ичпи
Поднявшись с постели, Клэр направилась в душ. Она двигалась медленно, испытывая ту же боль, что и днем раньше, если не считать того, что та лишь усилилась. Клэр не была уверена, хотелось ли ей видеть себя в зеркалах, когда осторожно шагнула в шикарную ванную и неторопливо подошла к туалетному столику. Ее отражение было ужасным. Волосы растрепаны и спутаны, а лицо украшали различные оттенки красного и голубого. Ужаснее всего выглядели губы, которые смотрелись так, будто ей ввели инъекцию ботокса. На этот раз слез не было, вместо этого она просто рассматривала себя.
Бабушка Николс не один раз рассказывала ей, что была необычайно сильной девушкой. По мнению Клэр, бабушка всегда была сильной. Из-за работы в правоохранительных органах дедушка редко бывал дома, и бабушка никогда не жаловалась. Вместо этого она была сердцем семьи - всегда помогала каждому, часто давала такие советы, как: "Не обстоятельства делают человека успешным. А то, как сам человек отзывается на эти обстоятельства". Бабушка считала, что каждую ситуацию можно улучшить правильным отношением. Клэр скинула халат. Глядя на отражение в зеркале, она подумала, что вряд ли бабушка когда-нибудь предвидела подобную ситуацию.
Приняв душ, Клэр снова натянула халат, решив не одеваться в соответствии с тем, что от нее требовал визит Энтони. Если он зайдет, то обнаружит ее в джинсах, футболке и пушистых носках. Кроме того, у нее не будет макияжа и уложенной прически. Может, это и будет небольшой бунт, но у Клэр было не так много вариантов для мятежа, и каждая кость в ее теле убеждала ее бороться. В течение последних двух ночей она пыталась бороться, но это не помогло.
Войдя в огромный шкаф-гардеробную, Клэр осознала, что вчера не оценила по достоинству всего того, что он мог ей предложить. В первую очередь, она стала искать трусики, но вспомнила, что не найдет их ни в одном из ящиков. Девушка переключилась на поиски джинсов. И здесь ей улыбнулась удача. Их было множество, различных оттенков синего с разными моделями брючин. Ношение джинсов не нарушит никаких правил - а если бы это было и так, то их бы здесь не было. На этикетках она прочла названия брендов, которые видела только в таких магазинах, как "Сакс": Хадсон, Джей Бренд и MiH. Она ни разу в жизни не надевала такие джинсы.
Они были мягкими, потрясающе удобными и сидели идеально.
Теперь она хотела найти футболку. Сняв халат, девушка почувствовала холод и решила, что лучше будет надеть свитер. В шкафу нашлось бесчисленное множество модных вариантов. Клэр остановилась на пушистом кашемировом свитере розового цвета от Донны Каран. Прежде, чем надеть его, она поискала бюстгальтер. Очевидно, они тоже были против правил, потому что ее поиски закончились неудачей. Однако она нашла ящик, полностью заполненный различными цветными домашними кофтами, и выбрала розовую.
Копание в ящиках шкафа было похоже на охоту за сокровищами. Продолжая искать пушистые носки, она нашла множество ящиков с кружевным женским бельем. Шелковые черные и красные пеньюары различной длины напомнили ей о модных показах "Викториа'с Сикрет". Наконец, она обнаружила носки. Клэр не могла поверить, что все эти богатые и экстравагантные вещи принадлежали ей. Честно говоря, она их не хотела.
Движимая любопытством, она прочитала этикетки на вечерних платьях: Айдан Мэттокс, Армани, Донна Каран и Эмилио Пуччи. Одни эти платья могли оплатить аренду квартиры в Атланте на шесть месяцев. Клэр подумала о вчерашнем платье. Его этикетка так и останется для нее загадкой, потому как после уборки комнаты оно бесследно исчезло.
Далее она осмотрела обувь: туфли-лодочки, сандалии, ботинки и туфли без шнурков, - все на четырехдюймовых каблуках и выше. Бренды были такими же дорогостоящими, как и у платьев: Прада, Кельвин Кляйн, Диор, Кейт Спейд и Ив Сен-Лоран. Не будучи особым любителем обуви, Клэр обычно носила повседневную: кроксы и кроссовки, редко туфли и никогда с настолько высоким каблуком. И, конечно же, каждая пара была ее размера.
Мыслями она вернулась в школьные годы. Десять лет назад она бы все сделала для того, чтобы иметь такой гардероб, как тот, в котором стоит сейчас. Тогда ее сестра помогала ей выглядеть соответствующе, несмотря на скромный доход родителей. Эмили водила ее в комиссионные магазины, искала распродажи и стойки со скидками. Это помогло. Она стала частью узкого круга лиц, которые носили правильные вещи, обувь и сумки. Когда она медленно повернулась и взяла необходимые вещи, то пожалела о том, что у нее есть этот шкаф и все эти воспоминания.
Тут она услышала звуковой сигнал, и дверь в номер открылась. Ее сердце бешено забилось. Кто здесь? И сколько времени она провела в гардеробной? Выйдя в комнату, она увидела, что тот же самый молодой человек, который вчера приносил ужин, сейчас доставил ланч. В прошлый раз Клэр не подметила эту деталь, но он оказался латиноамериканцем. Она спросила его про еду. Он улыбнулся и сказал:
- Я принес ланч мисс Клэр.
Девушка спросила про Кэтрин, придет ли она, на что тот ответил:
- Я принес ланч мисс Клэр.
Другие вопросы казались бессмысленными. Клэр улыбнулась и поблагодарила его за еду.
При каждом ответе и улыбке молодой человек не смотрел ей в глаза. Клэр подумала о его работе приносить ей еду. Очевидно, что без макияжа он увидел ее синяки. Черт, он открыл запертую дверь, чтобы занести еду. Что он думал о ней, о всей этой ситуации? От мысли о том, что кто-то другой мог увидеть ее страдания, у нее сильно сдавило грудь. Печаль усилилась от понимания того, что она снова оказалась совсем одна.
Вместо того чтобы подойти к столу, Клэр села на диван и обхватила колени руками. Глядя в камин, она подумала о том, что надо бы его зажечь. Время пролетело незаметно. Она даже не помнила, как заснула. Ее поза не изменилась. Невыносимая тишина и уединение объединились, чтобы создать своего рода пространственно-временной континуум. Судя по часам возле кровати, прошло три часа прежде, чем она сдвинулась с дивана. Именно тогда она поняла, что еда осталась на столе нетронутой.
Тонкое свечение из-за занавесок напомнило Клэр о том, что она не выглядывала в окна с тех пор, как проснулась вчера утром. В первую же ночь она проверила все способы побега, и все оказалось накрепко запертым. Но тогда было темно, и она не могла разглядеть даже своего отражения.
Из множества золотистых портьер самая большая закрывала часть стены возле гостиной. Клэр направилась к ней, ища что-нибудь, за что можно потянуть, чтобы сдвинуть портьеру и раскрыть тайну того, что скрывалось за ней. После нескольких минут поисков Клэр нашла выключатель. Она подняла рычаг. Портьеры раздвинулись, и показались высокие застекленные створчатые двери, ведущие на балкон.
Во время ее истерики прошлой ночью она не заметила, что это были двери, а не окна. Очевидно, она не видела балкона. В голове тут же начали прокручиваться различные варианты побега: может, через балкон она могла бы спуститься. Увы, нет, застекленные двери закрыты и заперты на засов. Ключа нигде не видно. У Клэр даже не возникло сомнений, у кого он мог быть.
Вид за дверьми открывал перед ней огромную незаселенную местность, на множество миль тянулись деревья, тысячи и тысячи деревьев, на очень ровной земле. Как только она остановилась, увидев размеры безлюдной земли, то поняла, что деревья не были зелеными, а земля - красной. Когда они с Энтони заключали так называемый договор, то находились в баре "Красное крыло" в Атланте.
И то, что она сейчас видела за закрытыми балконными дверьми, не было похоже на Джорджию. Клэр тосковала по своему дому в Атланте. Даже несмотря на то, что родом она была не оттуда, ее карьерная дорожка привела ее в "ВКПЗ", местный филиал из Атланты. Этот путь начался со специализации по метеорологии в Университете Вальпарайзо в Индиане. Для тех, кто родился и вырос в Фишерс, за пределами Индианополиса, колледж в Индиане был ожидаемой перспективой. Ее мечты практически рухнули, когда на первом курсе трагически погибли ее родители. Чудесным образом она получила стипендию. С ее студенческим займом и работой барменом это позволило ей продолжить обучение. После окончания университета ее путь привел к годичной неоплачиваемой стажировке в северной части штата Нью-Йорк. Попав в погодный бизнес, она поняла, как сильно будет ненавидеть погоду в Олбани. Но с другой стороны, это была для нее возможность жить с сестрой и зятем, отчего принять предложение оказалось проще. Недавно поженившись, Эмили и Джон с большой охотой помогали Клэр всем, чем могли. Эмили преподавала в школе, а Джон недавно начал свою юридическую практику в уважаемой фирме в Олбани. Так как они встречались еще со школы, Клэр знала Джона большую часть своей жизни. Жить с ними было легко. Оглядываясь назад, может, молодоженам так не казалось, но для Клэр они были единственной семьей.