У тебя всегда нет выбора (СИ)
***
Однажды я очень продуктивно прошлась по одному коридорчику вечером. Шла я с определенной целью, но она разрешила мне удовлетворить собственное любопытство. И не надо мне говорит, что кто-то просто подслушивает, нет! Кайя Ньямо, так же, как и Тетра Градис, всегда удовлетворяет собственное любопытство, чего бы оно не требовало...
- ...Но я же вижу, что ты обижаешься! - донеслось до меня из-за плохо закрытой двери. На удивление знакомый голос уже начинал злиться, - Ты не разговариваешь со мной, постоянно треплешься с этим очкариком... И буду его так называть, если этот ботан с птичьим именем... Не важно! Мария, просто объясни мне, что [вырезано цензурой] происходит?
Мне тоже было очень интересно, что происходит. Наша тепленькая компания, Студсовет то бишь, с большим любопытством наблюдал за тем, как Мария мастерски не обращает внимание на Эрана. Просто профессионально! Такой спектакль заслужил бы оваций, если бы близняшки мне не рассказали шепотом, что кое-кто часто плачет в их комнате без объяснения причин.
- Ровным счетом ничего, - Голос Марии был совсем тих, пришлось вспомнить пару заклинаний буйной молодости.
- Ну нет, так разговор не пойдет. Ты уже полчаса отвечаешь мне односложно, да нет, наверное! Пока не объяснишь, что происходит, отсюда не выйдем.
Я приуныла. Зная упрямство Марии, концовки сего романа я так и не узнаю. Дела-то никуда не делись, вон нетерпеливо машут ручкой из библиотеки.
Эран тоже это понимал (про упрямство, естессно), поэтому, судя по шагам, перешел к активным действиям. Обнял, похоже. И дело сдвинулась с мертвой точки. Мария "поплыла". Девушки почему-то не умеют рыдать молча в чьих-то объятиях. Обязательно нужно что-то лепетать неразборчивое, стучать кулачками по широкой (и не очень) груди, обвинять всех вместе взятых мужиков и собственную самооценку занижать.
- Что ты за мной ходишь... Не нужна я тебе!... Ни в качестве подруги, ни в качестве девушки, на роль постельной шлюхи и то не гожусь!... Что тебе от меня надо?... Я и так делаю все возможное, чтобы близко к тебе не оказываться, а ты меня постоянно дергаешь!.. Ты!... Отпусти меня, немедленно отпусти, ты...
Я покосилась на часы и, печально вздохнув, задумчиво поковыряла дырочку в стене от чьей-то плохо удавшейся шутки. Успокаивать он ее еще долго будет, парочка признаний, и я притворяюсь стенкой, а они мимо меня понесутся в комнатку... Или прямо там... Ну их нафиг! Меня еще дела ждут.
Я деловито фыркнула, развернулась и, громко цокая каблуками на весь коридор (все равно не услышат уже, пошла в сторону женского общежития. У меня закончился запас апельсинов, а у одной знакомой девочки папа - заморский капитан, обещал мне бандерольку этих невероятных фруктов прислать...
***
- ...Может, вы все же снизите требуемый уровень проверки преподавателями? Мне уже приходила не одна жалоба в ваш адрес. Я знал, конечно, что вы подойдете к моей просьбе серьезно, но чтобы настолько... - ректор измерял шагами собственный кабинет. Говорил он как всегда безэмоционально, волнение только его мельтешение перед глазами выдавало. Ишь ты, какой. Ну уж нет, иномирец, хотел проблем - разбирайся. В одиночестве страдать не стану. Вон, Студсовет тоже ноет, но не мне же! Друг дружке, пока не слышу.
- Господин ректор, я искренне радею за уровень знаний наших студентов. Вы ведь знаете, не все года обучение усвоены нашими студентами великолепно, поэтому что-то такое определенно требуется для корректировки ситуации. Вы правы, ваша идея феноменальна! - в глазах огонь, кулачки сжаты, широкая улыбка больной на всю голову заучки. Ты у меня еще попляшешь, господин ректор, - Я не могу позволить себе опростоволоситься в глазах общественности, ведь все делается от вашего имени! И процесс уже запущен, назад сдавать уже нельзя, и...
- Хватит, госпожа Градис, я все понял. Можете идти, - похоже, он уже даже смотреть на меня не может. Смотреть в глаза собственной глупости, ага. Стоит спиной, в окно уставившись. А я же и обидеться могу!.. Ладно, пожалею беднягу, неплохое же он существо, вроде бы.
***
- Ну что, господа, как там идут дела с трассами? - энтузиазм так и бьет поддых, так и бьет. Ничего не могу поделать, мы все страдаем за идею.
- Лес нашли, в двух днях пути на север. Там никто, кроме оленей и мишек, не живет, - буркнул Ринар. Он уже не был недоволен, нет. Парень просто очень устал, под глазами круги, а толпы фанаток неудовлетворенно вздыхают. Выражение "переспать вместе" уже давно потеряло для них основное значение, теперь они просто спят ночами и боевую форму теряют. Бедняжки.
- Отлично. Мишек с оленями выгнать, временный телепорт поставить, лес на дорожки расчертить. Ринар, возьми с собой пяток стихийников посильнее, чтобы все поголовье мишек мне спасли! Маргарет, бегом к ректору с просьбой о телепорте. Их должно быть два: один за пределами нашей опушки общего пользования, другой в центре леса, чтобы прошедшие смогли перенестись к ликующим зрителям. Тава и Моника с командой артефакторов создают что-то такое, чтобы разделить лес на секторы. Границы обязаны быть хорошо видны, смотаться на другой сектор ни в коем случае нельзя. Кстати, донесите до всех курсов артефакторов, что каждый должен сдать по четыре малых амулета телепортации, дальностью до километра. Было бы неплохо, чтобы их всех переносило в определенную точку, которую, кстати, Эран, побыстрее нужно установить. Это для пострадавших и сдающихся. Вроде, все. Ну что, уяснили? Послезавтра сбор, расскажете мне об успехах.
***
И все же, нужно отдать должное нашим преподавателям. Не зря они свою зарплату получают, ох не зря.
Контрольные оказались непростыми. Если бы народ не учил, сдал бы мало кто. А еще профессора косились на меня, косились, и пришли к одному простому выводу: работать чужими руками очень удобно! И попытались посадить Студсовет на проверку работ. Но тут уже я побежала жаловаться ректору: наших в черную используют, где это видано! Ректор задумчиво почесал капюшон и решил, что да, дескать, у нас проблем, дел, прошу прощения, и так хватает. Так что проверять посадили отличников. Профессора же выдали каждому ответы, и бедных студентиков в принудительно-добровольной форме посадили проверять работы. Правда, роптали они не очень громко: за час проверки каждый получал по двадцать серебряных. Очень даже неплохо для умственной деятельности. Только ректор вздыхал на тему дополнительных расходов. Но преподаватели стойко стоял на своем, не желая проверять всю академию. Пришлось идти на уступки.
Шквал контрольных обрушился на нас и по всем практическим предметам в том числе. Что мы только не творили! По-моему, именно сейчас мой курс понял, каково это, быть стихийником. Когда вещество перестает иметь определенную плотность, когда мир с готовностью мнется под пальцами, когда ты начинаешь ощущать благодарность от ожившего цветка, вычищенного озерка. Когда ты перестаешь восхищаться новым породам собственно выведенных животных и начинаешь принимать это за данность. Ощущение, понятное только стихийникам. Стихийникам, работающим по своей специальности десять часов в сутки каждый день. Которые не только творят с удовольствием, но и поглощают чужие мысли, чужие идеи, переваривая все это и делая своим. Хотя, почему это только стихийникам. Любой, работающий в своем деле и получающий от него удовольствие, испытывает примерно тоже самое.
Хорошо было только одно: к третьей практической паре силы заканчивались, и проверка уровня знаний приходилась только на первые две. Было создано специальное расписание зачетов и практик, чтобы студенты не подохли на третьи сутки.
Это я все к чему. Было сложно. Очень сложно и очень энергозатратно. И стало мне казаться, что уровень нагрузок был неоправданно высок. По крайней мере, по отношению ко мне. Вечера я помню смутно, голова разрывалась от усталости, а ведь нужно было и еще что-то на завтра почитать.
Тут-то мне и аукнулись все мои терки с преподавателями. Мои контрольные были на несколько уровней сложнее обычной работы. То, что я представляла себе в виде обычного зачета, стало трехголовыми монстрами с десятком когтистых лап, несущихся на меня со скоростью хорошо разогнавшегося дракона. Я еще ни одну теоретическую работу не дорешала до конца. Только один раз перевалила на задания уровня "хорошо".