ичпи
- Спасибо, что передал мне мои приглашения, но что я теперь должна делать со всей этой информацией?
- Скажи мне, как ты хочешь поступить. – Тон его вопроса был жёстким.
Клэр поднялась и приблизилась к его столу.
- Я хочу позвонить ей.
По его лицу она видела, что он размышляет. Она вспомнила, что не в состоянии читать выражения его лица, и эта способность не утешала. Клэр отчаянно пыталась изменить тон своего голоса.
- Я сделаю это отсюда, используя громкую связь. Я просто хочу ей позвонить.
Он по-прежнему ничего не отвечал, но насыщенность оттенка его глаз усилилась.
- Тони, пожалуйста, можно ей позвонить?
- Сейчас практически три часа дня, а в Трои уже будет четыре. Она будет дома?
Это был не ответ, но и не отказ.
Клэр задумалась: уроки в школе заканчиваются в три пятнадцать, по крайней мере, так было раньше.
- Она может быть дома. - И делая вид, что размышляет вслух, добавила: - И положительный момент - Джона не будет рядом.
Он никак не прокомментировал её последнее утверждение, вместо этого заговорил с ней по поводу её электронных писем. Она села. Он объяснил, что еще в папке лежат многочисленные электронные послания от людей, которых она не знает. С момента их свадьбы, множество людей пыталось связаться с ней по различным вопросам. Патрисия каждому ответила, что «в данный момент миссис Роулингс не может ответить на ваше письмо».
- Твоя подготовка для интервью «Ярмарки тщеславия» и то, как ты держалась сегодня, произвели на меня впечатление. Я также оценил то, что ты обратилась ко мне с просьбой месяц назад и всё это время была терпелива. Я считаю, что ты заслуживаешь поощрения. Поэтому, касаемо твоих электронных писем, с сегодняшнего дня до того, как Патрисия ответит на них, у тебя будет возможность их просмотреть. Мы их обсудим. Вместе обдумаем ответы на них. Конечно же, за мной остаётся последнее слово. Но я полагаю, что ты заслужила право голоса.
Клэр осознала, что, по мнению Тони, он подарил ей свободу выбора. Она не могла удержаться от мысли, что вместо полноценной свободы она получила лишь намёк на то, чего ей не хватало. Запрещённые возможности сейчас как будто глядели ей в лицо.
- Спасибо, я поняла.
Он развернулся к экранам своих компьютеров, а она смотрела на его затылок чуть ли не целую вечность. Он знал, чего она ждала. Она обратилась к нему с просьбой. Теперь он заставлял её ждать. Как она поступит? Он показал знак своего одобрения. Примет ли она его с покорностью или не отступится от мысли позвонить сестре? Клэр закрыла глаза и попыталась остановить грохот в ушах. Расположившись на краешке стула рядом с его столом, она не решалась сдвинуться с места. Папка, преподнесенная им в подарок, лежала закрытой на её коленях. Ей было наплевать на людей, которых она не знала, голова слишком раскалывалась, чтобы продолжать чтение. Сидя молча и невыразительно, она ждала, пока его пальцы летали по клавиатуре, и вспомнила добрые слова Кортни о том, что жизнь - это не экзамен, который ты должна снова и снова сдавать. Клэр рассеяно повела плечами и распрямила шею. Если единственный способ позвонить Эмили - сдать этот экзамен, тогда она, ей Богу, не сдвинется со своего места. Наконец, он развернулся к ней лицом.
- Почему ты до сих пор не позвонила? – В его вопросе послышалась резкость.
Размышляя вслух, она ответила:
- Я была занята. Я могу рассказать ей о Красном кресте и подготовке к нашему интервью.
То, что последовала за этим, были не предложением, а приказами:
- Ты принесёшь извинения и объяснишь, что собиралась позвонить. И увидев её последнее письмо, вспомнила, что так и не сделала этого. Твои объяснения сойдут. Я предпочитаю, чтобы вы не обсуждали ситуацию с предложением о работе. Она уже исчерпала себя. И, конечно, никаких обид.
Эти инструкции должны были бы огорчить. Но она уже и раньше играла в такие игры. Они были способом добиться своей цели.
- Да, обещаю.
Он набрал телефонный номер, нажал на громкую связь и не стал отворачиваться. Прозвучало три гудка. Надежды Клэр начали идти ко дну, когда Эмили, наконец, ответила.
- Привет. Эмили, это Клэр.
Голос Эмили зазвенел от восторга. Голос Клэр был наполнен счастьем и извинениями. Они проговорили около десяти минут. В нескольких местах Тони подавал знаки, что тему разговора необходимо сменить. Клэр пыталась держать разговор подальше от темы работы, но Эмили была настроена обсудить этот вопрос, объяснив, что сейчас Джон близок к тому, чтобы стать партнёром. Он не чувствовал за собой права оставить фирму, которая предоставила ему шанс, когда он только получил диплом. Он много работал, чтобы добиться своего положения, и не считает правильным работать на семью. Но он горд, что Энтони рассматривал возможность его найма. Еще они обсудили школу Эмили, а та спросила об интервью, про которое упоминала Клэр. До того как повесить трубку, Клэр пообещала, что будет лучше отвечать на электронные письма Эмили. Ее поразило то, как мог один телефонный звонок одновременно сделать её счастливой и опечалить. Поддерживаемая радость в голосе во время звонка чуть ли не довела её до слёз в конце, силы совсем ее покинули.
- Если ты не против, я заберу папку с собой наверх и просмотрю её. Мы можем обсудить электронные письма после ужина.
- Меня устраивает, ты можешь идти.
Ему нужно было заняться работой.
Как только Клэр оказалась на лестнице, то решила, что немного поспит вместо того, чтобы просматривать содержимое папки. Это был утомительный день. Контраст между интервью и реальностью усиливался пульсацией в районе глаз и недавней тошнотой. Она приняла ацетаминофен, завернулась в мягкие и прохладные простыни и позволила слезам, вызванным телефонным звонком, пролиться. Сон стал долгожданным избавлением.
Прошло не так уж много времени с тех пор, как она провалилась в сон, когда её разбудил Тони. Он хотел еще раз поблагодарить её за то, как она справилась во время интервью. И считал, что она тоже хочет отблагодарить его за всё.
Глава 37
- Ведь только одного и Богу не дано: не бывшим сделать то, что было сделано.
Агафон
Пятнадцатого марта Тони принёс домой официальный окончательный вариант интервью. Оно прошло одобрение Шелли, и его публикацию запланировали на конец марта, но, по сути, в апрельском выпуске «Ярмарки Тщеславия» 2011 года.
Энтони Роулингс знакомит мир с любовью всей своей жизни, женой Клэр Роулингс – пусть слухи канут в лету, и мы узнаем, как она изменила его жизнь.
Интервью: Энн Робинсон. Фотографии: Шон Стиверт.
Вы вступаете в брак не с тем, с кем сможете жить, а идёте под венец с человеком, без которого не можете прожить. Автор неизвестен.
Одним прекрасным снежным днем на Среднем Западе мистер и миссис Роулингс сели вместе с «Ярмаркой Тщеславия» и ответили на вопросы, слухи и факты, касающиеся их знакомства, ухаживания, помолвки и свадьбы. Чрезвычайно закрытый для общественности человек и его красивая молодая новобрачная любезно открыли двери своего дома нашим фотографам и журналисту. (Фотография Тони и Клэр в удобных элегантных слаксах и свитерах, сидящие на диване в своей великолепной гостиной).
Дом Энтони и Клэр Роулингсов представляет собой внушительных размеров поместье, расположенное на шести тысячах с небольшим акров земли возле Айовы-сити, штат Айова. Большая часть земли покрыта непроходимыми и нетронутыми лесами. Защитники животных будут рады узнать, что эта земля для многих местных лесных животных является домом. Их резиденция – это просторный элегантный дом, закрытый личными воротами этой сельской местности. Он был построен мистером Роулингсом около шестнадцати лет назад и напоминает дом в романском стиле 1940-х годов. Снаружи изысканные ассиметричные фасады дома отделаны галькой, известняком и кирпичом, подчёркнутые круглыми арками над окнами и входными проёмами. У него мощные просторные входы и оконные проёмы, толстые стены из каменной кладки и округлые башни с крышами в коническом стиле. Главная часть дома выделена по центру окружной кирпичной подъездной дорогой. От основной структуры дома ответвляются пристройки с дополнительными коридорами и комнатами. Войдя в дом, вам может показаться, что вы попали в музей, однако теплота и любовь, которые исходят от этих новобрачных, помогут вам вскоре понять, что вы оказались в семейном доме - особенность, которой до недавнего времени не хватало состоянию мистера Роулингса. Произошло это в конце мая 2010 года, когда Энтони Роулингс впервые представил городу Давенпорт на ту пору ещё Клэр Николс. Они посетили симфонический оркестр Четырёх городов. Мистера Роулингса пригласили на данное мероприятие, потому что он сделал щедрые пожертвования как симфоническому оркестру Четырёх городов, так и Фонду в поддержку искусства. Мистер Роулингс уже давно известен своей щедростью и увлечённостью благотворительными проектами. В качестве местной знаменитости, мистера Роулингса часто замечали на мероприятиях в Четырёх городах и возле них (а также в таких городах, как: Чикаго, Нью-Йорк и Лос-Анджелес). И только личность его спутницы в тот вечер была тайной. Его замечали с разными женщинами на разных мероприятиях, некоторые имена мы все хорошо знаем: Синтия Симмонс и Джулия Оуэнс. И правда, за свои сорок шесть лет его видели со многими красивыми женщинами. Впрочем, для тех, кто присутствовал на том майском вечере, было очевидно, что здесь что-то другое. Многие случайные свидетели рассказывали о «взглядах» и «переплетенных руках», очевидцами которых они раньше не были. Обсуждая их первое публичное «свидание», «Ярмарка Тщеславия» отметила, что новоиспечённая миссис Роулингс с зардевшимися щеками и стеснительной улыбкой на устах не могла оторвать взгляда от своего мужа. Она сообщила, что помнит, как ему бурно аплодировали и как же он великолепно выглядел. Но потом торопливо добавила, что на тот момент ни один из них не искал долгосрочных отношений. Энтони сказал, что до сих пор помнит мгновение, когда увидел Клэр, забирая её для того, чтобы отправиться на симфонию. Он даже вспомнил её наряд: чёрное платье с расшитым бисером лифом, её волосы были локонами собраны наверху. (Энтони нежно гладил волосы своей жены, пока описывал её причёску). Он вспомнил, что она была сногсшибательной, и был горд тем, что сопровождал её на то мероприятие.