Суер
- Послушайте, кэп, - сказал Пахомыч, - эдак он нам все мачты переломает. Прикажите отставить!
- Отставить! - приказал Суер, и в этот момент то, что боцман отслонил недавно от стенки, как-то крякнуло, покачнулось и медленно стало падать.
- Поберегись! - закричал Чугайло, и тут же все, что раньше высовывалось, снова повыскакивало отовсюду, а что болталось, вылетело из-за угла, да еще на какой-то палке, и снова стало болтаться, приплясывая.
Боцман не знал, куда кидаться. Он и падающее подхватывал, и топтал каблуком.
- Жалко боцмана, сэр, - крякнул Пахомыч. - Какой-никакой, а все-таки боцман. Разрешите все оставить по-старому.
- Это - мудрое решение, - согласился Суер. - Боцман, вы свободны.
"Лавр Георгиевич" спокойно продолжил свое плаванье, но вокруг нас, к сожалению, всегда что-то болталось, высовывалось и прислонялось к стенке.
Глава L. Ведра и альбомы (Остров Гербарий)
Очередной остров, к которому мы подошли с пушечым салютом, остался поначалу нем.
Он не ответил на наш салют и тихо безмолвствовал, лежа, как тюлень, в скользких волнах океана. Потом из березовой рощи выглянула какая-то бордовая харя, заросшая, как морж, тугими водорослями, крикнула: "Гербарий!" - и исчезла.
- Разнообразие, - сказал Суер, - вот чем поражает Великий Океан!
- Ну взять хоть бы этого гербария, - подхватил Кацман. - Ну как же это многообразно! Давайте бороздить океан и находить новое!
- Борозджение - дело серьезное, - сказал старпом, - но наше бессмысленно. Мы ничего не ищем.
- Эх, Старпомыч, - рассмеялся капитан, - зато многое находим! Подумаешь, ерунда: кто ищет, тот всегда найдет. Он знает, что ищет, и находит это. Для меня эта пословица устарела. Я - ничего не ищу, я только нахожу!
- Извините, кэп, - сказал старпом, - но сейчас-то что мы нашли? Этот гербарий? Да это чушь!
- И мы ее нашли? - спросил капитан.
- Нашли.
- Вот и чудесно! Мы можем проплыть мимо этого острова и оставить чушь за бортом, а можем и задуматься. Как-никак, а гербарий - это альбом засушенных растений.
- Лично мне нравятся засушенные рыбы в стиле вяленой воблы, - сказал Кацман.
- Интересно, нет ли на этом острове чего-нибудь подобного. Давайте маленько притормозим. Узнаем, что здесь, собственно, засушивают.
- Эй, на острове! - крикнул Пахомыч, изрядно притормозив ручным кабельстаном.
- Чего изволите? - высунулся все тот же бордовый лик.
- Ну как вы тут? Засушиваете, что ли?
- Не всегда, - послышалось в ответ, - только если уж очень мокрые.
- А потом чего делаете?
- В ведра складываем.
- В какие еще ведра?
- В эмалированные. С крышкой.
- А не в альбомы?
- В какие альбомы?
- Вот хрен морской, - плюнул Пахомыч. - Ты ведь сам орал: "Гербарий! Гербарий!" Какого же черта гербарий в ведра? А? В альбомы надо!
- Да? - удивился борджовый. - А у нас все больше в ведра.
- Ну вот, кэп, - вздохнул старпом, вытирая плот собла *. - Изволите видеть... добороздились... гербарий хренов...
- Да ну, - сказал Кацман, - у вас, старпом, нет подхода к людям, разговариваете пес знает как! Вопроса не можете толком поставить! Давайте-ка я поставлю!
- Тпу! - плюнул старпом. - Ставьте, ядрена вошь!
- Эй, милый друг! - крикнул Кацман. - Во-первых, здравствуйте, а во-вторых, вы засушиваете растения, не так ли?
- Так-так, - согласно закивал Бордж, немного удивившись. - А как вы догадались?
- Мы просто знаем, что такое гербарий, - с легким раздражением пояснил Кацман. - Итак, засушиваете, а потом что ж? Неужто складываете в ведра?
- Зачем же? - удивился островитянин. - В банки! Это чтоб ведро набрать, сколько ж надо насушить? Мы вначале в банки и потом уж по вкусу добавляем.
- Ха! - засмеялся Кацман. - Ну вот, теперь все ясно. Они засушивают укроп и зверобой, складывают в банки и потом по вкусу добавляют. Вот он, ихний гербарий!
- Так-так! - поддакивал мордж. - Петрушку, пустырник, ромашку.
- Ха! - смеялся лоцман. - А в ведра-то чего кладете? Грибы, что ли, солите?
- Так-так! - поддакивал морбрдж. - Гербы.
- Грибы, - подправил лоцман. - Кэп!
У них - грибарий! Как называются грибы-то ваши? Сыроежки? Свинушки? Опенки?
- Да нет, - отвечал морджовитянин. - Герб
Синегории,
Татароманджурии,
Фанаберии,
Сарайстана,
Демонкратии,
Страстотерпии,
Охреновании.
- И это все в ведра.
- Ну конечно, в ведра удобнее.
- А гербы откуда берете?
- Да они растут тут повсюду, прям под кустами, а больше на пеньках.
- Давайте высадимся, кзп, - предложил Кацман. - Наберем гербов, насолим.
- Да стоит ли? Не будем попусту шлюпку марать. Если б это были хорошие грибы, вроде шампиньонов, с которыми мы встречались, а слишком много гербов нам не надо. Эй, любезный, ты кинь нам сюда на судно пару-тройку гербов.
- Пожалуйста, сколь хошь накидаю, - ответил бордж и накидал нам с берега пару ведер гербов. Все больше Казахстана.
Солить мы их не стали, а просто нанизали на суровые нитки и развесили между мачтами сушить.
Они долго болтались под соленым морским солнцем, хорошо провялились, и мы любили, бывало, выпить портеру и закусить вяленым гербом.