ичпи
Клэр попыталась улыбнуться.
- Я благодарна за то, что у нас появилась возможность поговорить.
И впервые она по-настоящему была рада.
Затем миссис Джонсон обратилась к Тони:
- Мистер Роулингс, Бог - такой шутник.
Тони ответил:
- Простите, я не понимаю.
- Мистер Роулингс, если и был человек, которого мой сын идеализировал, помимо своего отца, так это вы.
В глазах Тони отразилась признательность, которую она подарила ему.
- Он получил свой старт на работе своей мечты в одной из ваших компаний. Когда он только начинал там работать, вы нанесли несколько визитов в их офис. Вы, наверно, не помните, но однажды вы разговаривали с Саймоном об одном из его проектов. Потом он говорил об этом месяцами. Он стремился стать таким же, как вы. Теперь вы и Клэр счастливы в браке, а я просто думаю, что у Бога есть чувство юмора.
Она с любовью посмотрела на них обоих, представила их остальным членам семьи и добавила:
- Пожалуйста, сядьте спереди - это многое бы значило для Саймона и многое значит для меня.
Они сели.
На протяжении всей поминальной службы Тони держал Клэр за руку. Позже, когда она попыталась, то не смогла вспомнить всего происходящего. После слов миссис Джонсон и воспоминаний о похоронах родителей все её силы ушли на то, чтобы не сломаться, на борьбу с пульсирующей головой и на то, чтобы не потерять сознание.
Во время обратного полёта домой она размышляла над словами миссис Джонсон о том, что Саймон стремился стать таким же, как Тони. На нее Тони производил впечатление человека, разрушающего жизни своими деловыми решениями. Может быть, для мужа это было чем-то большим. Если Саймон стремился стать таким же, как Тони, может, и было к чему стремиться. Ее голова лежала на его коленях, она посмотрела вверх и узнала его выражение лица: мысли унесли его в миллион разных мест. Клэр посмотрела на сильную линию его челюсти, которая то сжималась, то расслаблялась, на его тёмные глаза, лоб в морщинках и идеально причёсанные волосы. Может быть, он так же и помогает жизням – по крайней мере, миссис Джонсон верила в это. Клэр просто нужно посмотреть на него с другой стороны.
Бабушка Николс говорила: «Иногда невозможно разглядеть леса из-за деревьев».
Может, она подобралась слишком близко. Она узнала его, близко познала его пороки, возможно, издали он был другим человеком. Голоса в её голове спорили. Люди считали Тони добрым, замечательным, щедрым, великодушным бизнесменом. Она же знала, что он мог быть любящим, нежным, чувственным и щедрым. Но при этом знала другую его сторону, которая не подпадала ни под одно из этих описаний. Тони, гладя её белокурые волосы, уставился в пространство отсутствующим взглядом. Она оценила его усилия последних нескольких дней, он старался. Сделав глубокий вдох, Клэр закрыла глаза.
Тони вспомнил выражение её лица во время похорон - такое всепоглощающее горе. Такого рода эмоция видна только тогда, когда теряешь того, кого ты горячо любил. Конечно, она уже потеряла двух таких людей. Он вспомнил церковь, заполненную людьми. И хотя смерть офицера Джордона Николса произошла не при исполнении, он получил все причитающиеся полицейскому почести. Повсюду стояли полицейские в форме. Да и у Ширли Николс было много друзей и студентов, которые понесли тяжёлую утрату. Смешаться с толпой было не проблематично. Сейчас, пока он гладил её шёлковистые волосы, он осознал, что в тот день его план принял другой оборот. Изначально у него были другие задумки, но, наблюдая за ней, сидящей рядом со своей сестрой, он понял, что должен её узнать. На самом деле, если вспомнить, то он еще раньше осознал, ему не хочется, чтобы её узнал кто-то ещё.
Стажировка оказалась лёгким манёвром, чтобы избавиться от Саймона. И сегодня, наблюдая за печалью, исходящей от Клэр и его семьи, Тони отчасти ненавидел то, что произошло. Но в этом не было вины Саймона. От него просто требовалось, чтобы он оставил Клэр в покое. Но нет же, его действия в Чикаго привели к сегодняшним последствиям в Мэдисоне.
Тони посмотрел на неё, спящую у него на коленях. В тот день, много лет назад, она была совсем одна. Сегодня он сделал то, что хотел сделать тогда. Это был именно он, а не Эмили или Джон. Она нуждалась в нём. Для улыбок не было причин, но, зная, что она спит, Тони усмехнулся.
Когда они приземлились в Айове, он нежно разбудил жену. Было ещё только шесть вечера, но небо потемнело, и сыпал снег. Они поспешно перебрались из самолёта в тёплую, ожидавшую их машину. Там Тони задал Клэр вопрос:
- Куда бы ты хотела отправиться на нашу годовщину?
- Куда-нибудь, где солнечно и тепло.
Но слово «одна» так и осталось непроизнесённым вслух.
Глава 45
- Сдаться может каждый – сделать это проще всего.
А вот продолжить даже тогда, когда все вокруг приняли
и простили вам ваше поражение, – в этом кроется настоящая сила.
Автор неизвестен
Ноябрь был переходной точкой между осенью и зимой. Формально зима не начинается до тех пор, пока не пройдёт зимнее солнцестояние. Но с его приближением светлое время суток существенно уменьшается, а темное - увеличивается. Какие-то дни ноября ознаменовались сверкающими голубыми облаками и чистым небом, насыщенным потоком солнечного света. Контраст и изменения в погоде, а также в жизни создавали невероятное напряжение, определявшее существование Клэр. Она нервничала, когда Тони был хорошим, потому что знала, это не может длиться вечно. И беспокоилась, когда он был плохим, потому что знала, насколько плохим он может быть.
За обедом только для девочек Кортни вновь подняла эту тему. Со дня завершения негласного аукциона частота их совместных обеденных свиданий снизилась. Клэр отчаянно скучала по ним. Именно поэтому, после поминальной службы по Сайману, у неё поднялось настроение, когда она получила очередное приглашение, сопровождавшееся согласием Тони на то, чтобы она его приняла. Он сказал:
- Думаю, тебе нужно немного развеяться.
И она не могла с этим не согласиться.
Вместе с Кортни вторую половину дня она провела в Беттендорфе, обедая, бродя по магазинам, прогуливаясь и болтая. Ее подруга знала о Саймоне. Она знала, что во время одного из ораторских мероприятий Тони к Клэр подошел ее старый друг, и что Тони не пришёл от этого в восторг. Она не знала всей истории, но была при этом осведомлена о внезапной смерти Саймона, а также об удивительной поддержке Тони. Кортни смешила Клэр – а это очень ценно, учитывая ее нестабильное психическое здоровье.
Подруга говорила о приближающихся праздниках. Она ждала возвращения своих детей, которые во время праздников поживут дома. Клэр нравились дети Симмонсов, которые на самом деле уже не были детьми. Каждому из них было около двадцати лет – один из них ещё заканчивал школу, а второй начал карьеру менеджера инвестиционного банка в Сент-Луисе. Ни один из них не был женат, но у Калеба имелась постоянная подружка. Кортни она нравилась, и та надеялась, что вскоре Калеб сделает ей предложение. Они с Брентом хотели стать бабушкой и дедушкой. Казалось странным, что Клэр только на два года старше Калеба, а Кортни была её лучшей подругой.
Другой увлекательной темой для Кортни было её предстоящее путешествие. Тони, в конце концов, оценил усердную работу Брента и выдал ему существенный бонус к Рождеству. Он сообщил ему об этом до праздников, чтобы тот мог спланировать приятный сюрприз для Кортни. Брент не хотел нарваться на недовольство жены, так что с самого начала пара совместно организовывала свою поездку. Они собирались на Фиджи - туда же, где Тони и Клэр провели медовый месяц. Не желая пропустить Рождество с детьми, они уедут в первых числах нового года. Кортни засыпала Клэр вопросами. Её возбуждение казалось заразительным. Клэр рассказала Кортни всё, что могла вспомнить. По большому счёту, место отдыха приравнивалось к райскому, и не стоило беспокоиться о том, чтобы брать с собой много одежды, потому как та недолго задерживалась на ней.