Седьмая могила без тела (ЛП)
- Как же так? Он у меня всего день прожил.
- Я знаю. – Подруга похлопала меня по плечу. – Видимо, пришло его время.
Я рухнула на стул за кухонным столом.
- Я его убила. Так и знала! Из меня получится ужасная мать. Как со мной выживет ребенок, если даже рыбка не выжила?
- Чарли, твои родительские навыки тут ни при чем. Случиться могло что угодно.
Я фыркнула и глянула на миссис Тибодо.
- Он не страдал?
- Нет. – Куки снова похлопала меня по плечу. – Я нашла его брюхом кверху, но его личико озаряла улыбка.
- Миссис Тибодо очень симпатичная.
- Так и есть.
- Ну так как? Попробуешь? – спросил Гаррет и опять зашевелил пальцами, как вдруг кто-то наконец решил постучать.
Печально вздохнув, я встала и открыла дверь ужасно смущенному парнишке по имени Ош. Войти он не спешил, поэтому я встала на цыпочки и обняла его за шею.
- Тебе здесь всегда рады, Ош. Я знаю, что ты их не призывал. И Рейес тоже это знает.
Ош не возражал против того, чтобы я его обнимала, но сам обнимать меня не стал. Если, конечно, не считать легких похлопываний по спине.
Когда я наконец расцепила руки, он сказал:
- Рейазиэль прав. В этом мире есть всего несколько созданий, способных призвать Дюжину.
- Заходи давай.
В конце концов он все-таки зашел в квартиру, а я пошла налить и себе чашечку крови его хозяина.
- Кофе будешь?
Ош покачал головой, потом напряженно кивнул Куки и Гаррету, которые были свидетелями утренней Третьей мировой войны. Кук бросилась к новоприбывшему и крепко его обняла, едва-едва обхватив руками широкие плечи. Он наклонился, чтобы ей было легче. Такой милый жест!
- Как себя чувствуешь, дорогой?
Красивый рот сложился в очаровательную улыбку.
- Замечательно. Я ведь древний-предревний демон. Бывало и хуже.
Кук отпустила его и отступила на шаг.
- Все равно ты очень милый мальчик. И каждого, кто рискует ради Чарли жизнью, я считаю родным.
Слова Куки тронули даэву. Имелось у меня подозрение, что подобные комплименты он слышит нечасто.
- Благодарю, мэм.
- Итак, никто не против итальянской еды? – спросила Кук и, когда все согласно закивали, помчалась к себе, чтобы звякнуть в службу доставки и проверить, как дела у ее отпрыска, который должен был сделать уроки, перед тем как присоединиться к нам.
Дядя Боб включил телевизор, а Ош подошел ко мне, когда я опять уселась за компьютером.
- Утром ты отменно надрала мне зад, - сказал даэва, явно до сих пор под впечатлением.
- Ага, и прошу за это прощения. Взбесился ты не по-детски.
- Есть такое дело. Прими и мои извинения.
- Да ерунда. Тем более что виноват во всем Рейес. Который, кстати, будет с минуты на минуту.
- Что происходит с этой женщиной?
Я поставила видео на паузу:
- Блин, ты не поверишь, - и начала его заново.
Увиденное повергло Оша в шок.
- Я проживал век за веком, но такого еще не видел.
Вернулся Рейес, но вместо того, чтобы извиниться перед нашим гостем, которого чуть не забил до смерти, сразу направился в душ у себя в квартире. Оша это явно устраивало. Он спокойно смотрел с Диби по телику какую-то игру, пока Куки расчищала место для доставленной еды. Господи, да ей цены нет! Мне бы трех таких, как она…
В какой-то момент она побежала домой за столовыми приборами. И чем ей пластмассовые вилки не нравятся? Меньше потом посуды мыть.
- Я для тебя шутку придумала, - заявила вплывшая по-королевски в мою квартиру Эмбер. На спину свободно свисали длинные темные локоны.
- Внимательно слушаю, - тут же отозвалась я.
Она встала возле меня и глотнула газировки из банки.
- Ты же в курсе, что про тебя можно сказать, будто у тебя в духовке печется булочка?
Каким-то чудом мне все же удалось подавить рвущийся наружу смех:
- В курсе, ага.
- А Рейес горячий и все такое…
- Согласна, - кивнула я, гадая, к чему это все приведет.
- Так вот. Ты не духовка. Ты – жаровня! – рассмеялась Эмбер. – Поняла?
- Поняла, - захихикала я.
- На ярмарку придешь?
- Без вариантов!
- Ты понятия не имеешь, о чем речь, да? – поразилась Эмбер.
- Еще как имею. – Кажется, я действительно что-то помнила о какой-то ярмарке. То ли Куки упоминала, то ли об этом было написано в «Боинге-747», который потерпел крушение в унитазе. Так или иначе, я на эту удочку не попадусь. – Забыла только, когда она состоится.
- Класс! Завтра вечером.
- Так я и думала.
Эмбер опять хихикнула:
- Лгунья из тебя никакая.
Боже мой! Все, во что бы то ни стало запишусь на какие-нибудь занятия по лжи.
- Пойдем в спальню, - сказала я. – Мне надо переодеться.
Она пожала плечами и улыбнулась, услышав, как пикнуло в сотовом сообщение.
- От Квентина? – спросила я, утаскивая Эмбер к себе в комнату.
Покосившись на Оша, который в знак приветствия просто кивнул, она ответила:
- Ага. Он сегодня вляпался в неприятности.
- Вот блин. И что натворил?
- Сделал для меня сердце из дерева, а учитель сказал, что на сердце это не похоже. Понятия не имею, на что оно было похоже, но Квентину запретили уезжать до конца недели.
- Хм-м, так и быть. Утром позвоню в Санта-Фе, узнаю, что да как.
- О’кей.
- Ну а вообще, как у вас с ним?
Похоже, у Эмбер развилась стойкая симпатия к Ошу. Но я ведь тоже заразилась этой болячкой. А какая девочка-подросток не заразилась бы?
С мечтательным выражением лица Эмбер села на мою кровать.
- Замечательно.
- Очень за вас рада. – Я взяла белый свитер, но отложила. Белый цвет не всегда сочетается с итальянской едой. Выбрав мягкий черный свитерок, я сняла жилет и бросила его на стул в углу, а потом стала расстегивать блузку. – Не смотри. А то еще травмируешься на всю жизнь.
- Ладно, - усмехнулась Эмбер. – Кстати, у меня к тебе вопрос.
- Валяй.
- Ты когда-нибудь проводила эксперименты с девочками?
- Разок в старших классах. Нам задали препарировать лягушку, и мне в партнеры по лабораторке досталась еще одна девочка.
- Я не о таких экспериментах. О других.
Об этих «других» я и беспокоилась.
- Ну что ж… Однажды в колледже было дело. Мне тогда казалось, что я обязана попробовать.
- Понравилось?
- Уж точно не было отвратительно. Зато я выяснила наверняка, что не лесбиянка. И все же двадцать баксов – это двадцать баксов.
- Наверное. Мисти Роули говорит, если я захочу попробовать, то она за. Но мне, кажется, нравятся только мальчики. Понимаешь?
- Она на тебя давит? – занервничала я.
- Что ты! Нет. Просто, если что, предлагает свою кандидатуру.
- Тогда я бы на твоем месте доверилась своим чувствам.
- Угу… У нее вообще вся семья странная. Мисти говорит, у ее мамы есть страпон по имени Горизонт Событий.
Едва успев скрыть смех за кашлем, я поинтересовалась:
- Ты знаешь, что такое страпон?
Эмбер смерила меня скептическим взглядом.
- Конечно, знаю. Бретельки да застежки. Лифчик такой. А что такое лифчик, мне объяснять не надо.
- Точно. – Я похлопала ее по плечу. – Некоторые люди дают своим лифчикам имена. Хотя лично мне эта практика кажется странноватой.
- Ты же всему подряд имена даешь! – расхохоталась Эмбер.
- Но не лифчикам же. Кем надо быть, чтобы придумать имя бюстгальтеру?
Я решила не говорить ей, что она не совсем правильно понимает слово «страпон», и что прямо сейчас на мне лифчик по имени Пенелопа.
Эмбер пожала плечами, а потом сказала:
- У меня еще один вопрос, но этот посложнее.
- Спрашивай о чем угодно, только считать не заставляй. По статистике три человека из четырех в математике полные лопухи.
Прежде чем продолжить, несколько секунд Эмбер, видимо, подбирала слова:
- Ни слова о математике. Мне хотелось узнать, у всех ли парней… то есть все ли они так же… «упакованы», как Рейес.