Возвращаясь к тебе (СИ)
- Дай мне пистолет, и я сделаю это за тебя.
В его взгляде появилось неприкрытое презрение, которое мне до ломоты в костяшках пальцев хотелось стереть с его лица.
- Неужели ты думаешь, что достоин её? Или считаешь, что если спас её, то ты гребаный герой и теперь тебе все можно?!
Я почувствовал, как во мне просыпается бешеная ярость от этого бреда. Метнулся к нему за спину и в следующий миг зафиксировал локтем шею в удушающем захвате. Зарецкий пытался вырваться, но это было бесполезно. И он это прекрасно знал. Надавил рукой, перекрывая кислород, слыша, как у него перехватило дыхание.
- Никогда. Слышишь, никогда не смей так говорить, - прорычал ему прямо в ухо и лишь тогда отпустил.
Отошел в сторону, а Зарецкий схватился за шею, судорожно дыша. И в этот момент я отчетливо понял - он не простит. Этот разговор всегда будет стоять между нами. Вся наша многолетняя дружба с шумом летела в трубу. Это было видно по его глазам.
- Блять, Зарецкий! Этот разговор все равно должен был состояться. Рано или поздно, - попытался снова воззвать к его разуму, - Надежда для меня не «одна из»! Ты думаешь, я не боролся сам с собой???
Запустил руку в волосы и нервно взъерошил, обращаясь к нему.
- Думаешь, я не пытался побороть в себе это? Но это чувство сильнее меня, мать твою! - я снова повысил тон, практически крича, сделал шумный выдох, стараясь успокоиться. Черт!
Посмотрел ему прямо в глаза. Он молчал, лишь желваки заходили на скулах. И тогда я тихо добавил то, в чем признался сам себе совсем недавно.
- Она ВСЁ для меня, Костя... Не знаю, любовь ли это, в эту хрень никогда не верил. Но что-то близкое. Когда осознал, меня что лавиной снесло, веришь нет... Я ради нее на все готов пойти. Знай это.
Он все так же молчал, отвернулся в сторону, не смотря на меня. Но я не прекращал, решив идти до конца.
- Я с ней ожил, понимаешь? А без нее словно труп. Ты, как никто, понять должен.
Зарецкий несколько раз сжал и разжал кулаки. Его губы были плотно сжаты, взглянул на меня уже спокойным взглядом.
- Не приближайся к Наде. Считай, ты предупрежден. Последствия тебе не понравятся.
Развернулся и покинул квартиру. А я сел прямо на пол и подкурил сигарету. Чувствовал себя выжатым, как после хорошей тренировки. Резко схватил мобильный и набрал знакомый номер. У меня есть пара минут.
- Антон??? - ответила Надя с первого же гудка.
Ее голос дрожал, и я закрыл глаза, представив, как она сидит в машине, покусывая нижнюю губу от волнения. Откинул голову назад, прижавшись к стене.
- Как ты, маленькая?
- Боже, нормально, - ответила нетерпеливо и тут же завалила вопросами, - а ты? Как Костя? Он не покалечил тебя?
Я засмеялся.
- Нет, все в порядке. И с ним тоже все в порядке, - успокоил ее, и отчетливо услышал, как она облегченно выдохнула, - главное, не впадай в крайности, Надежда. Поняла меня?
Она молчала, и мне до одури хотелось оказаться рядом с ней. Я уже решил, что она не ответит, когда услышал ее еле различимый шепот, от которого в горле встал ком.
- Мне страшно, Антон. Я таким его никогда не видела... Но... ой, он идёт. Я уже скучаю.
- Не бойся, маленькая.
На этом связь оборвалась. Я так и сидел на полу, привалившись к стене и держа мобильный в руке. Больше всего на свете мне хотелось оказаться рядом со своей девочкой. Но я понимал, что она тоже должна пройти через это. Это неизбежно, и мне остается лишь ждать. Я не собирался отказываться от Надежды. Только сейчас сообразил, как легко сорвались признания с губ. А ведь я и правда одержим ею...
Встал и направился в ванную. Увидев себя в зеркало, выругался сквозь смех. Ублюдок знал, куда бить. Я же сам его этому и учил когда-то. На щеке проступал свежий синяк, губа разбита. Быстро принял душ и направился на кухню. Останусь здесь, ехать уже куда-либо не было желания. Приложил к лицу лед и налил виски.
Сидел на диване, вяло щелкая по каналам и потягивая напиток. Разбитую губу обожгло при первом же глотке, но я даже не обратил внимания. Сейчас я уже был полностью спокоен и держал все эмоции под контролем. Знал, что даже Зарецкий не в силах меня остановить. Мне так и хотелось позвонить своей малышке, но я не стал, зная, что разговор с братом будет долгим.
Из раздумий меня вывел телефонный звонок. Причем по той самой линии, которую знал лишь Владимир. Бл*ть, что на этот раз!
- Да, - ответил в трубку.
- Ты вернулся? - помощник даже не поздоровался, что говорило о том, что дело дрянь.
- Да, говори, что у тебя?
- Тачка, Антон, - тихо ответил он, - мы вышли на нее.
Он замолчал, и я весь подобрался.
- Ну?!
- Короче, левые там, - продолжил Владимир, - пока все перелопатили... И вышли на Волка, Антон. Сомнений нет.
- Жди меня через 20 минут.
Нажал на отбой. И в следующую секунду запустил телефон в стену. Просчитался... Как же я, бл*ть, просчитался!
Глава 23
НАДЯ
Таким взбешенным Костю я не видела еще никогда. Он в жизни не был так груб со мной. Захлопнул дверь перед самым носом. Немного пришла в себя, и на глаза выступили злые слезы. Я уже взрослый, самостоятельный человек. Он не имеет права так поступать или командовать мной, черт возьми!
Припала ухом к двери, меня начало потряхивать. Черт бы побрал эти евро-двери, ничего не слышно. Сделала несколько глубоких вдохов и медленных выдохов. Сжала свои трясущиеся руки в кулаки и решила раз и навсегда прояснить ситуацию. Но для этого мне нужно поговорить с Костей. Я готова идти до конца. Но Боже, как же это страшно.
Сидела в машине и чувствовала, что еще чуть-чуть и у меня начнется истерика. Открыла бардачок и нашла там сигареты. Помирать, так с музыкой, блин! Сделала затяжку и выпустила дым в окно. Перед глазами проносились тысячи картинок, а я просто не могла их остановить или как-то на них повлиять. До боли закусила губу. Мое сердце разрывалось на части от того, что двое самых любимых моих мужчин сейчас спорят. Из-за меня... Я убеждала себя, что дело обойдется без кулаков. Но кого я обманываю? Время тянулось мучительно долго, каждый нерв в моем теле был натянут, казалось, тронь, и все выйдет наружу грандиозной истерикой. Я ненавидела это. Это чувство беспомощности, когда ты не можешь повлиять на результат. Это угнетает.
Когда позвонил Антон, меня затопила волна облегчения. Все в порядке, относительном. Но мне еще предстояло поговорить с братом... Это будет самый сложный разговор для нас обоих. Я поморщилась от боли в руке. В том месте, где он схватил меня, скорее всего, останутся синяки.
В лобовое стекло смотрела, как к машине приближается Костя. Все в нем кричало о том, что он взбешен. Ко мне снова подкралась паника. Нервно сцепила руки на коленях, чтобы унять дрожь. Сейчас я боялась Константина, впервые за всю свою жизнь. Знала, что он меня не ударит. Нет, не ударов я вовсе боялась... А того, что увижу разочарование в его глазах. Это растопчет меня.
Рывком брат открыл дверь и захлопнул с такой силой, что я вздрогнула. Я сидела и молчала, не знала что сказать, да и не нужно этого было. Костя сам, первый должен заговорить со мной. В салоне было слышно только его тяжелое дыхание, краем глаза видела, как он сжал руль, так, что костяшки пальцев побелели. Зло схватил с панели сигареты и, чиркнув зажигалкой, рванул с места. Он нарушал все правила движения, а я в свою очередь боялась просто посмотреть на спидометр, схватилась в ремень безопасности до боли в руках.
Через двадцать минут мы выехали на какую-то стройку. Костя так резко затормозил, что меня отбросило сначала вперед, а потом назад. Посмотрела в окно и поняла, что это его стройка, видимо, сегодня выходной. Брат вышел из машины и уселся прямо на капот. Я же сидела и собиралась с мыслями. Помоги мне, Боже, пройти через это.
Вышла следом за Костей и стала напротив него. Он смотрел куда-то в сторону. А у меня душа разрывалась от боли. Я безмолвно умоляла его посмотреть на меня, мне надо знать, что все хорошо. Сглотнула ком в горле, но так и осталась стоять на месте и ждать. Он достал сигареты и закурил. Без слов предложил мне. Я стояла в шоке, думала, что он не знает об этой моей привычке. Стараясь скрыть нервозность, взяла пачку из его рук и тоже подкурила. Дым обжог горло. Первая затяжка всегда самая противная, но и самая приятная... вот такой вот парадокс.