Галактика. Принцесса и генерал
— Надо идти в горы. Чтобы вода не достала, — устало произнес Лейс.
Дайриш твердо возразил:
— Посмотри в небо, парень. Видишь этот багровый цвет? Это электромагнитные бури. Планета разрушается изнутри. Так что в горах вы не спасетесь.
Х’шанец, движимый жаждой убийства, с трудом удержался, чтобы вновь не напасть на чужака.
— Я хочу к маме и папе, — всхлипнула Даша, цепляясь за руку Лейса и утыкаясь ему в грудь.
И опять ребенок, отчаянно нуждавшийся в нем, лучше холодной воды заставил успокоиться. Искать путь к спасению, разумно мыслить.
— Нам нужна связь, чтобы узнать новости и связаться со спасателями.
Помрачневший Дайриш убил последнюю надежду:
— Помехи не позволяют. Глушат любые импульсы, я уже пробовал. — Затем ткнул пальцем в темнеющее небо: — Видишь вспышки? Там идет большая драка. Я уверен: на Х’аре сейчас нет ни одного не затронутого бедствием места.
— Почему ты так уверен? — сипло спросил Лейс, осознав наконец планетарный объем катастрофы.
— Потому что я знаю, какое оружие использовали… здесь.
Мужчина отошел в сторону и расположился у сумки, затем начал настойчиво возиться с каким-то передатчиком. Даша, слишком уставшая, свернулась клубочком рядышком с Хеш’аром и вскоре задремала, а он долго колебался, можно ли оставить ее наедине с чужаком, но выбора не было. Пока она спит, надо успеть подготовиться, чтобы идти дальше, а для этого нужны продукты и вода. Лейс напряженно осмотрел горизонт и направился к люку, чтобы спуститься на склад.
Внизу, в помещениях, почти полностью залитых водой, он смог найти немного: чью-то сумку, видимо, занесенную сюда потоком, в которую быстро собрал пакеты с разной едой, к счастью, непромокаемые, запаянные для длительного хранения, да несколько бутылок воды. И все.
Выбравшись на крышу, он незаметно выдохнул с облегчением: торопился к Даше, боялся, что либо новая волна, либо еще что-то нагрянет, пока его не будет. Под пристальным взглядом Дайриша Лейс подошел к подопечной и устроился рядом с ней. Отдохнуть действительно надо. Хоть чуть-чуть.
Кто-то окликнул его, вырывая из тревожного сна. Открыв глаза, Лейс увидел склонившегося над ними гадавиша и резко сел:
— Что случилось?
— Я поймал волну короткочастотных сигналов. Всех уцелевших для эвакуации собирают в районе Шары, там космодром для небольших…
— В курсе, — прервал чужака Лейс.
— Тогда вам необходимо поторапливаться. Долго Х’ар не протянет, дальше обстановка будет только ухудшаться.
Молодой х’шанец кивнул, не в силах ответить — горло свело от душевной боли, и потеребил спящую девочку.
— Папа? — спросонья хрипло спросила Даша, увидев в темноте Дайриша. Но, узнав, сникла.
— Нужно идти дальше, — прохрипел Лейс, сжав ее плечо.
Ему самому об отце и матери думать было невыносимо больно.
— Но уже ночь… а там вода… глубоко и ничего толком не видно. Куда мы пойдем?..
— Я знаю направление. — Лейс строго остановил поток испуганного лепета.
Но они не успели сделать ни шагу. Толчок, еще один — и по крыше побежали трещины, поверхность под ними начала проседать. Покатившуюся в пролом Дашу за шкирку поймал Лейс, а его самого удержал Дайриш. Втроем они добрались до края и крепко держались за выступ устоявшей конструкции, пока через несколько минут землетрясение не прекратилось.
Лейс привязал к себе Дашу, закинул сумку на плечо и начал спускаться в воду. Дайриш подхватил ребенка под мышки и передал ему в руки. Парень и девочка, стоя у темного плещущегося края, тяжело дышали.
— Я очень боюсь, — отчаянно шепнула землянка, прижимаясь к своему х’шанцу. — А вдруг я отстану, потеряюсь и останусь одна…
Лейс, благодаря особенностям х’шанцев неплохо видящий в темноте, теперь постоянно рассеиваемой красноватыми всполохами-молниями, взглянул на лохматую, когда-то золотистую детскую макушку. И снова девочка тронула, зацепила у него внутри что-то пока непонятное, не поддающееся определению, меняя систему его ценностей.
— Не бойся, Даш, я же связал нас. Ты теперь всегда рядом со мной.
— Пора! — поторопил Дайриш своих случайных подопечных.
Хеш’ар посмотрел на чужака-гадавиша нечитаемым взглядом, отчего того неожиданно пробрало холодом. Взрослый мужчина невольно почувствовал уважение к, в сущности, юноше — но юноше сильному, упорному и ответственному.
Дети взялись за руки. Ощущение теплой, «живой» ладони Лейса согревало Дашу, придавало уверенности и надежды. Особенно когда темная холодная вода обступила со всех сторон, бездушной массой сомкнулась вокруг груди, а иногда доходила до шеи…
Эта ночь им запомнилась сплошным кошмаром: они плыли, шли, перебирались через завалы и остовы домов, частенько наталкиваясь на погибших и утопленников. А вокруг то тут, то там прорезывали тьму страшные росчерки, не сулившие перемен к лучшему. Вновь и вновь парень с девочкой пережидали очередные толчки и волны. Случалось, помогали другим выжившим в сложных ситуациях.
Уровень воды то повышался, то понижался. Теперь он достигал колена. Впереди маячили снежные пики гор, хорошо просматривавшиеся, потому что остатки некогда густого тумана испарились полностью. И х’шанцу, привыкшему к нему с рождения, было еще больше не по себе в прозрачной «чистоте» окружающего пейзажа. Словно все самое интимное, сокровенное обнажили до неприличия.
В какой-то момент Лейс не услышал размеренных шагов Дайриша и, оглянувшись, увидел спину удалявшегося в сторону спутника, долго сопровождавшего и поддерживавшего их. На миг, словно ощутив взгляд, он тоже обернулся, грустно усмехнулся и кивнул прощаясь. Ребята заметили, что этот суровый мрачный мужчина идет, сверяясь с поисковым датчиком. По крайней мере, прибор выглядел именно так.
— Он вернется к нам? — Даша еще крепче вцепилась в руку друга.
— Не думаю, — ровно ответил Лейс. — Неизвестно, как отреагируют х’шанцы, к которым мы идем, если увидят гадавиша.
— Но он же не виноват, — неуверенно, устало возразила девочка.
— Никогда не верь словам, маленькая. Но спасибо ему за то, что помог нам.
Они пробирались дальше.
— Ой, я порезалась! — воскликнула Даша и заплакала.
Лейс, нахмурившись, потребовал:
— Покажи!
Совершенно по-детски выпятив губы, шмыгая носом, Даша протянула руку. Осмотрев небольшой порез на тыльной стороне руки, Хеш’ар достал из сумки антисептик, обработал его и, неожиданно чмокнув пострадавшую в лоб, подтолкнул ее вперед.
Когда Х’шан непривычно ярко залил светом умирающую планету, Лейс снова нес на спине бывшую уже не в силах самостоятельно передвигаться Дашу. Но вскоре и сам вымотался настолько, что решил сделать привал. Прижавшись друг к другу на небольшом островке из кучи строительного мусора, оставшегося от дома, они задремали.
* * *Лейса разбудил Дашин вопль. Распахнув глаза и сев, он увидел впившегося в ее голень мунка — ядовитого земноводного. Тонкое, чешуйчатое, блестящее под лучами Х’шана зеленое тело хищника кольцами обмотало тонкую детскую ножку. Его укус смертелен — об этом любой х’шанец знал с детства. И времени на раздумья у Лейса не было. Он зафиксировал одной рукой ногу девочки, а другой, схватившись за шершавый, в мелких чешуйках хвост, отодрал гада и саданул о камень. После отшвырнул подальше от себя и быстро припал к ранке, чтобы отсосать яд.
В тот момент Лейс не думал о последствиях и возможном связывании с Дашей, о том, что мог отравиться сам. Он спасал человека, ставшего ему близким. Возможно, последнего близкого, маленького и беззащитного. А напуганная девочка круглыми от ужаса глазами следила за тем, как он высасывает кровь из ранки и сплевывает в грязную воду. Но вскоре сообразила подтянуть к себе сумку и достать бутылку воды, чтобы дать прополоскать рот другу, и антисептик для себя.
Пока Лейс полоскал рот, она тихонько спросила:
— Я умру, да?
— Нет, — мотнул головой Лейс.
— А я теперь твоя невеста?
— Нет. Локусы начинают формироваться во время переходного периода. А у тебя даже грудь еще не начала расти, — припечатал «жених».