что сейчас ей предстоит узнать и через что пройти. Она молчала, и я, сделав глубокий вздох, продолжил.
- Я нашел его, Надя. Нашел того ублюдка. Ты знаешь, я ведь пообещал себе это, как только нашел тебя тогда... - голос едва заметно дрогнул и я нервно сглотнул, - я выяснил все про него. Каждый его шаг, маленькая.
- Я не хочу знать... - перебила она, зажмурилась и мотнула головой, - не хочу!
Черт, я знаю, малышка... Но через это нужно пройти.
- Нет, Надя, - сказал я, уже мягче, - выслушай меня.
Она замерла и отвернулась в сторону. Смотрела каким-то невидящим взглядом в угол.
- В том, что случилось, нет твоей вины. И не было, поняла меня? Ты стала жертвой психопата, девочка. Морального урода. И тебе пора отпустить тот кошмар. Забыть, не вспоминать.
Она молчала, и от того было даже легче. Не знаю, выдержал бы я, если она заговорила в этот момент.
- Но не ты одна, Надя. Ты знала, что твой брат не общался со своей женой год, пока ты была в Англии?
Девушка дернулась и резко повернулась в мою сторону.
- При чем тут Милена?
Я снова закурил. Казалось, прошла грёбаная вечность, прежде чем я ответил.
- При том, что тем ублюдком был ее муж.
- Я не понимаю...
Бл*ть, до чего же слабый и потерянный голос. Но я даже коснуться ее не смел. Так и стоял у грёбаного комода.
- Тебя похитили, чтобы повлиять на твоего брата. И организатором оказался на тот момент еще муж Милены. Но ты не должна ее винить, - сразу сказал то, что важно, - она до сих пор ничего не знает. Никто не знает, Надя.
Она дрожала всем телом, в глазах плескалась такая боль, что хотелось выть! Но я упорно продолжал добивать ее своими словами.
- В тот день, когда с тобой произошло это... он жестоко избил ее. Она еще одна его жертва, понимаешь? Не враг, Надежда. Не вини ее.
После этих слов Надежда закрыла лицо руками. Ее плечи вздрагивали, и я знал, что она плачет. Машинально дернулся в ее сторону, но затем резко остановился и вернулся в обратное положение. Еще не все...
- Его я тоже убил, - продолжил тихим голосом, и Надя замерла, даже плечи перестали дрожать. Так и сидела, закрыв лицо руками, - хладнокровно и беспощадно, девочка. И если бы у меня была возможность все повторить, я сделал бы это. И, бл*ть, получил бы удовлетворение от этого! Снова.
Я замолчал. Не знал, что еще можно сказать. Сейчас еще больше осознал, насколько неуместен в жизни этой девочки. Тьма и свет. Лед и пламя. Как же патетично, мать вашу!
Надя убрала руки от лица и смотрела на меня. Молча. Смотрела каким-то иным взглядом. Будто видела перед собой совершенно иного человека. И в этих глазах было что-то, что заставляло меня нервничать. Бл*ть, до чего же непривычно! Каким-то грёбаным шестым чувством я уже понимал, что вижу в ее глазах. Понимал, но мозг отказывался принять. Категорически!
- Теперь ты понимаешь, какой я конченый ублюдок? - мой голос был хриплым, но эмоции в данный момент были готовы разорвать меня. Я, тот, кто всегда избегал их и мог контролировать, обрубал на корню малейшие чувства, сейчас был ими просто переполнен, - я не создан для тебя, маленькая. Стоит только представить, что ты коснешься всей этой грязи...
Надя встала и подошла ко мне. Стояла настолько близко, что я отчетливо слышал ее аромат. Черт, даже пальцы покалывали от желания прикоснуться к ней. Но я все также не смел этого сделать. Просто стоял и смотрел на нее, убрав руки в карманы. Я ждал. Ждал ее слов, хотел понять, верно ли то, что я прочел в ее глазах.