Невеста с миллионами
В одном очень уединенном месте Йеррес вдруг прямо посреди дороги придержал лошадей, спешился и приказал Ричарду ждать его возвращения. Здесь, недалеко, жил прежде один его знакомый, объяснил он юноше, и у него они могли бы остановиться на несколько дней, пока минует опасность.
— Опаснее всего для нас — останавливаться! — возмутился Ричард. — Нужно попытаться как можно быстрее попасть на Север! Только там мы надолго обретем покой.
— Вам этого не понять! — ответил Йеррес. — Дон Лотарио доверил вас мне, так что извольте следовать за мной.
— Я готов, если бы речь шла о поездке в Толедо. Но теперь у нас с вами общая цель: добраться до армии северян, и как можно быстрее.
— Подождите здесь! — коротко бросил Йеррес. — Не позже чем через час я вернусь!
С этими словами он ускакал прочь.
Ричард поначалу спокойно ждал. У него была слишком неиспорченная душа, и он не мог не признаться самому себе, что оскорбляет Йерреса недоверием, если тот питает в отношении его честные намерения. Но, с другой стороны, он чувствовал, как неистово начинает колотиться у него сердце при мысли, что сейчас только от него самого зависит, скакать ли дальше, чтобы, будь что будет, приблизиться к армии северян. Он был вполне уверен в своих силах, чтобы отважиться ехать в одиночку. Да и что, в конце концов, плохого могло с ним случиться? Пусть его задержат, пусть ему придется удостоверять свою личность и, если он этого не сможет, ждать, пока переписка с мистером Эвереттом не докажет справедливость его слов, — все это не пугало его. Он пребывал в нерешительности по другой причине. Правильно ли он поступит, покинув человека, которому обязан своим освобождением из бэйю? Ведь если бы не приезд Йерреса, удобный момент для побега не подвернулся бы ему так скоро. И Ричард решил остаться. Правда, сделал это с неохотой. Его одолевали какие-то недобрые предчувствия. Он собирался спокойно объяснить возвратившемуся техасцу, что поедет один и не намерен ждать, пока Йерресу придет охота сопровождать его. Так что пусть Йеррес сам решает, ехать с ним или нет.
Прошло уже гораздо больше обещанного часа. Наконец вернулся Йеррес, но не один. С ним был еще один всадник, очень похожий на своего спутника — такой же грубый, неприятный. Его зловещие темные глаза впились в Ричарда.
— Так вот, мистер Ричард, — сказал Йеррес, — мы остаемся здесь! Я отыскал своего приятеля. На несколько дней он приютит нас. Тем временем наши преследователи поищут-поищут нас и, не найдя, поедут другой дорогой, а мы, переждав опасность, спокойно отправимся на Север.
— Нет! — возразил Ричард. — Если вы не хотите присоединиться ко мне, я поеду на Север один.
— Как? Вы в своем уме? — вскричал Йеррес, и его глаза начали наливаться яростью. — Не валяйте дурака! Мы остаемся здесь. А не хотите добром…
— И что тогда? — спросил Ричард. Давно зародившиеся у него подозрения, что Йеррес тоже задумал использовать его в корыстных целях, неожиданно перешли в уверенность.
— Тогда мы заставим вас! — деланно засмеялся техасец. — Да не хватайтесь вы за пистолеты! Это вам не поможет! Мы сильнее!
— А вот увидим! — вскричал Ричард. Он выхватил двуствольный пистолет и направил его на Йерреса. — Я вам не раб! За услугу, что вы оказали мне и моим друзьям, вам заплатят. У меня нет желания торчать здесь целую неделю. Хотите остаться здесь — оставайтесь! А я поеду дальше!
— Нельзя терять времени! — крикнул Йеррес своему спутнику. — Возьми-ка поводья, Уилл!
Незнакомец ухватился за повод лошади Ричарда, однако тот, искусный наездник, поднял лошадь на дыбы и круто развернул. Незнакомец протянул было к нему руку, но он ударил его по руке и пришпорил лошадь. Тут раздался выстрел. Лошадь сделала огромный прыжок — Ричард понял, что она ранена, но тем не менее продолжал понукать ее. Продержись она еще минут десять, и Ричард, возможно, ускользнул бы. В тысячу раз охотнее он отдался бы во власть совершенно незнакомых людей, чем терпеть произвол этого Йерреса. Однако лошадь внезапно рухнула наземь. Ричард перелетел через ее голову и едва удержался на ногах. Тем не менее он тут же схватил ружье и, обернувшись к своим преследователям, крикнул:
— Я буду стрелять! Еще шаг, и я считаю вас врагами!
В ответ Йеррес громко рассмеялся. Беззаботность этого человека приводила в изумление. Ричард прицелился в лошадь техасца — он хотел уравнять шансы — и нажал курок. Раздался щелчок, но выстрела не последовало. Ричард нажал второй курок — тот же результат!
Йеррес, который теперь оказался почти рядом, снова рассмеялся.
— Ну, наконец-то ты заметил, мой мальчик! Я еще в первую ночь разрядил твое ружье!
Крик ярости вырвался у Ричарда. Подлость и предательство этого человека вдруг открылись ему во всей их безмерности. Его душил гнев.
— Лучше я умру, чем покорюсь тебе! — воскликнул он, вытаскивая из-за пояса кинжал. — Убей меня, если сможешь, но свою волю ты мне не навяжешь!
Глаза юноши горели такой энергией, такой решимостью, что Йеррес невольно осадил лошадь. Однако Ричард успел вонзить ей в брюхо кинжал. Он намеревался, как уже было сказано, уравнять шансы. Удар оказался настолько сильным, что из раны струей хлынула кровь, и лошадь взвилась на дыбы. При этом Йеррес потерял стремена.
— Прощай, Тонио! — крикнул ему приятель. — Там какие-то люди. Я не хочу иметь с ними дела!
Он повернул лошадь и поскакал туда, откуда недавно приехал с Йерресом.
Тот в это время был слишком поглощен своей обезумевшей от боли лошадью, чтобы взглянуть на тех, о ком говорил приятель. Ричард же увидел шестерых всадников, которые галопом приближались с юга. Он не сомневался, что это преследователи, но чего ему было опасаться? Скрыться все равно не удастся. Придется смириться с новой напастью.
Тут лошадь техасца рухнула, чуть не придавив седока, едва успевшего соскочить. Неизвестные всадники были уже так близко, что Ричарду не составило труда узнать среди них Вули. Йеррес, увидев незнакомцев уже шагах в пятидесяти от себя, помертвел от страха. Внезапно он выхватил из-за пояса пистолет. Казалось, он намеревался обратить его против самого себя, но потом передумал и, злорадно засмеявшись, сунул оружие на прежнее место.
— Это все ты виноват, собака! — крикнул он Ричарду. — Ну ничего, поплатишься!
— Вот они! — воскликнул Вули, обращаясь к своим спутникам. — Берите обоих!
— Что касается меня, я ничего против вас не имею, — объяснил Ричард незнакомцам, которые, вероятно, были кавалеристами из полка южан, ибо носили мундиры. — Я защищался только от этого человека. Он хотел принудить меня сопровождать его.
— А кто третий, что скрылся, увидев нас? — спросил командир, пока трое из его людей, спешившись, связывали Ричарду и Йерресу руки.
— Дружок вот этого, — кивнул юноша в сторону техасца.
— Попались, негодяи! — негодовал Вули, адресуясь в первую очередь к Йерресу. — Проклятый убийца! Ты свое получишь! Надеюсь, я сделаю это собственными руками!
— Не знаю, о чем ты толкуешь, Вули, — холодно и презрительно ответил техасец. — Я никого не убивал. А что забрал деньги у Гешера — перед этим и вы бы, пожалуй, не устояли.
— Прикончить капитана… перерезать ему, спящему, горло, мерзавец! — разбушевался Вули.
— Это не я, — упорствовал Йеррес. — Это он. У него для такого дела были все основания.
Ричард окаменел. Так вот что за кровь была на руках техасца, когда он, послав Ричарда вперед, догнал его затем на берегу бэйю! Поэтому-то Ричард и должен был ехать первым! Юноше сделалось жутко. Оказывается, он спал бок о бок с убийцей!
— Так это, выходит, ты? — спросил Вули. — Может быть! Ну да ничего — докопаемся до правды!
— Ей-Богу, — возбужденно вскричал Ричард, — я не делал этого! Я впервые слышу об этом убийстве и никогда бы не запятнал этим свою честь, каким бы врагом ни считал капитана!
— Так что же, получается, что я убил Стонтона, я — его друг? — с издевкой спросил Йеррес. — Ну, надуть — пожалуй, это совсем другое дело. Он тоже меня дурачил. Но убивать — ни в коем случае. Этот парень настоящий янки! Хочет вывернуться. Ладно, все выяснится!