Ангел, нечисть и другие неприятности (СИ)
— Ты его плохо знаешь! — изрекла Мария. — Он может сожрать все, включая твоего купидона и потребовать добавки. А крыльями твоими руки протрет. Так что готовь, я сказала! Если что, я доем!
— Тебе не пора?
Я пыталась красиво разложить в вазу мандарины, но эти сволочи, будто нарочно, то и дело скатывались на стол. А один все время норовил залезть в салат. К слову, в этот день меня вообще посетила какая-то странная нервозность. И по мере приближения прихода Князя эта самая нервозность все усиливалась.
А демоница порхала по квартире, будто это ее личный праздник тут организовывали. Свадьбу, по меньшей мере. Хотя кто их знает, как у демонов свадьбы проходят? В конце концов, как по мне — тазик оливье это уже пытка, достойная демонов. Не любила я этот салат, просто ненавидела. Возможно, потому что его любил Стас. А возможно потому, что у меня была аллергия на морковь и после каждого — каждого! — ужина, когда я делала этот гребаный салат, руки оказывались расчесанными в кровь. Правда, тогда он назывался немного иначе, но сути это не меняло. Замени мясо на докторскую колбасу — а морковка все равно ни у кого не отвалится. В смысле, не исчезнет из рецепта.
— Так, а что ты наденешь?! — вдруг раздалось из-под елки.
Я даже подпрыгнула от неожиданности. Когда Маша успела залезть под елку?! И, главное, зачем?!
На вопрос зачем ответила гирлянда, вдруг радостно вспыхнувшая. Засияла красная звезда на верхушке: пожалуй, единственная моя гордость. Советского производства, привносившая дух того времени. Мне он нравился и нравились праздники, которые я видела, когда была ангелом. Очень душевные и добрые. Даже улыбнулась против воли.
— Платье, — это я ответила на вопрос демоницы о наряде.
— Какое платье? — Машка выбралась из елки и бодро почесала к выключателю — любоваться на гирлянду.
И, кажется, осталась удовлетворена результатом, потому что свет включать не стала, а завалилась на диван, с чувством выполненного долга ухватив-таки колбасу.
— Синее, гофрированный шелк, или как он там называется, — пробурчала я.
Стол был готов. Елка — тоже. Квартира сверкала чистотой, платье висело в спальне, отутюженное и нарядное, волосы — высыхали после душа. Даже самой слабо верилось, что все эти приготовления — для того, чтобы удовлетворить собственное любопытство и узнать имя Князя.
Больше всего пугал не сам ужин, а то, что будет после. Князь-то много чего сказал, но вот сдержит ли слово — большой вопрос.
— Ты собиралась праздновать с Денисом, — напомнила я Маше.
— Ага, — зевнула та. — Но мы-то в клубе будем праздновать. А не как вы, перед телевизором. Амебы. Даже у Бусинки праздник!
Я фыркнула, вспомнив приготовление к этому самому празднику…
Я сверилась со списком и толкнула тележку к стойке с шоколадом, выбирая тот, что повкуснее. Вдруг из-за угла показалось какое-то шипение. Подозрительно знакомое шипение, надо сказать.
— Ник?! — Я узнала знакомую шерстку.
Пришлось подавить желание расхохотаться: на купидоне были смешные черные очки. Эдакий меховой шарик в очках… эх, все-таки начала ржать, как конь. Хорошо хоть никого не было поблизости: в магазин я выбралась ночью, когда мои крылья не могли никого смутить. А что? Я же деньги в кассе оставлю, и чек пробью и даты подгоню так, чтобы никто и не понял, что я здесь была.
— Тише, — прошипел купидон. — Я под прикрытием.
— Изображаешь потерянную меховую шапку?
Вместо ответа, купидон сгрузил мне в тележку штук десять банок с земляничным джемом и два огромных пакета клубничного мармелада в шоколаде. Огляделся и был таков.
Так что знала я, где Бусинка празднует новый год. А еще адская гончая, мать ее. Мне что потом с выводком… э-э-э… сопидонов делать?!
— Слушай, а дети купидона и собаки как будут называться: сопидоны или кубаки?
Мария как-то странно на меня посмотрела.
— Может, тебе валерьянки выпить? — осторожно предложила демоница.
Ответа не дождалась, посмотрела на часы и взвизгнула.
— Скоро выходить! Быстро, Верка, давай, я тебе с платьем помогу!
Надеть это платье самостоятельно было сложно из-за крыльев и неудобной молнии на спине. Так что Князь его точно не снимет.
— А волосы? — спросила Маша, когда я вертелась перед зеркалом.
— Так будут, высохнут и ладно, дома же. Слушай, я не сильно толстая?
Демоница фыркнула и упала с дивана.
— Ты дура! — изрекла она. — Но выглядишь неплохо. Береги бокал: брат слюней напускает — ого-го, пока будет к тебе тянуть свои жабры.
— У него есть жабры?!
— Пока нет, — философски изрекла Маша. — Объявим год рептилий — будут!
Она осмотрелась кругом, покрутила хвостом, чихнула и… исчезла.
— Ни привет, ни пока, — удивилась я.
За окном кто-то нетерпеливый жахнул фейерверком. Следом донеслось многозначительное “***!”. Промахнулись, видать. Часа на два.
Я в последний раз глянула в зеркало. Крылья после душа были немного взъерошенными, и уж их-то я никак не могла уложить. Будем надеяться, Князь будет умиляться не меньше Машкиного. Та сочла мою лохматость весьма милой. После того, как закончила издеваться над ней.
Прозвенел дверной звонок. Странно, я думала, Князь появится как обычно: посреди гостиной, если не посреди салата. Но за дверью оказался совсем не Князь. Я честно попыталась захлопнуть дверь, однако Крапов был не их тех мужчин, которых можно остановить такой мелочью. Уж руки-то я ему ломать не стала. Успеется…
— Я занята!
По своей наивности я решила, будто Крапов хоть немного уважал мое право на личную жизнь. Уважать-то он его уважал, но вот личную жизнь одобрял только с собой любимым. И это при наличии жены! Нет, мужики за последние триста лет эволюционировали не в ту сторону, куда надо было.
— Саш, новый год, — напомнила я. — Иди к жене.
— С женой я договорился.
Только бы не начал приглашать к себе. Новый год в компании охотника и его женушки… ох, лучше снова в ад при помощи экспресс доставки “Съехавший с катушек Стас”.
— Саша, я уже говорила тебе все, что об этом думаю. Если ты не согласен состоять со мной в таких отношениях, как сейчас, если тебе не нужна я, как сотрудница, проблем не будет, я просто уйду. Если же ты надеешься что-то вернуть, у тебя ничего не выйдет.
Крапов чуть от злобы не позеленел. В такие моменты открывалось его истинное лицо.
— С каких это пор ты стала нормальной? — рыкнул он, опасно приближаясь. — Думаешь, получила демона в любовники, стала самой умной?
— Если ты ищешь способ найти мозги, этот — не для тебя, — огрызнулась я.
— Вера, ты не понимаешь, что творишь. Этот демон не для тебя.
— А кто для меня? Ты?
Мне хотелось добавить, что я с легкостью и не определю, кто из них демон. Князь, при наличии кисточки и рогов представлялся мне более человечным, нежели Крапов, который, вроде как, делал доброе дело.
— Ты не сможешь жить нормально, — меж тем хмыкнул охотник и нацелился на праздничную колбасу. — Ты стала ангелом после того, как прожила прилично со Стасом. А еще раньше — со мной. Ты безнадежно больная, моя дорогая. Ты получаешь удовольствие от боли. И только от нее.
— Окей. — Мне захотелось разреветься, но все-таки новый год был, да и эта наглая рожа только счастливо гыкала бы мне в ответ. — Ты, насколько я помню, тоже. Сейчас я тебе устрою затяжной оргазм, скотина безнравственная.
Оставив немного шокированного Крапова, я отправилась на кухню. За сковородкой.
Бабах! Прелестная чугунная блинница издала этот очаровательный звук, встретившись с головой ничего не подозревающего Крапова. А что? Я — ангел, я умею появляться за чьей-то спиной, вооруженная крупногабаритным тупым кухонным оружием.
— Вера, твою мать!
— Мой мать не трогай! — рявкнула я и снова ударила охотника, на этот раз по спине. — Не хочешь по хорошему, получай!
И еще удар. И по коленке — он аж взвыл. А еще я, мстительно хихикая, врезала ему по локтю, удачно прицелившись и попав в нерв.