ичпи
Повернувшись, она увидела в зеркале свое отражение, которое не на шутку ее напугало. Ее спутанные каштановые волосы обрамляли незнакомое лицо. Синяки вокруг губ соответствовали цвету полотенец, а левый висок казался красным и распухшим. Медленно опустив простыню, наглядное доказательство боли, что она испытала, можно было увидеть все тело в красных и лиловых синяках. От увиденного ее глаза вновь наполнились слезами. С твердой решимостью она ухватилась за ручку другой двери и нашла свою цель.
Возле душа висел белый роскошный банный халат. Включив воду, Клэр решила, что после водных процедур ей станет лучше. Она зашла в просторную душевую кабину, и ее кожи тут же коснулся горячий пар. Пощипывание тысячи иголок пронизывало ее плечи, когда горячая вода стекала по избитым мышцам. Это было двоякое ощущение: удовольствия и боли. Она позволила себе проникнуться им, и спустя какое-то время под все еще высокой температурой воды ее мышцы расслабились. Сладкий цветочный аромат шампуня и мыла заменил запахи прошлой ночи. Ощущение вновь вернувшейся силы заполнило ее решимостью. Она переживет этот кошмар. Как-нибудь.
Вытирая роскошным полотенцем цвета лаванды свое измученное тело, Клэр придумывала план. Она поговорит с Энтони и объяснит, что то, что произошло, было ошибкой. Они могли бы найти способы, чтобы избежать вопросов и обвинений. Мягкий халат согрел ее, окутывая обманным ощущением безопасности.
Теперь девушка в отражении выглядела гораздо лучше. Однако сейчас ее темные волосы спадали неряшливыми мокрыми прядями. Сама того не замечая, Клэр начала открывать ящики и шкафчики. Как и шкаф в спальне, ванная была укомплектована по высшему разряду. Перед собой она увидела дорогущую косметику известных марок. Здесь было все: от средств для ухода за кожей до подводки для глаз. Конечно же, имелось и множество средств для волос. Она носила чей-то халат, спала на чужой кровати и мылась в чьей-то ванной. Пользование не своей расческой станет лишь очередным пунктом в списке вмешательств. Но у Клэр не было особого выбора.
В аптечке она нашла новую зубную щетку. Клэр не могла сопротивляться. Душ, мыло, шампунь, а теперь и зубная щетка - все это помогло ей почувствовать себя менее грязной.
Когда Клэр открыла дверь в спальню, она с изумлением увидела поднос с едой, ожидающий ее на обеденном столе. До этого момента она не обращала внимания на спазмы голода. Бог свидетель, что при мыслях о предыдущей ночи у нее сжался желудок. Но аромат из накрытой тарелки ее заинтересовал. Она подняла крышку и обнаружила дымящийся омлет, тост и нарезанные фрукты. На подносе она также заметила два стакана, в одном был апельсиновый сок, в другом - вода, и графин с кофе.
С полным желудком, расслабленным после душа телом и отсутствием прямого пути на свободу Клэр решила, что хочет еще поспать. Именно тогда она поняла, что кровать была не только заправлена, но и постельное белье на ней заменено. Комната выглядела так, словно ужаса прошлой ночи никогда и не было. Но ее тело говорило об обратном. Откинув одеяла, она забралась между мягких атласных простыней, и, вдыхая свежий аромат чистоты, закрыла глаза. Это был не побег, которого она так хотела, а временное отступление.
Клэр разбудил стук в дверь рядом с гостиной. Во сне она была где-то далеко. Стук и незнакомое окружение на время дезориентировали ее. Как долго она спала? Солнечный свет, хоть и не такой уже яркий, продолжал просачиваться через стыки занавесок. Повторный стук резко вернул ее эмоции и мысли в настоящее время. Все ее существо сжалось от страха, когда она предположила, кто мог находиться по другую сторону двери. Да, она была взрослой девушкой двадцати шести лет. Но все же в данный момент она решила вести себя как пятилетний ребенок, притворившись спящей. Тихо лежа в кровати, она услышала, как открылась дверь.
Осторожно приоткрыв глаза, она наблюдала, как в комнату тихо вошла женщина. С места, где находилась Клэр, было трудно сказать, но женщина, похоже, была на несколько дюймов выше нее, с седеющими волосами. Клэр предположила, что она была практически одного возраста с ее матерью, если бы та была жива. Когда женщина приблизилась, Клэр решила заговорить:
- Простите, что я в вашей комнате.
- Нет, мисс Клэр, это ваша комната, не моя. Я здесь, чтобы помочь вам приготовиться к ужину. Меня зовут Кэтрин.
Клэр в изумлении медленно села. Что она, черт возьми, имела в виду под "приготовиться к ужину"? Ее держали в плену в каком-то роскошном номере, всю в синяках, а эта женщина должна помочь ей приготовиться к ужину.
- Я не хочу показаться неблагодарной. Но что вы имеете в виду, говоря "приготовиться к ужину"?
- Мистер Роулингс будет здесь ровно в семь часов вечера, к ужину. Он ожидает, что вы будете готовы и подобающе одеты. Я предположила, что вам может понадобиться помощь.
Сначала Клэр не смогла уложить у себя в голове весь сценарий. Он хотел, чтобы она оделась к ужину. Какого черта он о себе возомнил?
- Послушайте, если вы хотите мне помочь, то выпустите меня отсюда.
Клэр сделала все возможное, чтобы ее голос не поднялся еще на октаву, хотя страх увидеть Энтони и возможность побега лишь способствовали этому.
- Мисс Клэр, это зависит не от меня. Я здесь на случай, если вам понадобится моя помощь.
Это не имело смысла. Но все же в отчаянности данной ситуации Клэр почему-то поверила этой даме. Кэтрин продолжила:
- У нас есть всего час. Возможно, мы можем начать с волос?
Несмотря на внешний вид Клэр и даже обстоятельства ее присутствия, спокойствие Кэтрин успокоило и Клэр. Она покачала головой и вздохнула. Вспомнив о решимости, возникшей после душа, она заговорила с убедительной властностью:
- Кэтрин, спасибо вам за предложенную помощь, но я не планирую одеваться к ужину. На самом деле, я считаю, что произошла какая-то ошибка. И скоро я уйду отсюда.
Пока Клэр объясняла недоразумение, Кэтрин подошла к шкафу и достала синее коктейльное платье и подходящие к нему туфли.
- О, и я не знаю, кому принадлежат все эти вещи.
- Так они принадлежат вам. А теперь нам действительно пора. И даже если вы не планируете есть, разве вам не нужно одеться?
Клэр заметила, что ее манера речи казалась официальной. Но она не могла определить происхождение. Определенно, у Кэтрин был не акцент Джорджии, который она научилась распознавать и отчаянно пыталась не копировать.
Кэтрин осторожно взяла Клэр за руку и повела в ванную комнату. Та покорно села за туалетный столик, когда Кэтрин начала аккуратно расчесывать ее волосы, решив, что девушка не будет возражать. Вместо этого Клэр лучше сэкономит силы для встречи с Энтони.
- В ящичках перед вами лежит косметика. Возможно, вы могли бы начать накладывать макияж, пока я вас причесываю. - А потом добавила: - Вы очень милая, но после продолжительного сна, думаю, косметика вам не помешает.
Клэр взглянула в зеркало. Увидев свои глаза, висок и губы, она вновь начала плакать. Это были не предыдущие рыдания, а поток слез, тихо стекающих по щекам.
- А это, мисс, не поможет ситуации. Мистер Роулингс ценит пунктуальность. От слез только косметика потечет.
Она начала объяснять Кэтрин свое отчаяние:
- Я не хочу встречаться с ним.
Но после первого предложения замешкалась. Клэр не знала эту женщину. Очевидно, что та работала на Энтони. Как она может довериться ей? Затем Клэр посмотрела на отражение, не свое, а женщины позади нее. Ее глаза были цвета стали, серые и мягкие. Лицо не выражало ни почтения, ни жалости, но почему-то Клэр почувствовала сострадание. Возможно, она выдавала желаемое за действительность, но по какой-то причине слова снова полились из нее:
- После прошлой ночи я чувствую себя такой... грязной. Вы не знаете, что он делал, что заставлял меня делать. Мне слишком неловко.
Ее слова сопровождались слезами, и девушка зашмыгала носом. В голосе Кэтрин слышалось не осуждение Клэр или Энтони, а лишь понимание, будто это было возможно в положении Клэр.