Галактика. Принцесса и генерал
— Как у вас дела продвигаются? — спросил командор.
— Пока сложно, — уныло ответила я, потерев грудину свободной ладонью.
Этот жест не остался незамеченным.
— Ты сдала свои биообразцы? — осторожно поинтересовался Киш.
Я бросила косой взгляд на Лейса, поймала его подобный и почувствовала, как щеки загорелись от смущения.
— Да, сдала. И думаю, вы в курсе дела.
— Нашли что-нибудь любопытное? — весело спросил Киш, разглядывая меня.
У меня уже и уши загорелись, но их хотя бы не видно.
— Смотря что считать любопытным. — Надеюсь, мой голос звучал достаточно нейтрально, без лишних эмоций. — Выяснилось, что я вхожу в группу риска. Точнее, у меня есть мутация, а именно — локусы. Проще говоря, я отчасти х’шанка и, как заметил Илья, мне теперь ничего не угрожает.
— Илья? — ровно переспросил Лейс. — Вижу, вы нашли общий язык и уже накоротке…
Киш неожиданно хохотнул, за что удостоился нечитаемого взгляда от друга, и его лицо вмиг стало каменным.
А в меня словно вселился маленький бесенок. Наверное, поэтому я нарочито флегматично поделилась:
— Башаров сделал мне предложение руки и сердца. После такого сложно разговаривать на «вы» и придерживаться официальных обращений.
— Какой… быстрый. — На меня с искренним изумлением вытаращился Киш.
Мы даже приостановились на секундочку. Лейс, чуть сузив глаза, смерил меня задумчивым взглядом.
— Что-то еще любопытное нашли? — спокойно, без притворства, спросил он.
— Твои локусы, — задрала я голову и посмотрела прямо на него.
— Вот, а ты говоришь, ничего любопытного, — неожиданно произнес он с кривой ухмылкой.
— Было время, когда после предложения обменяться ими ты меня послал… к маме, — вернула я ему кривую ухмылку. — А сейчас любопытно стало.
— Сейчас я стал старше и мудрее, — тихо рассмеялся Лейс, пожимая мою ладошку.
Я лишь фыркнула.
— Даш, а почему такая принцесса, как ты, до сих пор без принца? — с веселой хитринкой поинтересовался Киш.
— Личным королевством занималась, — усмехнулась я. — Зато теперь оно у меня практически переносное. Мобильное.
— Готовое захватить подходящего принца? Вместе с его территорией? — поддержал мой игривый тон здоровяк.
— Фи, у тебя за прошедшие годы появился негативный жизненный опыт… в личных отношениях, — снова фыркнула я.
В салоне, куда мы втроем вошли, продолжая смеяться, нас встретил порядком уставший и хмурый Илья Башаров.
— Приветствую вас, господа, — он посмотрел на х’шанцев, затем на меня с кривой ухмылкой, — и дамы.
— Приятного аппетита, профессор, — вежливо пробасил Киш, а Лейс лишь приветственно кивнул.
Я же, улыбнувшись, хотела молча помахать, дернула рукой и стушевалась: совершенно запамятовала, что мою ладонь крепко держит Лейс. А Башаров жест отметил, откинулся на спинку стула и откровенно ехидно высказал:
— Вот смотрю я на вас и диву даюсь: до того похожи, будто брат и сестра! И отношения между вами этакие… родственные.
Начинается, только с его стороны неприятностей не хватало.
— С чего вдруг подобные выводы, господин Башаров? — сдержанно спросил Лейс, отодвигая для меня стул.
Киш уселся рядом, наблюдая за развитием ситуации с нескрываемым интересом. А я срочно искала тему, чтобы предотвратить выяснение отношений или даже возможный скандал, — мало ли что может устроить эмоциональный Илья! Но, как назло, ничего на ум не приходило.
— Ну как же? В который раз встречаю вас, х’шет Хеш’ар, с Дарьей исключительно за ручку. Крепко так держите… при себе. Конечно, я понимаю, вы дружили в детстве, общая трагедия, снова встреча в чрезвычайных обстоятельствах — словно не было пятнадцатилетней разлуки. Детская дружба — она такая… ее несут сквозь века.
Рядом хмыкнул Киш и попытался принять бесстрастный вид. Хотя удерживать маску ему не очень удавалось: голубые глаза на бесхитростной круглой физиономии искрились весельем. А я от досады готова была стукнуть чем-нибудь Башарова.
— Я смотрю, вы спец по детской дружбе, — спокойно заметил Лейс, присаживаясь рядом со мной и начиная быстро выбирать блюда в меню.
— Не скажу, — с веселой ухмылкой повинился Башаров и продолжил, сложив руки на груди, по-видимому, намереваясь достать противника или соперника: — Но братские чувства видны сразу, невооруженным глазом. С вашей стороны, Хеш’ар, столько заботы к Дарье Сергеевне, столько участия! С подобной самоотдачей либо родственники, старший брат, например, ведут себя, либо… Но при вашем положении и, я слышал, отсутствии семьи, характере одиночки… и главное — довольно солидном возрасте, решился предположить, что именно братские чувства у вас превалируют.
Я отчетливо услышала, как Лейс скрипнул зубами, но его голос по-прежнему звучал с присущим х’шанцам спокойствием, правда, с ироническими нотками:
— Вы ошибаетесь, профессор, я самый молодой х’шет в истории Х’шана. Мне только тридцать пять стукнуло. — А вот Киш, слушая друга, с трудом сдерживал смех, тщетно пытаясь казаться равнодушным. — На пять лет моложе вас. Тем не менее ваш солидный возраст и жизненные проблемы не помешали вам сделать предложение руки и сердца юной девушке. Как я слышал.
На лице Башарова расплылась весьма кривая и многообещающая ухмылка. Поэтому я поспешила сказать свое слово:
— Господа, я очень не люблю, когда обо мне в третьем лице говорят. И когда обо мне говорят, тоже не люблю. И вообще, мы сюда поесть пришли, давайте прекратим…
— Я мужчина в самом расцвете лет и сил, — перебил меня Илья, глядя на Лейса. — Благодаря средней продолжительности жизни у большинства гуманоидных рас, составляющей сто двадцать лет, у меня все впереди. Таким образом, я пока только самый сок набрал…
— Видимо, боитесь, что этот самый сок забродит, если спешно предложения руки и сердца раздаете, — ровно произнес Лейс.
Я не сдержалась и хихикнула, но тут же раздраженно топнула ногой под столом:
— Мужчины, вы невыносимы, оба! И ведете себя как мальчишки.
Башаров взглянул на меня со снисходительной, несколько покровительственной улыбкой, еще больше взбесив. А вот на Лейса он посмотрел очень странным, каким-то оценивающе-изучающим взглядом:
— Не переживайте за меня, Хеш’ар. Видите ли, Дарья Сергеевна… Даша не такая, как все. Подобных женщин мало, и упускать их непозволительно, вне зависимости от обстоятельств. — Взгляд Ильи, обращенный на собеседника, стал еще более пристальным. — В этой чудесной женщине красивая внешность сочетается с потрясающим умом, что в жизни встречается редко.
— Я понимаю ваши…
Башаров снова перебил Лейса:
— И в придачу — добрый, не склочный характер, красивое солнечное личико, ясные глаза цвета чистейшего летнего неба. Милые ямочки на щеках, когда Даша улыбается. Знаете, Хеш’ар, ее улыбку ждешь, чтобы насладиться. Очаровательное видение! Умопомрачительная фигура, высокая грудь, длинные стройные ноги. Каждый ваш вояка провожает ее плотоядным взглядом… — Я заметила, что Лейс сильно сжал столовый нож, лежащий подле него. А Башаров продолжил, будто специально нарываясь на неприятности: — Дашу среди тысяч других можно узнать по походке: такое естественное, чувственное покачивание бедрами, кажется, будет сниться мне во снах…
— Илья, ты забываешься, — холодно процедила я, одновременно чувствуя, как не только от злости загорелись щеки.
Башаров слегка сощурил глаза, почти неуловимо поморщился, словно ему самому не нравилось то, что он сейчас говорил, но продолжил:
— И ее рот. Чувственные губы невольно рождают мысли о том, как…
Жалобный «дзинь» — и Лейс в ярости отбросил от себя согнутый пополам столовый нож, сквозь зубы прошипев:
— Продолжишь — и мне будет плевать на твое звание и цель присутствия здесь…
Я быстро положила ладонь на руку Хеш’ару.
Командор прекратил веселиться, смотрел хмуро и неодобрительно.
Башаров слегка расслабился, в его глазах неожиданно мелькнула грусть, затем, не меняя позы, он мрачно посмотрел на Лейса: