Седьмая могила без тела (ЛП)
Крепко стиснув зубы, он осматривался по сторонам, а Кит уже успела выполнить идеальный полицейский разворот, подняв столб пыли.
Было не по себе вот так, не попрощавшись, бросать девочек, но я пообещала себе, что обязательно вернусь, когда с этой лабудой по поводу Дюжины будет покончено.
- Итак, - начала я, когда мы выехали на дорогу, - на восток от построек, сразу за кромкой деревьев у здоровенного валуна похоронены как минимум восемь девочек.
- Что?! – обалдела Карсон.
- А Лидия Уикс в противоположном конце лагеря в неглубокой могиле. Там рядом дерево упало.
Кит притормозила у обочины, отчего я не на шутку разнервничалась. А если псы меня видели? Пойдут ли они по следу? И если да, то что дальше? Вытащат меня из машины и радостно разберут на составляющие?
- Нам не стоит останавливаться, - выпалила я, чувствуя, как вспотели ладони. Не то от неожиданных физических нагрузок, не то от нервов.
- О чем вообще речь? Какие еще девочки?
- Ах да! – Я взяла папку и нашла газетную статью. – Это ваш убийца. Лагерь для него был личным кладбищем. А люди, которые готовились к открытию, оказались там в неподходящее время. Может, все-таки поедем, а?
Кит не глядя взяла папку.
- Ну и как вы обо всем этом узнали?
Я беспомощно вздохнула, хорошо понимая, что не могу удовлетворить ее любопытство:
- Это моя работа, Кит. Просто поверьте мне на слово. Скажите коллегам, что мы хорошенько осмотрелись на местности и нашли тело. Могу даже карту нарисовать, где ее найти.
- А можете и показать.
Не успела я и глазом моргнуть, как Кит уже ехала обратно. Я коснулась ее руки:
- Не могу.
Мы стояли на нейтралке посреди дороги, как вдруг появилась еще одна машина. Не зная, что у нас на уме, водитель притормозил.
Секунду спустя Кит развернулась и поехала вниз с горы.
- Мне нужна карта.
- Будет сделано. – Я ткнула пальцем в копа на фоторафии. – Узнаете этого человека?
Наконец-то Карсон соизволила взглянуть на вырезку из газеты:
- Нет. А что?
- Он был в списке подозреваемых?
- Нет. Но один из агентов-оперативников рассказывал, как ссорился с помощником шерифа из Лос-Аламоса. Тот якобы задавал уйму вопросов, что, в принципе, вполне объяснимо, но наш парень утверждал, что помощник крайне изворотливо выуживал информацию и хотел знать все до мельчайших подробностей. Хотя дело и подавно не входило в его юрисдикцию.
- Это и есть ваш убийца.
Удивленно моргнув, Карсон снова сосредоточилась на дороге и только после того, как справилась с несколькими крутыми поворотами, заявила:
- Однажды вам придется мне рассказать, как вы это делаете.
- Согласна, - отозвалась я, по макушку переполненная радостью, что все-таки осталась жива и при всех конечностях. Бросив притворяться, будто ничего странного не происходит, я обернулась к Рейесу: - Как у нас дела?
- Пока безопасно. Но нам нужен план.
- Какой еще план? В смысле они же… - Я в последний раз взглянула на Кит. Больше она никогда не посмотрит на меня так, как раньше. А если подумать, то, может быть, вообще больше никогда на меня не посмотрит. – Они же адские псы, - выдавила я, смирившись с тем, что могу потерять САК. – Что мы можем с ними сделать?
- Во-первых, сомневаюсь, что они так же чувствительны к свету, как их предшественники в этом измерении. И все же они не могут выйти под прямые солнечные лучи. Никому из ада такое не по зубам. По крайней мере без «защитного костюма».
- То есть без человека, внутри которого можно свободно расхаживать средь бела дня?
- Точно. Но не думаю, что они могут вселяться в людей.
- Не думаешь? То есть наверняка ты не знаешь?
- Наверняка – нет. Я никогда вплотную с псами не связывался. Зато знаю, кто частенько имел с ними дело.
Чтобы догадаться, мне хватило секунды:
- Дилер.
Дилер – наш новый приятель. В аду он был рабом, но, как и Рейес, сбежал в наш мир и теперь живет здесь как человек. Ему бог знает сколько веков, но на вид не больше девятнадцати лет.
- Да. Он даэва, а в их обязанности входит присматривать за другими рабами. Вроде псов.
- Хочешь ты этого или нет, но однажды тебе придется подробненько мне объяснить, что такое ад.
Кит так крепко сжимала руль, что побелели костяшки пальцев. Но сейчас я ничем не могла ей помочь.
- Я понимаю, что ты имела в виду, - вдруг сказал Рейес.
Только мне все еще ужасно хотелось побольше узнать о том, каков на самом деле ад, и о песиках, которых там вырастили.
- Даже не думай, что смена темы поможет тебе отвертеться от… Минуточку! Ты о чем?
- Об этом мире, - процедил сквозь зубы Рейес, глядя в окно на последние сосны и можжевельники, пока мы съезжали с гор в долину. – О том, чтобы дать здесь ребенку жизнь. И о том, что случилось с теми девочками.
Я обняла себя руками.
- Похоже, теперь это не важно, но сердце все равно кровью обливается. Особенно как подумаю, с чем придется столкнуться нашей дочери.
- Мое тоже, - не глядя на меня, сказал Рейес.
Надеясь, что Кит не выпишет мне штраф за то, что не пристегнута, я отстегнула ремень и перелезла на заднее сиденье к своему жениху. Он взял меня за руку, переплел наши пальцы и окутал живым согревающим жаром.
Ближе к городу я, как и обещала, позвонила Куки.
- Как все прошло? – спросила она вместо «Алло».
- Ну, мы не только выяснили, кто десять лет назад совершил все те убийства, но и вычислили серийного убийцу.
- Еще одного? Им тут медом, что ли, помазано?
- Вот и я о том же.
До сих пор я никогда толком об этом не задумывалась, но, похоже, наши места действительно привлекают всяких психопатов. В общем, я рассказала Куки о девочках. А не стоило. Ее, как и меня, тут же с головой захлестнуло глубокой черной депрессией. Вот только ее депрессия была куда более благородной, чем моя. Моя держалась скорее на отчаянном желании пожаловаться на жизнь.
Глядя на мою ладонь, Рейес провел пальцем по линии жизни, а Куки тем временем поинтересовалась:
- Что бы ты делала, если бы знала, что не облажаешься?
- Решала бы задачки на интегралы, наверное. А что?
- Просто любопытно. Если бы ты могла совершить идеальное во всех смыслах убийство, кого бы ты убила?
- Ну что ж, если бы я могла совершить идеальное убийство (а таких не бывает), то, наверное, смогла бы и во времени перемещаться. Тогда вернулась бы в прошлое и прикончила Гитлера.
- Интересненько, - протянула Куки.
- Почему? А ты бы кого убила?
Ей-богу, вести такие разговоры в машине агента ФБР как минимум не стоит.
- Бывшего мужа, - ответила Куки.
- Наверное, своему адвокату лучше об этом не говори.
Бывший Куки, с которым я, кстати, за три года так и не успела познакомиться, покоя ей не давал по поводу того, что она подвергла дочь опасности. Каким-то макаром он прознал о прискорбном нападении на меня у меня же в квартире, чему была свидетельницей Эмбер. Вот только тогда она спросонок вряд ли что-то поняла. И все же ей, видимо, не составило труда сложить два и два и нечаянно упомянуть об этом в разговоре с отцом. Знай Эмбер, чем это аукнется Куки, держала бы язык за зубами. Что тут скажешь? Эмбер не знала своего отца так хорошо, как знала его Куки.
- Но если ты еще выбираешь, на ком остановиться, то у меня есть друг, у которого тоже есть друг, который…
- Да нет, обойдусь. Но спасибо. – Видимо, Куки решила забыть об этой идее. Что, наверное, к лучшему. – И все-таки, если бы я могла убивать безнаказанно, то выслеживала бы серийных убийц и мочила одного за другим. Стала бы серийной убийцей серийных убийц. Типа Декстером в юбке.
- Ага, поняла. Слушай! А я бы тогда стала твоей правой рукой! Крутой помощницей Серийной Убийцы Конченных Ублюдков. То бишь Крутой СУК… Минуточку, а можно заменить «У» на «А»? А то с «У» не так круто звучит.
Куки с хитрецой хихикнула:
- По поводу записки, которую ты оставила у меня на столе, ничего не хочешь уточнить?