Седьмая могила без тела (ЛП)
Ну, может быть, и бывает. У меня за спиной появился Рейес. Жар добрался до меня раньше него и пропитал мою одежду, волосы и девичьи отличительные черты.
- Опять спасла мир? – шепнул Рейес, обнимая меня сзади и согревая дыханием щеку.
- Надеюсь. То есть надеюсь, что спасла хотя бы одного человека.
- И тебе этого хватит? Спасти всего лишь одного человека?
Я развернулась к нему лицом, но рук он не опустил.
- Ужасно жаль, что меня не было на твоем суде. Я бы сразу сказала дяде Бобу, что ты ни в чем не виноват.
- Сомневаюсь, что даже великой Шарлотте Дэвидсон удалось бы уберечь меня от тюрьмы. Эрл хорошо попотел, чтобы обеспечить мне приговор.
Одна только мысль о том, сколько лет Рейес провел за решеткой за преступление, которого не совершал, до сих пор разбивает мне сердце. И в такие моменты кажется, что хуже просто быть не может.
Темные глаза с зелеными и золотистыми искорками угрожающе сузились.
- Опять меня жалеешь?
Вечно он отметает всякое сочувствие с моей стороны. Но я ничего не могу с этим поделать, и Рейес прекрасно это знает. А если не знает, то лучше пусть узнает, да поскорее, если не хочет, чтобы его хорошенько отшлепали.
Представив себе эту картину, я игриво улыбнулась, и в Рейесе мигом вспыхнуло любопытство, но ни о чем спросить он не успел – к нам уже шел Диби.
- У Паркера истерика, - весело сообщил дядя Боб.
С трудом оторвавшись от жениха, я глянула на дядю:
- С нашим помощником окружного прокурора такое случается.
- По-моему, это все из-за тебя.
- Сам виноват.
Я выскользнула из рук Рейеса, чтобы мы все вместе могли выйти на улицу, но он вдруг переплел наши пальцы. Я на секунду остановилась. Раньше он никогда такого не делал. По пути к выходу он держал меня за руку, и по ней струилось тепло, собираясь вокруг сердца. Я прибавила шагу и догнала дядю Боба.
- Так что там за дело у тебя?
- Ой, точно. Чуть не забыл. Я сделал тебе копии документов по делу. Лежат в машине. За пару недель у нас две предсмертных записки.
- Куки мне говорила, - сказала я, уже подходя к официального вида темно-серому джипу Диби.
Он взял папку с переднего сиденья и вручил ее мне. Пока я листала бумажки, Рейес время от времени заглядывал мне через плечо, но в основном внимательно следил за происходящим вокруг.
- Кроме записок, ничего нет, - продолжал Диби. – Оба человека, которые их написали, исчезли.
- Наложили на себя руки?
- Понятия не имею. Но пару часов назад мы получили еще одну. Женщина утверждает, что ее муж оставил записку и исчез посреди ночи.
- Следов борьбы не обнаружили?
- Не знаю. Сам там еще не был, но команда уже работает.
Я прочла одну из записок. Печально, хотя и ничего особенного. Потом прочла вторую. В обеих речь шла о том, что автор записки не заслуживает права жить данной ему славной жизнью. Оба писавших использовали слово «славная». Вряд ли это совпадение. Третья записка очень отличалась от первых двух, но и там было слово «славная».
- Все три очень похожи, - сказала я, отметив для себя в записках еще несколько странных фраз. Вот только почерки были разные. И подписи тоже.
- Вот именно. Итого, у нас три почти одинаковых предсмертных записки и ни одного тела.
Я глянула на Диби:
- Так они серьезно просто взяли и исчезли?
- Насколько нам известно. По первым двум адресам следов борьбы не обнаружено, и ни один из писавших раньше не предпринимал попыток свести счеты с жизнью. Мы полагаем, что их вынудил написать эти записки один и тот же человек, который затем их похитил и либо убил, либо держит в заложниках.
Я прислонилась к двери джипа.
- То есть цель этих записок – сбить вас со следа? Или не дать завести дело?
- Тебе виднее, - пожал плечами дядя Боб. – Я подумал, ты могла бы порасспрашивать по своим каналам, узнать, живы они или нет.
- Можно спросить у Рокета, - кивнула я. – А связь между этими тремя есть?
- Не установлено. Кроме самих записок, ничего общего между ними, похоже, нет.
- Ну ладненько. Ты продолжай копать, а я смотаюсь после обеда к Рокету.
- После обеда? – тут же заинтересовался Диби. – Угощаешь?
- И не мечтай! – фыркнула я. – Но я знакома с обалденным поваром из одного местного бара.
Я широко улыбнулась Рейесу, но взгляд у меня наверняка был тоскливый. Он подмигнул, кивнул Диби и, снова взяв меня за руку, повел к Развалюхе.
- Скажи-ка мне, пожалуйста, - начала я, купаясь в тепле солнечного дня и наслаждаясь прикосновением ладони Рейеса, - ты держишь меня за руку, потому что хочешь залезть мне в штаны, или потому что боишься, что я сбегу?
- Ты не сможешь сбежать, даже если очень сильно захочешь.
Он только что бросил мне вызов?!
- И на случай, если до тебя вдруг не дошло, двенадцать злобных адских псов уже явились сюда по наши задницы.
Я наклонилась ему за спину, чтобы оценить только что упомянутую часть тела.
- Могу их понять. Будь я адским песиком, тоже охотилась бы на твою задницу.
На щеке Рейеса вопреки его воле появилась ямочка.
- Хотя, - передумала я, - я бы охотилась на твою задницу, даже будь я натуральным ангелом. Или святой. Или райской птичкой. И кстати, мне это нравится, - добавила я, имея в виду то, что держу его за руку. Хотя скорее это он держал меня за руку, потому что в его ладони моей было совсем не видно.
Мы все еще шли к Развалюхе, но я встала перед Рейесом и несколько секунд шла спиной вперед, пока не поняла, что держаться сил больше нет. Прямо на ходу я повисла у него на шее. Рейес тихо рассмеялся и подхватил меня под задницу, прижав к себе покрепче.
- Что именно тебе нравится?
- Романтика. Как в кино. – Я поцеловала умопомрачительную ямочку и тут же заявила: - Нет, не так!
Спрыгнув с Рейеса, я прижала тыльную сторону ладони ко лбу и сделала вид, будто падаю в обморок, надеясь, что жених успеет меня поймать.
И он поймал. Одна рука оказалась у меня под спиной, а другая – под коленями.
- А так? – спросил Рейес, поднимая меня на руки.
Ради пущего эффекта я выгнулась еще сильнее и ответила, не открывая глаз:
- А так еще романтичнее. Прямо как в книге, где герцог Гастингс ловит в объятия упавшую в обморок девушку.
Внезапно Рейес остановился, и мир стал только нашим. Прохожих не было. Мимо не проезжали машины. Остались только мы вдвоем.
Рейес прижал меня к груди, и я уткнулась носом в ямку у него на шее, но руки все еще безвольно висели. Мне нужно было отыграть роль до конца. Быть английской дебютанткой на стоянке посреди Альбукерке не так просто, как может показаться на первый взгляд.
- И что герцог делает с ней дальше? – спросил Рейес охрипшим голосом.
Притворяясь совершенно безжизненной, я опять откинула голову, подставив ему шею.
- Все, что душе угодно.
Он как будто только этого и ждал. Потому что несколько вечностей подряд меня атаковало одно микроскопическое землетрясение за другим.
***Пару дел пришлось выполнить под пристальным наблюдением Рейеса, после чего я подвезла его к офису, то бишь в кухню в «Вороне», а сама пошла в свой собственный офис на втором этаже того же бара. Со мной был особый багаж и пара пакетов, отчего походка испортилась и стала неуклюжей, хотя, как правило, хожу я изящнее пантеры. Короче говоря, я оступилась и сильно ударилась коленом о край ступеньки. Боль былая такая, что я громко выругалась. Очень громко. Зуб даю, весь Альбукерке слышал.
- Живая? – крикнула из-за барной стойки Тери.
Сегодня я решила пойти по внутренней лестнице, но разделял нас с Тери всего лишь вычурный карниз из кованого железа. Поэтому кто угодно мог увидеть, как я грохнулась. Слава богу, бар еще не открылся.
- Порядок, - отозвалась я, но Рейес уже выскочил из кухни. – Честно-честно, все в порядке! – Нужно было его убедить, что никакая адская псина на меня не нападала. – Возвращайся к работе. Пакетик льда и маленькая операция все исправит.