Пульс (ЛП)
– Я знаю, Лия. Я знаю. – У нее на глаза навернулись слезы. – Сначала ничего не было, но однажды ночью это как-то случилось, а потом я не могла сопротивляться, врала и скрывала происходящее, и я знаю, что это самое страшное.
Мои глаза оставались сухими. Я была выше слез. Лавина всепоглощающего гнева пронеслась по моим венам. – Я больше не хочу видеть никого из вас.
Я развернулась на каблуках и зашагала прочь.
– Подожди, Лия! – Кэт бежала за мной по коридору. – Лия, мы можем поговорить об этом.
Игнорируя ее, я продолжала идти, пока не добралась до входной двери квартиры. Я хлопнул ею так сильно, как только могла, довольная разнесшимся в ночи эхом.
2 Глава
Крис
Дерек поднял стакан и несколько рук с напитками поднялись в ответ.
– За Рекера. Он был тем еще засранцем, но смерти уж точно не заслуживал.
Пока все пили, стояла тишина.
Терпкий виски обжигал, стекая по горлу. Было время, когда я эту фигню не мог пить, но воспоминание было довольно-таки туманным.
– Я не могу поверить, что ты не достал застреливших его ублюдков, – сказал Тим, – Я бы им головы поотрывал за то, что они сделали с Рекером.
Это был почти сочувствующий Тим. Он никогда меня не любил, из-за того, что я окончил среднюю школу и мог поступить в колледж, он считал мня слишком высокомерным. В свою очередь, я никогда бы не уделил ему и секунды своего времени.
– Отвали, Тим, – сказал Дерек. – Крис вынужден был наблюдать, как умирает Рекер. Что бы ты сделал, побежал бы за ними и перестрелял?
– Я бы, разумеется, идя в бар, взял бы с собой оружие, – сказал Тим. – Нельзя отправляться в «О'Мэлли» безоружным, все об этом знают. Умные, во всяком случае.
Сухожилия моей руки болели. Я так сильно сжимал кулак, что рука тряслась.
Может быть это из-за виски. Мы пили уже в течение нескольких часов, оплакивая Рекера и помогая друг другу справиться с болью.
Даже сейчас, внутри чувствовалось не столько горе, сколько оцепенение. Человек, которого я знал на протяжении многих лет, с кем я провел лучшую часть своей жизни, друг, сейчас лежал в морге. И я был не в состоянии даже притвориться, что с трудом держусь.
Дерек наполнил свой стакан, затем мой.
– Давай выпьем еще по одной. Я не много о тебе знаю, но знал Рекера, он хотел бы, чтобы мы выпили в его стиле.
Наша группировка была жестокой. Большинство из нас работали на складах возле доков – грязная, неблагодарная работа, не требующая среднего образования.
Дерек был самопровозглашенным лидером. Он ничего не сделал, чтобы это заслужить, и было недостаточно просто заявить, что таково его решение. Пока он этого не сделал, никто и не думал о том, что нам нужен лидер.
Полдюжины парней, работавших днем на складе, после, большую часть своего времени проводили вместе. Было ли это удобством или полным отсутствием воображения, но именно в это меня втянули.
Обязанность изо дня в день видеть одни и те же лица, сделала мою жизнь однообразной, и убогой.
И одно я больше не увижу.
Рекер был далеко не первым, но и не последним. Парни были необразованны и гордились этим. Нарушители дерьма, как некоторые их называли.
Мне нужно выбраться отсюда.
– Эй, Крис, жахни дорожку. – Дерек передал мне зеркало. Свернутый доллар лежал рядом с маленькой горкой белого порошка и несколькими дорожками отменного дерьма.
– Сегодня я пасс, – сказал я. – Я не в настроении. Рекер только вчера ночью умер.
– Крис, просто заткнись и сделай затяжку. Он уставился на меня.
Нет ни одной гребаной причины, почему я должен его слушать. Дурь и насилие, вот и вся развлекуха с ними, время потраченное впустую. Это не та жизнь, которой я хотел. Выбора у меня не было, но что-то изменить я мог.
– Отвали, Дерек. Я не хочу.
Вокруг повисла тишина, все смотрели на нас.
– Посмотрите-ка на него, он не хочет почтить своего друга, хорошо проведя время, – сказал Тим. – Или он слабак?
Я стиснул зубы, – Заткнись, Тим. Меня тошнит от твоего дерьма. Просто потому, что ты нюхаешь кокс, не значит, что остальные тоже должны это делать.
Зеркало передо мной не двигалось. Оно все еще находилось в руке Дерека, в ожидании, что я его возьму.
Самые неугомонные вмешались.
– Да брось, Крис. Давай, мужик.
– Жахни дорожку, и пойдем отсюда. Мы должны это сделать для Рекера.
– Давай, Крис.
Моя решимость дала трещину. Это были мои единственные друзья во всем мире, и они хотели, чтобы я стал таким же, как они. Разве для меня еще было что-то возможно?
Дерек ухмыльнулся, когда я взял у него зеркало и положил на стол перед собой. Я свернул банкноту немного туже и выровнял дорожку. Держа одну ноздрю закрытой, я поставил конец банкноты в начало дорожки, и глубоко вдохнул, глядя как порошок засасывает в скрученную купюру, убеждаясь, что не пропустил ни единой крупинки сраного дерьма.
Я сел поудобнее и несколько раз шмыгнул носом, чтобы ни одна крупинка дорогой наркоты не была потеряна.
Совсем скоро меня накрыло. Знакомая волна бдительности смылась наркотическим туманом, и я немного обмяк.
– Лучше? – спросил Дерек.
Это было превосходно. И зачем от этого отказываться?
– Лучше. Я кивнул.
– Хорошо. Давайте в бар. Я думаю, мы должны проверить «О'Мэлли» посмотрим, вдруг найдем какое-нибудь дерьмо подонков, убивших Рекера. – Дерек похлопал себя по талии, где он обычно носил пистолет. – На этот раз, все будет по другому, для них.
Перед самым выходом на улицу у всех членов нашей банды через край выплескивался коктейль неистовства и возбуждения: немного алкоголя, немного наркоты, немного кровожадности.
На пути к бару я немного отстал от всех. Квартира Дерека находилась в нескольких кварталах от «О'Мэлли», поэтому мы очень скоро окажемся на месте.
Это неправильно. Я не хочу этого. При мысли о столкновении с парнями, застрелившими Рекера, для восстановления справедливости, у меня скручивает внутренности. Я понимаю, они это заслужили, но это не значит, что я хочу в этом участвовать.
Мы добрались до входа в «Свим»: еще один набитый битком бар, считающийся лучшим, из-за хорошо продуманной бильярдными зоны. Как и всегда, пока поднимались по ступенькам, прошли мимо очереди девушек у входа, несколько особ нагло ломились в дверь. Одна из девушек в первых рядах, заставила меня остановиться.
Эти глаза…
Никто из моей банды не заметили, что я от них отстал. Стоя на улице перед «Свим», я решил.
Сегодня вечером больше никто не умрет.
Этого было почти достаточно, чтобы убедить себя в том, что настоящая причина была не в девушке с пронзительно красивыми глазами, которая зашла в бар пару минут назад. Я видел их прошлой ночью.
3 Глава
Лия
– Давай, Лия. Ты еще недостаточно выпила. – Тайра, вцепившись в руку и перекрикивая громкую музыку, тащила меня в сторону бара.
И я это ей позволяю. С момента, когда я в последний раз изрядно напилась, прошло немало времени, и в данный момент нет ничего, что не позволит мне это повторить. У меня были и отношения, и дружба, да были, и их нужно оплакать.
– Два коктейля «Жидкий кокаин», – крикнула Тайра бармену.
Я вздрогнула.
– Эй, ты обещала, что больше никогда не заставишь меня это пить!
Сладкий коричный ликер и Егермейстер (прим. перев.: «Jägermeister» – популярный немецкий крепкий ликер, настоянный на травах) в тандеме, всегда выливались для меня в неприятности.
– Я солгала, – она сказала это с таким видом, словно не могла быть еще более счастлива по этому поводу. – Расслабься, Лия. Ты теперь свободная девушка! Ты должна здесь осмотреться и выбрать мужчину для славного перепихона.
Бармен пододвинул шоты и взял протянутые Тайрой деньги.
По-прежнему недовольная ситуацией, я чокнулась с подругой и опрокинула шот. Жидкость, опалившая горло, имела насыщенный вкус корицы.