Катар
— А что ты с этого ловишь?
— Дог. Один желчный пузырь, прошедший у тебя через экстрактор, это сто грамм сушеного порошка. Согласен?
— Да.
— У тебя его берут за сто кредитов. В итоге это кредит за один грамм. Поджелудочная железа в этом расчете тянет один с половиной кредита, а подовые железы по два кредита за грам. Я перемелю все эти железы и прессом сдавлю их в брикеты по килограмму. Для тебя составляют секрет цены за брикеты в Колониальном Центре?
— Подожди секунду. — Дог явно вел пересчет и через минуту посмотрел на Артема круглыми глазами. — На желчные пузыри — получается, по три с половиной за грамм, половые железы по пять, а поджелудочная — по четыре. Полторы тысячи тонн тушь, это тысяча буйволов и сто килограмм порошка экстракта желчного пузыря, три сотни килограмм поджелудочной железы и сто пятьдесят половых желез. Разница составит один миллион четыреста тысяч железной прибыли при твоем раскладе с одной моей сдачи туш?
— Ну, примерно. — Усмехнулся Артем. — Только шестьсот пятьдесят килограммов мне маловато. Я бы хотел взять за один раз пару тонн. Лететь в Конц, из-за одних экстрактов желчного пузыря, поджелудочной и половых желез буйвола я не хочу.
— Давай вместе? Бери меня в долю?
— Дог. Тебе по большому счету все равно, куда продавать сушеные в экстракторе железы. — Расчет Артема удался, Дог зацепился за идею как клещ. Теперь нужно было обговорить проценты и взвалить на Дога перемол сухих экстрактов. — Пусть сырье твое, пусть даже ты сможешь его перемолоть, но сможешь ли ты его запрессовать в стандартные брикеты и отвезти в Колониальный Центр?
— А как перемолоть? — Задумался Дог.
— Придумаешь что-нибудь. — Отмахнулся Артем. — Можно конечно купить оборудование для переработки экстрактов в брикеты, но такой цех стоит больших денег и его еще надо сюда доставить и установить.
— Да это очень дорого.
— Ну, вот мы и пришли к выводу, что взять тебя я в долю не могу, а если и возьму, то, сколько ты хочешь процентов от прибыли? — Вопрос поставил Дога Марта в тупик и Артем в душе рассмеялся: физиономия у хозяина базы была презабавной. — Я тебе уже даю десять процентов прибыли на экстрактах.
— Я принимаю туши у всех со скидкой в треть. — Практичность у Дога возобладала. — Ты хочешь на своих тушах сто процентов цены.
— Ага. Я ведь этих семнадцать тушь приготовил для тебя, чтобы отдавать по четыре каждую неделю и не париться с расчетами. Это аренда и топливо. — Улыбнулся Артем. — А ты ведь хочешь, что бы я сдавал их тебе. Ты их получишь, но я готовить мясо не буду. Разве вот так, на день слетать и набить для оплаты. А вообще-то десять процентов при моей покупке у тебя желез даст тебе с одной загрузки транспортника сто сорок тысяч прибыли или это не так, Дог? Чтобы поиметь с меня столько тебе надо принять у меня сто сорок туш, а столько готовить я явно не собираюсь.
— Ты изменился. — Почесал затылок Дог. — Давай мне двадцать процентов, и мы договорились.
— Сними с меня плату за проживание, кроме топлива и расходников. Это святое и я буду за это платить. — Предложил Артем. — Я дам тебе двадцать пять процентов в этом деле, но размол желез в порошки это твое и, кроме того, на тебя ляжет объяснение со скупщиками желез из Герата-главного, ведь они тебя явно спросят: — «Дог, а где сухие экстракты желез?»
— Ну, скупщикам можно сказать, что мы не хочем возится с железами и проще готовить туши, выбрасывая потроха. — Отмахнулся Дог. — Многие так и делают. Это я тут ввел порядок, потому что считаю, что надо брать все, но на других базах часто потроха просто бросают. Как мне размолоть экстракты желез в порошок?
— Купи какой-нибудь старый кухонный комбайн. Он мелет мясо, когда готовит пищу. Шестьсот килограмм сухих экстрактов желез он перемелет за сутки по любому. Можно даже рядом не стоять. Загрузить в бункер, куда грузишь продукты, сухие железы. Поставить не готовку пищи, а просто перемол до таких-то размеров и все. Сможешь решить этот вопрос? — Артем улыбнулся и продолжил. — Гораздо труднее спрессовать порошок в брикеты по килограмму и с определенными размерами, а потом увезти эти брикеты в Колониальный Центр, но это уже моя работа.
— В общем договорились. — Дог кивнул Артему, прикидывая свою прибыль. — Я ставлю единственное условие: ты получаешь от меня порошок и тут же со мной рассчитываешься. Что ты потом будешь с ним делать — не мои проблемы. Если тебя отловят с брикетами по дороге в Конц, я не хочу потерять деньги, и это будет не правильно, так как я свою работу по этому договору выполнил. Согласен.
— Конечно, но только ты должен обо всем этом молчать. — Артем пожал руку Догу, и сделка считалась заключённой, так как оба фиксировали разговор на имплантанты…..
Поводом для этого разговора послужила строка из статьи о буйволах в базе «Фауна»: «ценным сырьем для лекарственной индустрии из буйволов считаются поджелудочная железа, половые железы и желчь. В обычных условиях охотник, добывая мясо и шкуру, собирает железы и пропускает их через экстрактор, получая сухой экстракт и сдавая его заготовителю. В дальнейшем экстракт мелется, прессуется в брикеты и передается на заводы корпорации «Неоромик», для дальнейшей более тонкой переработки…..».
Артем несколько раз прочитал фразу о «мелется, прессуется в брикеты и передается…… для дальнейшей тонкой переработки…», потом открыл в базе данных статью о брикетах и убедился, что ни каких тонких технологических процессов с экстрактом не происходит. Разница в цене скупки экстрактов желез и сдачи брикетов объяснялась, тем, что цех по переработке экстрактов в брикеты стоил дорого, так как рассчитан был на большой объём размола и брикетирования, а других не было. Кроме того скупщики тоже наворачивали сколько могли, покупая дешево. Отдельным нюансом было то, что на заводе была очередь, вставить свои железы на переработку охотник не мог, так как надо было ждать очередь, потом платить за переработку, а потом, получив экстракт, везти в Конц и там продать. Можно было продать хозяину цеха, но тогда овчинка не стоила выгоды, так как брали экстракт не дорого. На каждой операции в этой цепочки наворачивалась дополнительная прибыль, которую хотел иметь каждый участник: от скупщика сырья, хозяина цеха и компании по перевозкам. В итоге цена возрастала в Конце в два, три или больше раз.
Изучение характеристик инженерного робота, навел Артема на идею брикетирования экстракта желез. Робот мог строить небольшие полевые укрепления, прессуя под давлением и если было нужно, то и под высокой температурой, блоки из камней и земли. Сведя эти два, казалось бы, несовместимых факта, Артем понял, что сможет прессовать брикеты, так как блоки для строительства укреплений не что иное, как брикет из земли или каменной крошки. Оставалось придумать, как размолоть сухой экстракт, но с этим проблем тоже не было: даже кухонный комбайн в «Птахе» мог размалывать в день до сотни килограмм экстракта.
Обдумав все, Артем пришел к выводу, что можно поручить Доку размол. Демонстрировать, как он будет делать брикеты, ни кому Артем не собирался, а тем более объяснять, что инженерного робота «Гордон-12» можно купить по программе «Демилитаризация» тоже. «Гордон-12» был самым дорогим роботом, и только он из всех предлагаемых по этой программе мог строить небольшие укрепления с помощью блоков. Кроме того, Артем не собирался сообщать Доку, что у него вообще есть роботы. По идее он хотел получать у Дока экстракт в виде порошка, а потом, отправившись на охоту, в спокойном месте переработать порошок в килограммовые «блоки для строительства» с необходимыми размерами.
Эту идею Артем хотел сначала использовать только для себя, брикетируя экстракты. Брикет был компактным и не требовал особых условий хранения. Вернувшись на базу «Регат-16», землянин быстро сообразил, что можно покупать все сухие экстракты желез и делать брикеты. Большое количество сухих экстрактов, покупаемых у Дога, могло послужить источником дополнительной прибыли, причем не малой, но стоял вопрос о безопасности: на «Регате-главном» могли заинтересоваться, куда деваются экстракты, а Дог мог ответить, что их он продает Артему. Отследить через спутник глейдер и поставить на пути следования, в одной из темных зон на карте, засаду не составляло особого труда. Дог же, получая с одной несданной партии около трехсот пятидесяти тысяч кредитов, теперь был связан договором и должен был молчать как рыба….